Знаки - Антон Аркадьевич Измерлиев

Он помнил. Точнее, начал вспоминать после слов матери. Голова раскалывалась от боли.

"Ну что ты, мой мальчик, всё хорошо, хорошо, хорошо…", — забормотала мать как заклинание. И он почувствовал, как окончательно отступают прочь все безумные видения людей, превращающихся в насекомых.

"А я никого не убил?", — через силу выдавил он, безумно боясь услышать ответ.

"Ты пальцем никого не тронул", — торжественно объявила мать, — "Клянусь тебе. Пойдем, отведу тебя спать".

Он и правда почувствовал, как глаза начинают сами собой закрываться и потому позволил матери отвести себя в кровать. Он упал в белое, пахнущее стиральным порошком бельё. Только одно мелькнуло перед его глазами, прежде чем он провалился в сон. На потолке, на стенах, на мебели, повсюду, начали закручиваться Спирали.

* * *

Когда мать убедилась, что он заснул, она сходила на кухню и вернулась, держа руку за спиной. Она села рядом с кроватью. Михаил крепко спал. Она положила руку ему на волосы и стала легонько их поглаживать. Сын даже не шелохнулся. Медленно она подняла руку, ту, что прятала за спиной. В ней тускло блестел нож. Она с силой вцепилась в волосы сына и дёрнула его голову назад. И тут же вонзила нож в открывшееся горло.

* * *

Она бросила окровавленный нож в раковину, потом стащила с себя замаранную одежду и бросила её на диван, поверх тела. Взяла со стола мобильный и набрала номер.

"Ещё не спишь? С ним всё закончено. Нет, у меня проблем не было. Проблемы у тебя".

Она выслушала ответ собеседника, покивала, как будто он мог это видеть, и продолжила:

"Трое обращённых погибли. На первых двух плевать, но вот третья была ценным кадром. И чего ради? Мы так и не узнали ничего об этих знаках. Нам без разницы психосоматика это или магия, важен практический результат. Я могу глушить сигналы, работая напрямую с мозгом, но даже у меня это забирает слишком много сил. Поэтому больше никаких экспериментов. Ни-ка-ких. Понял меня? Хорошо".

Она положила трубку и осмотрела комнату. В целом, приемлемо. Но квартиру всё равно придётся оставить. Слишком много ниточек вели сюда. Она вышла на балкон и распахнула окно. Было уже за полночь, улица пустовала. Лицо её исказилось в гримасе. Кожа на скулах дрогнула, по ней пробежала лёгкая волна. Челюсти выдвинулись вперёд, разрывая кожу на подбородке и шее. Она издала серию звуков, отдаленно похожих на щелчки пальцев. Несколько секунд стояла тишина, потом откуда-то сверху донеслось ответное щёлканье. Воздух задрожал от трепещущих крыльев. Летели чистильщики.

Она опустилась на диван рядом с телом Михаила и принялась сдирать с себя кожу его матери.