Джихад одинокого туриста - Алексей Туренко

Напарник молча пялился на бандитскую тачанку.

– Вещь! – наконец сказал он.

Взаимосвязь тачки и отсутствия полиции он явно не уловил. Ну и ладно.

– Пошли, – скомандовал я.

Стеклянные двери с шорохом разошлись, и мы, прислушиваясь, вышли на воздух. Снаружи было свежо и сумрачно. Тучи тянулись с моря, наседая на голые верхушки близких гор. Яркая зелень деревьев на сером фоне туч смотрелась тревожно. Ощущение – сродни затишью перед чем-то нехорошим.

Хлопок со стороны поселка. Потом захлопало часто.

– Выстрелы, – наконец вслух сообразил я. Напарник завертел головой. Стрельба смолкла.

Я не мог отделаться от впечатления, что в любую минуту на нас из кустов вывалится вооруженная толпа. Однако, как ни прислушивался, вокруг было тихо. Сделав над собой усилие, я отвел глаза от кустов и подошел к пикапу. В местных номерах я не разбирался, но они были. Полуторная кабина. Я заглянул поверх приспущенного окна – на заднем сиденье лежала куча-мала из шмотья и картонных коробок, в замке торчали ключи. Неплохо. Если что – транспорт есть. Обойдя капот и задрав голову, я посмотрел на стальную тушу пулемета, нависшую над кабиной. Сбоку торчал короб с лентой, тянувшейся к затвору. В звеньях виднелись зеленые патронные жопки. Кажется, заряжено.

Напарник подошел и встал рядом, рассматривая местную тачанку.

– Тю… – протянул он.

– Управиться сможешь? – поинтересовался я, имея в виду пулемет.

– С такой дурой?.. Не знаю, не пробовал, – мрачновато закончил он.

– Кинь клич. Может, найдутся умельцы…

Мы переглянулись. Именно в этот момент опять раздались частые хлопки. Со стороны поселка сухо и раскатисто треснуло. Это явно уже не автомат. С дороги послышался шум приближающейся машины. Мы оба напряглись. Машина, не сбавляя скорости, пронеслась по дороге, скрытой за деревьями и кустарником. Удаляющаяся стрельба, чей-то близкий, захлебнувшийся вопль. Машина тормознула, скрипнув шинами. Кратко и четко простучал автомат. Машина тронулась, удаляясь.

Костистый побледнел. Я, наверно, тоже.

– Убивают?.. – севшим голосом выговорил он.

– Похоже – охотятся. Прямо с машины. – Я обернулся к нему. – Сооруди в холле что-нибудь типа баррикады и засядь там. Обзор оттуда вполне приличный. А на улице нехрен отсвечивать. И возьми в помощь кого-нибудь из мужиков. А я пойду пошарю по окрестностям.

Глава 3

Вторник. Утро, 06.10.

Пожелав мне удачи, мужик шмыгнул в «родные стены», оставив меня наедине с чужой, во всех смыслах, действительностью. Чувствуя, как опять холодеет спина, я подошел к зеленой изгороди и, стараясь не отдаляться от нее, опасливо зашагал к дороге.

Поднятый шлагбаум при въезде, пустая стеклянная будка. Дорожка с единственным, «левым» тротуаром шла дальше. Я пересек ее и вломился в густой кустарник. Поимев пару царапин, но одолев кусты, я двинулся вдоль них к трассе. Дойдя, я присел и осторожно выдвинул голову из-за веток, осматривая дорогу. Широкая, обрамленная деревьями улица была пуста. Вдалеке, на противоположной стороне, виднелась пара одноэтажных строений утопающих в зелени. И три припаркованные и, похоже, пустые легковушки. Ни транспорта, ни пешеходов. Если не считать за такового труп на проезжей части. Бедолага, что орал минуту назад? Возможно. Машину, из которой стреляли, уже было не видно.

Судя по всему, дорога и была главной улицей поселка. Слева, насколько я помнил карту, мельком виденную вчера в фойе, дорога круто изгибалась в глубь побережья, соединяясь с приморским шоссе, шедшим выше. Справа начинался собственно поселок, тянувшийся пару-тройку километров между трассой и морем. Еще один выезд на трассу, кажется, был в самом конце.

Первым отелем, считая от ближайшего съезда, был соседний. Именно на его веранде убили четверых. Наш отель был вторым. Дальше, вдоль моря, с минимальными промежутками шли еще три десятка тур-борделей, в стороне которых теперь раздавалась стрельба.

– Ладно, что дальше?

Разгуливать в открытую по улице – не лучшая в мире идея. Я убрал голову и продолжил путешествие с «изнанки» – вдоль густых и колючих кустов. Первым открытием стала небольшая автостоянка за деревьями, с пятью блестящими туристическими микроавтобусами. Точь-в-точь как тот, что привез меня. Ровный ряд «мерсов» поблескивал тонированным стеклом. Не углядев на стоянке людей, я пересек ее, наугад подергав пару дверей. Заперто.

Снова колючие кусты. За ними началось подобие газона – выжженная, жесткая трава, редкие деревья. Метрах в тридцати замаячила новая стена кустов. За ней, в просветах деревьев голубел стеклянный фасад отеля.

– Вперед, Чингачгук, – скомандовал я себе и, стараясь не высовываться, на полусогнутых домчался к новым кустам и нырнул в них. Отдышавшись и прислушавшись, я присел на колено и медленно отвел в сторону пару веток, заглянув в открывшийся просвет. Вход в отель, просторная площадка перед ним. Правее начинался проезд, выводивший на главную дорогу. От края моих кустов до асфальта было около метра.

У отеля, кормой ко мне, стоял «Логан»-такси с распахнутыми дверями. На левой передней торчали чьи-то здоровенные ноги, задранные к небу. Хозяин ног, развалившись на пассажирском сиденье, курил. Судя по специфическому запаху – явно не табак. Воображение моментально нарисовало небритого, укуренного Конана.

Конан, Бэтмен… Какая, на хрен, разница! Обкуренный дядя обгадил мой план – тихонько просочиться дальше. Тут хрен пройдешь.

Убедившись, что страж беспорядка прочно засел в машине, я принялся за осмотр гОстеницы. В фойе просматривался еще один мужик, разгуливающий по холлу. Я пробежал глазами по фасаду. Несколько окон было открыто. Сквозняк колыхал занавески. Из одного, кажется – на третьем, послышались треск дерева и женский крик. Гортанная команда, женщина заткнулась. Похоже, к кому-то вломились гости. На этом события кончились.

Не знаю, как и почему, может – перегруз, но вместо продолжения наблюдения я погрузился в бесплодные, сожалеющие раздумья о рембате, где прошла срочка. Позитивный итог службы: два раза по полрожка и познание устройства гаубицы Д-30. Не, автомат я разобрать могу. Даже собрать. А толку?

Единственным светлым пятном моей «военной биографии» стал прошлогодний случай, когда наш, ошалевший от бабла учредитель вывез сотрудников и клиентов на пострелялки, решив разнообразить корпоративную жизнь. Отстояв длинную очередь на стрельбище, я получил дробовик, беруши и десяток патронов и был допущен на поле, где летали тарелки. Охренев от самого себя, я, впервые в жизни стреляя из двустволки, сшиб подряд десять тарелок. Охреневший не меньше моего инструктор отсыпал мне новую пригоршню пластмассовых цилиндров. И по какой-то особо извращенной траектории выпустил еще десяток. Первую я просто-напросто не увидел. Меня тронули за плечо и показали удалявшуюся красную точку. Я кивнул. И меланхолично подшиб девять оставшихся. Меланхолично – поскольку на тот момент пребывал в состоянии глубокого похмелья…

Вторник, 06.10.

Сеанс воспоминаний прервал шорох по соседству. Сердце забухало, и я замер, едва не оросив штаны. Осторожно скосив глаза, я увидел метрах в десяти крадущуюся вдоль кустов, почти голую фигуру. Мужик был в одних трусах. Дополнительно наличествовали исцарапанное пузо и грязные коленки. Сгорбившись и не сводя глаз со входа в отель, дядька тихо маячил у кустов, время от времени тихо шипя, наступая на сучок или колючку.

Я с облегчением выдохнул – собрат-турист.

– Эй… – тихо окликнул я «диверсанта».

«Следопыт» дернулся всем телом. Испуганные, затравленные глаза. При виде оружия в них появилась обреченность.

– Турист? – по-прежнему тихо поинтересовался я.

Глаза обрели жизнь.

– Да, – громко прошептал он. – Из этого отеля. Я с Кирова, – зачем-то добавил он.

– Тише! – Я оглянулся на вход и «Логан». Не обнаружив явного криминала, я жестом поманил его ближе.

Через две минуты тихого, срывающегося шепота у в общем-то матерого мужика от волнения так застучали зубы, что он умолк. Даже представить не мог, что они стучат так громко.

Основное, мужик, которого звали Мишей, выложить успел. Стараясь вести здоровый образ жизни, дядя Миша ежедневно совершал раннеутренний заплыв километра на два. Сегодня, подплывая к берегу, он едва не хлебнул воды, став свидетелем утреннего расстрела. Троих сбежавших, с его слов, какие-то проворные местные хлопцы «положили» в конце пляжа. Там, насколько он смог разглядеть, стояло что-то типа заградотряда.

Чуть очухавшись, Миша доплыл до пляжа и, хоронясь за лежаками, на пузе дополз до деревьев. Не рискуя соваться в отель в чем был, он уже минут двадцать бродил по кустам, пытаясь разглядеть, что творится в отеле.

– Ты сколько там народу видел?

– В конце пляжа стоит джип, – продолжая лязгать зубами, выговорил он. – Ч-человек пять-шесть. И из от-теля выходили на веранду д-двое. И в фойе од-дин.