Меч Вильгельма. Повесть - Владимир Кривонос

– Подожди! – крикнул Павлик. Он вскочил с бревна и догнал мальчишку.

– Я не хотел тебя обидеть. Просто, я всегда думал, что друзей находят не так.

Мальчишка остановился и повернулся к нему. Растрепанные русые волосы шевелились от легкого движения воздуха. Черные глаза блеснули, как два уголька.

– Я и не думал обижаться. Ведь никто не верит в это. Только я и вожатый Витя.

– Вожатый вашего отряда?

– Нет. Он работал им, когда я сюда приехал в первый раз.

Ребята не спеша пошли в сторону лагеря. Мальчишка продолжал:

– Тогда мне было восемь лет, и я был самым младшим в отряде. Понимаешь, они все меня невзлюбили. Особенно этот парень по прозвищу Шмель. Он был заправилой в отряде. Все его слушались и боялись. Он всегда подстраивал мне всякие пакости. И я не выдержал. Решил убежать из лагеря.

Рано утром, собрав вещи, я выпрыгнул в окно и зашагал к калитке. И тут-то встретил Витю, вожатого. По утрам он делал пробежки. Витя остановил меня, начал расспрашивать. Я ему все рассказал.

– Ну и что дальше?

– А дальше, Витя стал меня уговаривать остаться в лагере. Не так как это делают все воспитатели. Он говорил со мной как с равным. Учил меня, как постоять за себя. И рассказал о венке дружбы. Он говорил, что если очень веришь в это, то обязательно найдешь такого друга, который всегда придет на помощь и с которым дружба будет самая крепкая.

Тем временем, ребята подошли к домику. Пора было на сончас. Они остановились.

– Ты из какого отряда? – спросил Павлик.

– Из третьего, – ответил мальчишка. – Наш корпус рядом с вашим.

– А тебя как звать?

– Разве мы еще не познакомились? – искренне удивился мальчишка. – Меня зовут Сашкой. А тебя?

Павлик назвал свое имя. И они коротко пожали друг другу руки. В знак знакомства.

* * *

Павлик и Сашка быстро подружились. Хотя по характеру они были совершенно разными людьми. Павлик был всегда задумчив, спокоен. Предпочитал больше находиться в одиночестве, чем в шумной компании. Если что-то делал, то только все рассчитав и обдумав. Сашка же был подвижен и, более того, суетлив. Стоит кому-нибудь подкинуть интересную идею, так он моментально хватался за нее и спешил воплотить в жизнь. Но как быстро он брался за дело, так же быстро и остывал к этому делу. Он очень любил поговорить. И у него всегда было что рассказать. Такие вот разные люди были Павлик и Сашка. Даже цвет волос у них был разным: у Павлика – черный, а у Сашки – белый. Но так часто бывает, что люди с совершенно противоположными характерами становятся друзьями – не разлей вода. Они как бы дополняют друг друга. И их дружба является примером настоящей гармонии, к которой стремится все в природе, в том числе и человеческие взаимоотношения.

И вот, благодаря Сашке, с друзьями произошли по-настоящему фантастические события. Хотя начиналось все просто.

Сашка узнал, что Павлик увлекается кораблями. И этого хватило, чтобы он загорелся идеей понастроить корабликов и запускать их в заливе. Из чего делать кораблики? Да очень просто – из коры. Из обыкновенной сосновой коры. Сашка знал замечательное место, где ее можно было набрать. Только это место было за пределами лагеря. И мальчишки решили смотаться туда во время сончаса.

Встретились у крыльца столовой. Карман шорт у Павлика оттягивал складной нож, который он привез из дому и прятал всегда от посторонних глаз. Сашка подошел к нему и заговорщическим голосом спросил:

– Пошли?

Чтобы никто ничего не заподозрил, они побрели вразвалочку в сторону футбольного поля. Уже свернули по тропинке в кусты, как их окрикнул голос Дмитрия Геннадьевича:

– Мальчики! Вы куда?

– А Павлик сегодня утром здесь кепку потерял, вот мы и пошли с ним поискать, – нагло соврал Сашка, при этом сделав совершенно невинный вид. Павлик только кивнул головой в подтверждение. – Мы не долго. Сейчас поищем и придем. Можно?

Вожатый какое-то мгновение поколебался, но все же благосклонно разрешил:

– Давайте, долго не ходите. Чтобы через десять минут были в комнатах.

Мальчишкам только этого и надо было. Они шмыгнули в кусты, обошли поле и, найдя в заборе лазейку, выбрались на свободу. За забором был луг с высокой травой по пояс, отделяющий лагерь метров на сто от леса. Пробежав быстро луг, мальчишки оказались в тенистой прохладе деревьев. Нашли петляющую тропинку, по которой вышли на дорогу.

– До соснового бора надо минут пять топать, – рассказывал Сашка. – Там сосны – во-о! – Сашка вскинул руки в высоту, а затем развел в ширь. – У них, знаешь, какая кора здоровская?!..

Сашка не договорил. Навстречу им вырулила черная «Волга». При виде мальчишек машина остановилась. Из окна правой дверцы высунулась седая усатая голова в очках и пригласила мальчиков подойти.

– Молодые люди, – спросила Голова, – Вы случайно не из лагеря «Лукоморье»?

Этот вопрос насторожил друзей. Но видя, что глаза, смотрящие сквозь очки, не предвещают им ничего плохого, Сашка все-таки ответил:

– Допустим.

– Тогда, вы не подскажите, мы правильно едем? – Голова изобразила на своем лице вопрос так, как будто от его разрешения зависит многое.

Сашку это рассмешило, но он, сдерживая смех, деликатно проинформировал:

– Вы совершенно верно едете, и за этим поворотом уже будет лагерь.

– Большое вам спасибо, молодой человек, – Голова расплылась в улыбке и, как бы, между прочим, спросила, – А вам что, разрешают гулять за пределами лагеря?

– Конечно, разрешают, – соврал Сашка, тоже изображая улыбку.

– Еще раз спасибо, молодые люди, – сказала Голова и скрылась в машине, которая, заурчав, покатилась к лагерю.

Глава 3. Профессор Волобуев

Если вы хотите взглянуть на храм науки, то достаточно увидеть Еловградский государственный университет. Его высокое здание с зеленым куполом внушительных размеров, увенчанным остроконечным шпилем, на фоне рядом стоящих строений заметно издалека. С крыльца с широкими ступенями поднимаются белые колонны в античном стиле, подпирающие изящный портик – творение старинного архитектора. Огромные двери в два человеческих роста, распахиваясь, впускают потоки студентов. Если пройти вовнутрь, то сразу очутишься в просторном холле с высоким сводчатым потолком, расписанным затейливой фреской. Воистину, входишь в храм.

Так подумал бы любой, но не Катерина Васильева, почтальон третьего отделения связи. Университет находился на попечении этого почтового отделения, и, поэтому, Катерине не раз приходилось доставлять сюда почту. Вот и сейчас она деловито прошла через холл, длинный коридор, поднялась на второй этаж и направилась к дверям кафедры всемирной истории. Еще издали она услышала громкие голоса. Они доносились из открытой двери кафедры.

– …а я говорю, что нужно начинать с Лиховских холмов. Еще в прошлом году школьники из местной деревни принесли нам оттуда остатки рыцарского вооружения, – голос звучал зычно, он был наполнен энергией и жаром горячего спора.

Другой голос, не менее энергичный, возражал:

– Игорь Борисович, сотрудники нашей экспедиции почти докопались год назад до руин какого-то поселения на Черной Речке. Почему бы нам не продолжить поиски дальше?

– Я внимательно читал ваши отчеты и ничего существенного для себя не нашел. Те находки, которые сюда привезли, они, конечно, интересны, но совершенно не указывают на существование когда-то в том месте замка…

Когда почтальон вошла на кафедру, она увидела двух спорящих мужчин. Один из них сидел на краю стола. Увидев Катерину, он встал и, повернувшись к ней, воскликнул:

– А вот и сегодняшняя почта пришла!

Это был Игорь Борисович Волобуев, профессор, заведующий кафедрой всемирной истории. Высокий и, как жердь, худой человек, еще достаточно молодой: ему было не больше сорока лет. Темные с редкой проседью волосы были аккуратно зачесаны назад. Сквозь большущие очки в черной роговой оправе смотрели приветливые добрые глаза. Из-под мохнатых усов просияла улыбка.

– Нюрочка, – обратился профессор к секретарше, которая в углу кабинета стучала на пишущей машинке. – Примите, пожалуйста, почту. И все, что на мое имя, положите в моем кабинете на стол.

Секретарша встала и, поздоровавшись с почтальоном, приняла у нее несколько писем, газеты и два журнала. Все это она отнесла на свой стол, где тут-же стала сортировать. Катерина, выполнив свое дело, вышла и направилась дальше.

* * *

– Артем, – обратился к своему собеседнику Игорь Борисович. – Ты как на счет чашечки кофе?

– Да, пожалуй, не мешало бы, – ответил Артем Валентинович Страуман, тоже профессор и старый друг Волобуева.

– Тогда пройдем в мой кабинет.

Они вошли. Посреди кабинета стояли два стола буквой «Т». Позади стола профессора возвышались шкафы, где на многочисленных полочках расположились книги и предметы, которые для несведущего человека показались бы не более чем мусором. На самом же деле это были вещи, найденные в разное время на разных раскопках. Здесь находились: и рубило, выточенное неандертальцем, и осколки глиняной посуды, вылепленной древним гончаром, и наконечники стрел и копий разных времен и эпох. Здесь можно было найти кусок кольчуги средневекового рыцаря, потемневший от времени подсвечник, украшавший когда-то стены какого-нибудь дворца и многое, многое другое. Это был своего рода мини-музей, коллекция, которая пополнялась после каждой новой экспедиции, организованной кафедрой.