Туристы - Томас Диш

— И я с вами, — произнес чей-то голос.

Джимми обернулся: Рэймона.

— Не ожидали меня увидеть? — продолжила она с ироничной улыбкой.

— Если бы у меня было время поразмыслить, я бы, конечно, вас ждал.

— Мы предупредим их? Или просто исчезнем бесследно?

— Имеет смысл прежде поговорить. Если они не будут знать, что мы ушли исключительно по собственной воле, то пошлют кого-нибудь на поиски. Объясняться все равно придется.

— Верно.

Обменявшись достаточно холодным поцелуем (в конце концов, они едва были знакомы), они отправились, рука об руку, к ресторану, где ожидали Мирна и Нестор. Они шли медленно и не выбирали прямых путей, так что успели полностью обсудить положение. Будущее, решили они, это единственно важная вещь, и о прошлом говорить не стоит.

— Мы вернулись только для того, чтобы попрощаться, — объявил Джимми под тенистыми сводами галереи. — Мы уходим вместе.

Мирна, выпившая к шести часам вечера больше обычного, визгливым голосом выкрикивала несвязные упреки вперемешку с оскорблениями, не вставая, впрочем, из-за стола. Нестор, так и не докончивший свою рюмку коньяка, попросил:

— Сделайте одолжение, объяснитесь.

— Все так, как он сказал, Нестор, — Рэймона выглядела расстроенной (в сущности, она любила старика, каким бы он ни был), но все-таки не отпускала руку Джимми. — Мы решили, что это необходимо. Таков наш долг как человеческих существ.

Она рассказала о киборгах.

— Если мы не остановимся здесь, — добавила она, — этого не сделает никто и никогда. Вся раса продолжит свое безвозвратное плавание в будущее, пока какая-нибудь катастрофа, посерьезнее сегодняшней, не уничтожит нас до последнего представителя. К чему путешествовать из века в век, если они все похожи друг на друга? Ничего больше не увидишь, кроме туристов.

Мирна совсем не обратила внимания на длинное объяснение. У нее имелось свое, более простое.

— Вы влюблены друг в друга, — простонала она.

— Нет, — возразила Рэймона, — мы не влюблены. Думаю даже, что сейчас мы и не особенно нравимся друг другу. Но это наш долг. Разве вы не понимаете?

— Долг Джимми быть рядом со мной. Я заплатила миллионы долларов, чтобы он составлял мне компанию. Это нечестно.

Джимми пожал плечами. Мирна закрыла лицо руками и погрузилась в громкие рыдания.

— Что именно вы намереваетесь делать, вы оба? — спросил Нестор.

— Сначала найдем место, где можно вести хозяйство, — ответил Джимми. — Здесь должно быть много свободных земель. Мы собираемся заиметь как можно больше детей. Постараемся убедить других людей присоединиться к нам. Думаю, если они осознают ситуацию, то будут рады покинуть Морозильники. Затем, через несколько поколений — на это нужно время — у нас уже будет, что показать вам интересного в следующий ваш визит.

— О, не утруждайтесь ради меня. Я вполне доволен существующим положением вещей.

— Тем мы и различаемся.

— Если вам когда-нибудь наскучит…

— Мы делаем это не ради развлечения, — возразила Рэймона.

— Но если все-таки это произойдет, вы можете спокойно возвращаться в Морозильник. Я действительно надеюсь обнаружить тебя рядом в следующее мое пробуждение. Мне будет любопытно узнать результаты вашего эксперимента, если он их принесет. Миссис Болч, хочу верить, что выступаю и от вашего имени, предлагая им вернуться, когда они утомятся своим приключением.

— Нет!

— Так вы не разрешаете молодому человеку вернуться? Вы не хотите его больше видеть?

— Нет, я не это имела в виду!

— Боюсь, она чересчур потрясена, чтобы рассуждать разумно. Вам лучше уйти сейчас. Она изменит свое мнение.

— Сильно сомневаюсь, что это тот случай.

Нестор ограничился улыбкой.

— До свидания, — сказал он. — Ты не обнимешь Дэдди на прощание, милая?

Рэймона приблизилась и запечатлела поцелуй на лбу старика. Затем молодые люди удалились на медленной полосе движущегося тротуара по улице, уже погружавшейся в вечерние сумерки.

— Вам, знаете ли, следовало ожидать чего-нибудь подобного, — сказал Нестор Мирне, продолжавшей театральные рыдания. — В силу своей натуры он чересчур независим, чтобы вечно оставаться рядом с вами.

— Да знаю я, — ответила Мирна, шмыгая носом. (Плакать для Нестора не имело смысла, она понимала). — Но если бы он не был независимым, как бы я могла поверить, что он меня в самом деле любит?

— Кроме того, он чересчур умен.

— Мне нравятся умные люди, — сказала Мирна. — Мой папа был очень умным. Именно поэтому он заработал столько денег. Да и в вашей блондинке нет ничего от глупой девицы.

— Я тоже питаю слабость к уму. Глупая Рэймона мне бы быстро наскучила. Но в таком случае нам не стоит удивляться, когда их ум и чувство независимости приводят к тому, что они нас покидают.

— Джимми вернется, — заявила Мирна уверенно. — Он обязан… это указано в контракте. Но думаю, вы правы… он чересчур умен для своей роли. Я велю его переделать.

Она полностью успокоилась и теперь уже была способна увидеть комичную сторону ситуации.

— Детей! — рассмеялась она. — Я могла бы совершенно точно сказать, сколько именно детей им удастся завести!

— Я был удивлен тем, что вы не поступили таким образом.

— Это бы глубоко его оскорбило, если бы я сказала, что он не человек. Он бы никогда мне не простил. А я люблю его еще чересчур сильно, чтобы так наказывать.

— Уже вечер. Поскольку никого больше нет, я вынужден буду просить вас доставить меня в Морозильник, миссис Болч. Сегодня бал начнется поздно, но нужно еще добраться да вершины холма.

На полпути к Морозильнику они наткнулись на почившего нубийца, с которым расправился Джимми во время послеполуденной битвы. Он лежал с разинутым ртом, застывшая в углах губ кровь казалась черной.

— Помогите же мне катить это кресло, — потребовала Мирна, пихая его носком туфли в бок.

Киборг не шелохнулся.

— Господи, — пожаловалась Мирна, — сегодня они все поразладились.