Ручей повешенной женщины - Луис Ламур

Мы проработали всего несколько минут, когда хозяйка подошла к двери.

— Ладно, ребята, кончай работу! — крикнула она. — Скоро придет Пат. Он убьет меня, если увидит, что я заставила вас работать за кормежку.

Она вынесла две глубокие тарелки, с верхом нагруженные ломтями ветчины, картофельным пюре и кукурузными початками, и поставила их на крыльцо.

— Будет мало, постучите. Пат и сам отменный едок, ему ничего не стоит справиться и с двумя такими порциями, я-то знаю.

Мы принялись за еду. Хозяйка поставила рядом с нами кувшин молока и снова скрылась в доме.

— Здесь куда не пойдешь, везде славные люди, — заметил Эдди. — Она точно не заметила, что я черный.

— Может, действительно, — не заметила? — предположил я.

Ну что ж, коли ее Пат и впрямь отменный едок, решили мы, то нам нельзя ударить в грязь лицом. В общем мы воспользовались ее приглашением и постучали в дверь. Хозяйка вновь наполнила наши тарелки, а затем вынесла на крыльцо здоровенный бумажный пакет, доверху набитый всякой снедью.

— Вот, возьмите немножко на дорогу, — сказала она. — И еще чуток кофе, если у вас найдется, в чем его сварить.

— Спасибо, мэм, — сказал я. — Большое вам спасибо.

— Премного обязан, — блеснул учтивостью Эдди.

— Говорят, бродяги ставят пометки на дверях домов, где их покормили. Это правда?

— Понятия не имею, мэм. Но я всегда буду вспоминать этот дом как обитель прекраснейшего цветка старой Ирландии. Вы просто прелесть, мэм.

— Ох, да Бог с тобой! Ладно, вы получили свой завтрак. А теперь ступайте своей дорогой.

Ночь мы снова провели в товарном вагоне, слыша сквозь сон потрескивание стенок на повороте и тяжкое громыханье колес по рельсам. Ван Боккелена мы больше не видели. Я был уверен, что он покинул город раньше нас, и, признаться, весьма радовался этому.

— Где следующая остановка? — полюбопытствовал Эдди. — Я еще ни разу не ездил в этом направлении.

— Полагаю, в Джимтауне. Если мы сумеем запастись там провизией, то сможем потом доехать до самого Майлс-Сити. Придется, правда, чуток затянуть пояса.

Поезд мчался вперед, изредка издавая низкие протяжные гудки. Страна, по которой мы сейчас катили, была покрыта простиравшимися на многие мили пшеничными полями. Порою мелькали полоски пастбищ. Однообразие бескрайней прерии время от времени нарушалось пологими холмами или небольшими озерцами и болотцами, обрамленными низкорослым кустарником.

Небольшие рощицы виднелись лишь у речек; да возле некоторых ферм или деревушек зеленели посадки.

Подъезжая к Джимтауну, товарняк притормозил; мы выпрыгнули из вагона и направились к Мэйн-стрит. Я попал сюда во второй раз и обнаружил, что со времени моего первого посещения городок сильно изменился.

— Мне было чуть меньше четырнадцати, — рассказывал я Эдди, — когда я приехал сюда на самом первом поезде. Ну, его только пустили по этой дороге… Хозяйство «Би Би» тогда как раз перегоняло скот из Техаса в Абилин, а оттуда стадо везли в Чикаго. Я тоже был с ними. Вот босс и решил взглянуть, какова трава в Дакоте. Потому и отправился на Запад на этом самом поезде, прихватив с собой две-три лошадки да несколько человек помощников. Ну, и меня в том числе.

— В те времена здесь небось почти ничего и не было, — заметил Эдди. — Уж во всяком случае, все выглядело совсем не так, как сейчас.

— Верно. Тогда тут стояли одни палатки, — кивнул я. — Это теперь понастроили… Отели, магазины и прочее.

Я намеревался отыскать человека, которого еще мальчишкой знал в Фарго-средь-леса. В те дни трудно было бы найти злачное место, подобное этому. Оно таким и оставалось, пока солдаты Кастера наконец не очистили его. Джек О'Нил убил троих из них прежде, чем с ним разделались.

Этот мой друг был одним из ковбоев с ранчо «Би Би». Он, как и я, решил остаться в Дакоте, и мы оба обосновались в Фарго-средь-леса. Конечно, был еще и Фарго-средь-прерий, но его заселяли по большей части добропорядочные горожане. Что же до меня, то Фарго-средь-леса привлекал меня куда больше.

Мой друг оказался мудрым человеком: после того как Джек О'Нил убил троих солдат, он сумел убедить меня покинуть Фарго-средь-леса. В прежние времена он знавал ребят из Седьмого кавалерийского полка в Канзасе и понимал, что кавалеристы не останутся в стороне, когда убивают кого-то из их отряда. Мы-то, разумеется, были к этому убийству совершенно непричастны, но мой друг дал мне хороший урок.

— Держись подальше от всяких ссор и заварух, — сказал он. — В них всегда стреляют ни в чем не повинных соседей.

Вот мы и отправились на Запад к Джеймс-Ривер, где железная дорога тогда и кончалась… Словом, в Джемстаун, чаще именуемый Джимтауном. Он располагался в долине, где Пипстем-Ривер впадает в Джеймс-Ривер. Когда мы впервые попали туда, там жили лишь солдаты, да и тех было совсем немного.

Теперь же мундиры и вовсе исчезли из округи, а сам городок, каким бы крохотным он ни был, казался весьма преуспевающим.

— А если мы отыщем этого твоего дружка, он нас накормит? — спросил Эдди.

— На то и рассчитываю, — отозвался я. И если он здесь, то я его непременно найду. Просто спрошу, где тут аптека. Ведь Том Гетти не может спокойно пройти мимо аптеки. В жизни не встречал человека с такой кучей всевозможных хворей. Он как-то сказал мне, что и сам не знал, насколько тяжело болен, пока в одну из зим хижину, где он зимовал, не занесло снегом. Так вот, в той хижине он отыскал «Домашний Медицинский Советник» и прочел его от корки до корки. А если бы не эта книга, он так бы и дожил до глубокой старости, даже не подозревая, как тяжко болен.

Когда мы нашли аптеку, Эдди остался на улице приглядеть за седлом, а я зашел.

— Мне бы найти человека по имени Том Гетти, — сказал я.

— Еще бы несколько таких, как он, — вздохнул аптекарь, — и я бы нужды не знал. Том — самый живучий из всех умирающих, каких я когда-либо знал. Но ты, парень, к сожалению, опоздал. Он отправился на Запад… кажется, в Медору.

— Такое уж мое везение, — отозвался я.

Аптекарь вышел из-за стойки.

— Ты можешь разузнать о нем у Дустера Вимена. Он здесь заправляет делами Гетти.

Ну, уж я-то знал, что Гетти ничего не смыслит в сделках. Как, впрочем, и в покере.

— Когда я видел его в последний раз, — проговорил я, — он пас стадо. Мы работали вместе.

— Наверное, то было несколько лет назад. А сейчас дела у мистера Гетти, похоже, идут неплохо. Он торгует лошадьми и мулами.

Дустера мы нашли у двери салуна. Узнав, что я разыскиваю Тома Гетти, он насторожился и оглядел нас с головы до пят — сперва меня, потом Эдди.

— Так что вам от него нужно?

Я заметил у него под курткой кольт. Дустер носил револьвер за поясом. Впрочем, будь он и без кольта, все равно я сразу бы смекнул — у парня нрав крутой.