Принцесса (СИ) - Степанова Мария Игоревна

В ЗАГСе на них смотрели равнодушно и устало. Таких как они, решивших пожениться здесь и сейчас, работницы ЗАГСа видели каждый день, и мольбы о срочности их не трогали. Заявление приняли и назначили дату — двадцать четвертое августа. Но это было совершенно невозможно. Тогда Сергей усадил ее в коридоре и куда-то ушел. Вернувшись через двадцать минут, он подмигнул Юле и вошел в кабинет один. А еще через пять выглянул и поманил ее рукой. Их расписали. Это было так просто и банально, совершенно неторжественно. Когда регистраторша спросила про кольца, Сергей пошарил во внутреннем кармане и достал тонкое колечко с малюсеньким камушком. Он аккуратно надел кольцо ей на палец и, улыбнувшись, чмокнул в нос.

Очнувшись от мыслей, Юля тряхнула головой и встала. Мимоходом глянула на руку — колечко было на месте, там, где оно находилось уже почти шестнадцать лет.

Накинув пальто, она вышла из кабинета. Надо было работать. Работа, это единственное, что занимало ее. Разумеется, кроме дочери. Лерка выросла вредной, въедливой и очень самостоятельной. Наверное, это издержки деревенской свободы, а, может быть, наследственность. Юле иногда казалось, что Лера тяготится возрастом и невозможностью принимать решения. Она была слишком самостоятельная, и только нежная любовь к матери сдерживала ее от импульсивных поступков. Хотя были времена, когда дочь заставляла поволноваться молодую мать. Чего только стоил поход в Америку, который затеяла семилетняя Лерка, подговорив соседских мальчишек. Компания из шести человек и двух собак скорее всего достигла бы берегов Нового Света, если бы не заблудилась в ближайшем лесу. Их нашли по реву самого младшего, четырехлетнего Семы. Попало всем, а мать Семы по сей день считает Лерку похитительницей детей.

Лерка просто фонтанировала идеями, и Юле приходилось держать ухо востро. К счастью, дочь сначала выстраивала план, а, так как советоваться ей было особо не с кем, детали плана она обсуждала с матерью. Юля, как могла, сдерживала дочкины порывы. Благодаря ей отменился запуск самодельного параплана. И поиск сокровищ на дне пруда тоже очень контролировался взрослыми, отчего из опасной затеи превратился в интересную игру. Сокровища нашли, дети наплавались, а родители, волновались только о том, чтобы Лерке вдруг не пришла мысль, что не все еще сокровища найдены.

Воспоминания вызвали улыбку. Сейчас пятнадцатилетняя дочь переживала муки взросления. Юля помнила себя в этом возрасте, представляла, какой трагедией может обернуться не вовремя вскочивший прыщ, и очень надеялась, что природное здравомыслие возьмет верх. Училась Валерия отлично, давая повод для гордости не только матери, но и всем остальным родственникам. Но больше всех гордился Валерией Илька. Не имея собственных детей, всю свою любовь он отдал Юлькиной дочери. И эта любовь была взаимной. Юлька обожала Ильку, прислушивалась к нему, и даже доверяла самые секретные секреты, вызывая приступы тихой ревности у матери. Юлька требовала, чтобы Илька немедленно поведал ей содержание тайн, но Илька молчал как партизан.

Кабинет информатики встретил распахнутыми дверями. На столах громоздились коробки и коробочки, а грузчики таскали и таскали, переговариваясь между собой. Сердце радостно забилось от созерцания всех этих богатств и предвкушения восторгов учителей и учеников. Когда она только запланировала покупку компьютеров, никто в школе не верил, что у нового директора что-то получится. Но она смогла! Коллеги даже не догадывались, сколько кабинетов оббежала Юлька, перед сколькими начальниками стояла, убеждая, что простой деревенской школе очень нужен новый компьютерный класс! Невероятно, но деньги нашлись, и вот теперь осталось дело за малым — найти богатству хозяина. Нет, информатика, конечно, в школе была, но Айсылу Батыровна, пожилая математичка, преподающая по совместительству информатику, наотрез отказалась осваивать современную технику.

— И не уговаривайте! — махала она рукой, когда Юля пыталась уверить ее, что все не так страшно, — да мне стыдно будет перед учениками! Они в компьютерах разбираются лучше, чем я!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Так и не удалось ее убедить, а значит встал вопрос поиска нового учителя. С этим было сложнее. Учебный год начался, а вакансия до сих пор была свободной. В очередной раз навестив управление, она вернулась с радостной новостью — преподаватель будет! Правда, она вообще ничего не знала о нем, кроме того, что это молодой специалист, желающий получить жилье. А значит, ей добавилась еще одна забота — проследить, чтобы молодой специалист был принят и обласкан как надо, в соответствии с государственной программой. В сельском совете предложили на выбор три дома, два из которых она отмела сразу, потому что один домик находился на окраине и выглядел уж очень заброшенным, а второе жилье было хоть и благоустроенным и располагалось в одной из трех двухэтажек, но она знала, что зимой там перемерзает вода, и жильцы таскают воду ведрами из колонки с соседней улицы. Подкладывать такую свинью новому сотруднику Юлька не собиралась. Третий дом был вполне приличным на вид и уютным изнутри, осталось навести порядок.

Прозвенел звонок. В коридоре зашумели, забегали ученики. Любопытные заглядывали, таращили глаза, боязливо протягивали руки и дотрагивались до новеньких блестящих коробок. Грузчики, работа которых усложнилась с появлением снующих туда-сюда детей, беззлобно покрикивали на любопытных, требуя уйти с дороги.

— Мам! Юлия Вячеславовна! — в кабинет забежала Лера, вздергивая на одно плечо рюкзак, — уроки закончились, я пойду к бабушке, ладно?

Называть ее по имени-отчеству в стенах школы Юля просила дочь с первого класса. Сначала той было забавно, потом привыкла. Теперь же, когда Юля стала директором, Лерка больше всех старалась соблюдать субординацию, поддерживая авторитет матери.

Юлька подошла к дочке, заправила за ухо выпавшую длинную челку. Какая она уже взрослая! Почти одного с ней роста. И красавица. Юлька украдкой любовалась дочерью, пытаясь понять, на кого же все-таки похожа Лера. Иногда ей казалось, что на нее, а бывали дни, когда она в лице дочери видела черты Сергея.

— Ну так что, можно? — девочка нетерпеливо топталась на одном месте.

— Да, конечно, — Юлька улыбнулась, — иди. Поцелуй от меня бабушку и Нину.

— Мам! — глаза Лерки таинственно загорелись, — говорят, у Нины кавалер завелся!

— Кто говорит? — Юлька нахмурилась, знала она эти источники информации, такого наплетут, что мало не покажется!

— Катька сказала, а она слышала, как мать рассказывала бабе Зине…

— Ну, понятно, — Юлька устало вздохнула, — ладно, иди, обязательно поешь там! И чтобы к шести была дома! И Гаврилу покорми!

— Хорошо, мам! — эти слова донеслись уже издалека.

Покачав головой, Юлька взяла со стола накладные и углубилась в чтение. Краем уха она слышала, как на улице командует Алла Петровна, требуя от грузчиков большей аккуратности.

— Добрый день! — приятный мужской голос оторвал Юльку от чтения и она подняла глаза. Молодой человек в темно-синей куртке смотрел на нее пристально. — Вы — завхоз?

Юлька отрицательно качнула головой.

— Нет, я директор школы. А вы кто?

— О, отлично! Вы-то мне и нужны! — молодой человек протянул руку, — а я Денис, вас Анатолий Павлович не предупреждал?.

— Вы — программист? — уточнила Юлька, и молодой человек с улыбкой кивнул.

— Системный администратор, — поправил он ее, — я настрою вам компьютеры, ну и сделаю все остальное, что нужно.

— Замечательно, — Юлька заулыбалась тоже, — можете начинать уже сегодня. Ой, — в голову пришла неожиданная мысль, — вы будете приезжать каждый день?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Лучше бы, конечно, остаться дня на три-четыре, — Денис стянул перчатки, — а то я на дорогу потрачу четыре часа, работать будет некогда.

— Ну хорошо, я подумаю, где вас разместить, — Юлька сунула мужчине бумаги, — вы пожалуйста сверьте наличие с документами, а я ненадолго отойду. Алла Петровна вам поможет.

— Алла Петровна это та бодрая старушка? — Денис махнул рукой в сторону выхода.