Недожитая жизнь - Зое Дженни

Сезен принесла с собой вентилятор. Теперь она попросила Айсе встать на полу на колени. Прохладный воздух с такой силой подул ей в лицо, что в уголках глаз Айсе выступили слезинки. Волосы ее развевались в воздушном потоке. Создавалось впечатление, что она падает, летит в глубину. Вот, лишь слегка приоткрыв веки, она застывает в неподвижной позе, как зверь, который в предчувствии нападения притворяется мертвым. Она глядит в объектив, в большое черное око, как будто медленно погружаясь в него, пока от нее ничего больше не остается.

Они не разговаривают. Сейчас Сезен молча заскользила вокруг Айсе, словно вокруг изваяния, которое может быть разрушено одним неверным словом. Слышно только щелканье, потом жужжание, когда пленка отматывалась обратно, и торопливое разрывание упаковки, когда она вставляла новую кассету.

Когда Сезен наконец опустила камеру, это было похоже на пробуждение. Пошатываясь, она поднялась на ноги.

— Это будут лучшие снимки из тех, что я когда-либо делала, — удовлетворенно сказала Сезен, пока Айсе одевалась. Та неподвижно уставилась на камеру в руках Сезен, как будто кое-что из того, что отныне навсегда останется запертым в этом ящике, хотела забрать назад.

Сезен жила на восемнадцатом этаже высотного здания на очень оживленной улице в центре города. Ее родители в этот вечер ушли, чтобы Сезен могла без помех развлекаться с друзьями.

Войдя в квартиру, Айсе и Зафир сразу попали в атмосферу дыма, смеха и духоты. Вечеринка была уже в самом разгаре, они опоздали, потому что Зафир в этот вечер дольше обычного провозился в ванной комнате, — нарочно, как полагала Айсе, и она нетерпеливо стучала в дверь, в то время как Зафир, распевая и фыркая, плескался в ванне.

— Мы придем слишком поздно! — кричала она, но Зафиру ее крики были как об стенку горох. Затем он медленно и лениво катил в машине по улице.

— Никаких оснований для спешки, — говорил он, но Айсе было очень неприятно явиться на вечеринку запоздавшим гостем и тем самым привлечь к себе внимание. Переступив порог, Айсе сразу почувствовала на себе взгляды присутствующих. От ее босоножек на высоком каблуке, делавших ее лодыжки еще изящнее, они поползли до осиной талии, миновали ее хрупкие плечи и с восхищением замерли на ее кошачьих, миндалевидных глазах.

— А, принцесса и ее шофер! — воскликнула Сезен, захлопав в ладоши, вышла им навстречу в прихожую и повела по квартире.

Везде тесными группками расположились гости. Несколько человек обосновались на кухне. Они сидели молча, с закрытыми глазами, положив ладони на стол.

— Соблюдайте тишину, — сказал один, — мы слушаем известия из потустороннего мира!

В спальне родителей Сезен на кровати развалились две парочки и курили, а еще одна девчонка перед платяным шкафом под одобрительный смех остальных примеряла платья матери Сезен.

Зафир непонимающе покачал головой.

— Здесь сумасшедший дом? — раздраженно прошептал он Айсе.

— Ах, да оставь ты меня в покое, — тихо прошипела она и отвернулась.

Две подружки Сезен устроились в сухой ванне и, положив на колени блокноты, играли в морской бой. В углу прихожей Сезен указала на небольшой столик с подарками.

— Большинство вместо подарка просто притащили с собой друзей, — разочарованно сказала она, — а один приволок цветы, которые по дороге сюда надергал у кого-то в палисаднике.

Айсе подарила ей изображение танцующего дервиша, которое Сезен тотчас же повесила в своей комнате над письменным столом.

Молодые люди все вольнее разгуливали по квартире, дверцы шкафов нараспашку, ящики столов выдвинуты любопытствующей компанией. Из гостиной кто-то стащил серебряную рамку со свадебной фотографией, стоявшую на полке. Лишь через открытую дверь балкона внутрь проникало немного свежего воздуха, и каждый норовил туда выйти, чтобы с высоты птичьего полета взглянуть на город. Сезен угощала гостей аракой[2] в хрустальных рюмках, которые мать Сезен доставала только по особым случаям. Стереоустановка орала на полную громкость. Одна девица забралась на стол и затряслась в бешеном танце, а остальные приветствовали ее возгласами одобрения и со всех сторон забрасывали воздушными шариками. В следующем месяце ей предстояло уехать в Стамбул, чтобы выйти замуж. Она кружилась на кончиках пальцев, вскинув над головой руки, точно собиралась прыгнуть через плафон.

Саша и Ахим расположились на матраце и раскуривали наргиле[3], во время последних каникул привезенный Сезен из Стамбула. Когда сбитая с толку Айсе оглянулась по сторонам, она заметила в углу парня, который вчера на школьном дворе привлек к себе ее внимание. Тот держался как-то потерянно. Рядом с ней двое с любопытством разглядывали его. Айсе услышала, как один из них насмешливо произнес:

— А это что там еще за птица?

Он, должно быть, тоже расслышал сказанное, потому что одним глотком допил рюмку и направился к двери.

— Эй, Кристиан! — вслед ему крикнул Саша, когда тот уже собрался было выйти из комнаты. — Присаживайся к нам!

Он на мгновение замер в нерешительности.

— Пожалуй, но потом я сразу уйду.

Они раздвинулись, освобождая ему место на матраце. Кристиан обхватил губами мундштук и втянул дым. Потом расслабленно откинулся назад, держа во рту теплое облако.

Айсе видела, как в воде поднимаются пузырьки воздуха. Кристиан поднял глаза и в тот момент, когда их взгляды встретились, поперхнулся и отчаянно закашлялся. Саша и Ахим принялись с обеих сторон стучать ему по спине.

— Да он совсем побледнел. Немного свежего воздуха ему бы не помешало, — заботливо сказала Сезен и помогла Кристиану подняться на ноги. — Пойдем с нами, — добавила она, обращаясь к Айсе, потому что Зафир на время отвлекся — он беседовал с какой-то девчонкой, которая, запрокидывая назад голову, беспрерывно хихикала. Они втроем вышли на балкон.

Они стояли у парапета, словно на носу корабля, о который разбивалась ночь, под ними лежало море огней.

— Самое лучшее в этой квартире — вид с балкона, — сказала Сезен.

Снизу до них доносился приглушенный шум улицы; они могли заглянуть в освещенные окна многоэтажки напротив, а высоко над городом в темноте неустанно мерцали белые и красные огни телевизионной башни.

На парапете висел цветочный ящик, в котором из сухой земли пробились крошечные зеленые побеги.

— Из этого ничего не вырастет, — сказал Кристиан, указывая на ящик. — Здесь, наверху, слишком холодно.

— И слишком ветрено, — добавила Айсе.

— Поживем — увидим, — ответила Сезен.

В этот момент кто-то громко окликнул ее, и она снова вернулась в комнату.

Айсе повернулась было верхней частью тела, будто собираясь последовать за Сезен, но передумала и осталась.

Кристиан откашлялся. Смущенно протянул ей пачку сигарет.

— Я не люблю курить. — Айсе отрицательно покачала головой.

В маленьком пламени шипящей спички на мгновение высветился профиль Кристиана: высокие, четко очерченные скулы, узкая спинка носа и пухлые, в уголках рта как бы упрямо приподнимающиеся вверх губы. В гостиной кто-то уронил рюмку, которая со звоном разлетелась вдребезги.

— О боже, хрусталь! Родители меня убьют! — воскликнула Сезен. Раздался смех. Кто-то наступил на осколки, под башмаком захрустело стекло.

— Она пригласила слишком много народу, — сказал Кристиан, — они разнесут всю квартиру.

— Да, думаю, она уже и сама в этом раскаивается, — ответила Айсе.

Кристиан облокотился на парапет.

Айсе прижалась спиной к стене. Она бы и его охотно перетянула к себе. У нее голова закружилась, когда она увидела, как он облокотился на парапет, — под ним была пропасть в восемнадцать этажей. Они находились буквально в полуметре друг от друга, но ей казалось, что он стоял на другом берегу пустоты. Сердце ее учащенно забилось.

— Давай лучше уйдем отсюда, — предложила она. — Я знала кое-кого, кто упал с такой высоты.

— Не бойся. Это выдержит! — сказал он и потряс перила. — Представь, что этот балкон — стартовая площадка.

— И куда бы ты тогда полетел? — спросила Айсе.

Кристиан помедлил и выпустил в воздух струйку дыма.

— Сначала я полетел бы туда, где вырос, — ответил он наконец, — но только ненадолго, а потом я покинул бы Землю и отправился полюбоваться другими планетами.

— А я сразу бы покинула Землю и улетела к другим планетам, — сказала Айсе. — А почему вначале домой?

— Вон там у нас был дом, — ответил Кристиан через некоторое время и вытянутой рукой указал в направлении горизонта, — но мы, к сожалению, были вынуждены съехать оттуда. В квартиру, такую же маленькую, как эта. — Кристиан выстрелил в воздух окурком. — Во всяком случае, прежде чем покинуть Землю, мне хотелось бы взглянуть, стоит ли еще тот дом.