Счастливчики - Даниэла Стил

Лили сразу направили в отделение травматологии. Билл побежал за каталкой, но в дверях его остановила медсестра.

– Вы должны остаться в комнате ожидания, сэр, – сказала она твердо, глядя в его сверкающие огнем глаза.

Нет! Никто не разлучит его с дочерью, пока она в таком состоянии. Лили больше походила на мертвую, чем на живую. Когда его остановили, с нее уже срезали одежду, а рядом суетились несколько врачей.

– Это моя дочь, – сказал Билл с мрачной целеустремленностью, слегка подталкивая сестру. – Вам придется вывести меня отсюда силой.

– При необходимости за этим дело не станет, – ответила сестра так же решительно. – Вам сюда нельзя.

– Сейчас увидим, – сказал он, протискиваясь мимо нее в дверь. Лили уже лежала, совершенно обнаженная, с прикрепленными ко всем частям тела датчиками.

– Как она? – хриплым голосом спросил он у стоявшего ближе всех врача. Тот был слишком занят, чтобы отвечать, и бросил многозначительный взгляд на ассистента, требуя удалить Билла, прежде чем он станет активно им мешать. Они старались спасти ей жизнь. Она была молодой и сильной, и они надеялись, что шансы выжить у нее остались, но пока не определили характер повреждений. Она пострадала от переохлаждения, и давление у нее упало. Дышала она с трудом, и ей собирались ввести в трахею трубку для искусственного дыхания. Но прежде надо было удалить Билла.

– Вам нельзя здесь оставаться, – сурово сказал один из врачей, когда ассистент твердой рукой выводил Билла из палаты. На этот раз он не сопротивлялся. Увиденное его потрясло. Лили даже не знала, что он был рядом, – она ни разу не пришла в себя с тех пор, как ее извлекли из-под снега.

Врач-стажер вывел его в комнату ожидания рядом, и Билл опустился на стул, сам бледный как смерть. Он с ужасом думал, что Лили умрет, как и ее мать. В палате ему показалось, что жизнь в ней едва теплится.

– Мы сделаем для нее все, что в наших силах, – заверил его врач-стажер. Билл смотрел на него со страхом в глазах.

– Что с ней? Что у нее сломано? – спросил он дрожащим голосом.

– Мы еще не знаем. Мы пытаемся это выяснить.

– Голова цела? – спросил Билл, задыхаясь.

– Спасатели сообщили, что, когда ее нашли, она была в шлеме. Нас больше беспокоят ее шея и спина. – Билл молча кивнул. Он опустил голову на руки. Стажер сел на стул напротив.

– Нам нужно кое-что о ней узнать. Сколько ей лет?

– Только что исполнилось семнадцать.

– Есть у нее какие-нибудь аллергии?

– Нет.

– Возникали ли какие-нибудь проблемы? Сердце? Легкие? Были ли у нее операции?

– Нет. Она совершенно здорова… была здорова, – сказал Билл, и слезы снова выступили у него на глазах.

– А наркотики? Что-то такое, о чем нам следует знать?

Билл удрученно покачал головой:

– Как скоро вы определите, что с ней? С какой высоты она упала?

– С высокой точки на подъеме. Она едва миновала ущелье. Ее инструктору не так повезло, – мрачно сказал молодой врач.

– Джейсон? – Печальная новость шокировала Билла – до того он ничего об инструкторе не слышал.

– Его нашли раньше, чем вашу дочь. Она лежала глубоко в снегу. Наверное, и к лучшему – низкая температура не дала развиться отекам. Это может стать решающим фактором. Теперь мне надо вернуться, – продолжил молодой врач спокойно. – Ее должен осмотреть хирург-ортопед. У нас есть и нейрохирург, если он понадобится.

– Кто они такие? – Билл снова запаниковал. – Я не хочу, чтобы ее оперировал первый встречный. – Билл внезапно стал похож на льва, готового защищать своего детеныша. – Я хочу познакомиться, получить от них больше информации. Можно вызвать сюда специалистов?

– В этом нет необходимости. У нас здесь работает отличная команда, лучшие из лучших. – Врач явно оскорбился его словами, но Билл плевать на это хотел. У Лили должны быть самые лучшие доктора. Если ей понадобится операция, то не какому-то местному лекаришке за нее браться. Билл не мог доверить своего ребенка какому-нибудь костолому, хотя лучшей больницы в районе Тахо не было и у здешнего травматологического отделения была прекрасная репутация.

– У нас просто нет времени вызывать кого-то еще. Необходимо срочно стабилизировать ее состояние, сделать рентген и сканирование. Как только мы что-то выясним, главный травматолог выйдет с вами поговорить.

Молодой врач встал, стараясь сохранять спокойствие. Билл, казалось, собирался его задушить, если не получит правильных ответов или если его девочка уйдет из жизни. Он не знал, удастся ли им ее спасти, ведь, когда ее привезли, картина была малообнадеживающая. Спасатели и медики на месте падения сначала сочли ее мертвой и были поражены, обнаружив на руке слабый пульс.

Врач вышел, а Билл просидел два часа, медленно сходя с ума. Он решил было позвонить Пенни, но говорить с ней ему на самом деле не хотелось. Они неплохо проводили время вместе, но даже после двух лет знакомства так и не сблизились по-настоящему. Так что позвонить ему было некому, и он чувствовал себя таким одиноким, каким никогда не был с тех пор, как четырнадцать лет назад умерла мать Лили. Но с Лили такого не будет! Он не допустит!

Билл уже собирался снова вломиться в операционную, как вышел главный травматолог. Он был похож на студента. Вместе с ним был высокий темноволосый мужчина в халате с вышитым на кармане именем «Бен Штайнберг, д.м.» – доктор медицины. Этот врач выглядел постарше своего коллеги: на вид ему можно было дать лет сорок, во всяком случае за тридцать. Он сразу же представился Биллу как хирург-ортопед.

– Как моя дочь? – спросил измученный беспокойством и горем Билл.

– Мы стараемся стабилизировать ее состояние. Необходимо повысить температуру тела, прежде чем станет возможным какое-либо хирургическое вмешательство. Мы оцениваем ее повреждения. Она по-прежнему без сознания, отчасти вследствие переохлаждения. Ей пришлось пролежать в снегу несколько часов, – пояснил он. – Нам пока неизвестен характер внутренних повреждений. У нее сломана рука и поврежден спинной мозг, но к каким последствиям это приведет – говорить еще рано. Мы уже сделали предварительный рентген и сканирование, но окончательных данных у нас пока нет. Мой партнер – нейрохирург, и я хотел бы, чтобы она обследовала вашу дочь.

– Что все это значит? Какое повреждение спинного мозга? Она парализована?

Билл метался из стороны в сторону словно загнанный бык, и Бен Штайнберг понял, что с ним следует обращаться осторожно. Врач-стажер уже предупреждал его об этом, но сейчас он воочию увидел степень тревоги Билла за дочь. Похоже, отец раненой девушки мог в любую минуту потерять контроль над собой. Несчастье, произошедшее с дочерью, слишком его потрясло.