Прекрасный каратель - Каролайн Пекхам

мой наряд. Леггинсы и свитер, которые я носила, были чересчур повседневными, идеально подходящими для путешествия на самолете и совершенно нормальными для человека моего возраста. Но папины брови нахмурились, и, клянусь, вздох сорвался с губ.

— Подойди, обними своего старого папу, — попросил мой отец, и я поспешила обнять его, окутав меня знакомым запахом мяты и табака. Он дважды поцеловал меня в щеки, а затем развернул меня в своих объятиях лицом к Николи.

— Ты помнишь Николи? — спросил папа.

— Конечно, — сказала я, борясь с закатыванием глаз. Как я могла забыть парня, которого ты усыновил и подготовил, чтобы он стал твоим наследником?

— Рад снова видеть тебя, Слоан. Как Италия? — спросил Николи, и папа подтолкнул меня к нему.

— Удивительно. Я бы жила там, если бы могла, — легко сказала я, пытаясь не обращать внимания на то, как глаза Николи царапали каждый дюйм моего тела. Или то, как мое сердце отреагировало на это, бешено стуча в груди.

Тощий мальчик, обнимавший меня в день смерти моей матери, полностью изменился; он был моим рыцарем в сияющих доспехах в худший момент моей жизни, и теперь у него были подходящие черты.

— Ерунда, — процедил папа. — Тогда ты пропустишь прекрасную жизнь, которую я организовал для тебя здесь.

— Какая жизнь? — спросила я немного резко.

— Возможно, Николи объяснит, — сказал папа, его тон был мягок, но каким-то образом заставил меня нервничать.

Я посмотрела на Николи, и мое сердце сжалось и разорвалось, когда он опустился на одно колено и достал кольцо в бархатной коробочке. Камень был таким большим, что поймал свет и наполовину ослепил меня.

Паника охватила меня, когда я смотрела на свою судьбу. Потому что случилось худшее. Папа продал меня. Это не было просьбой. Это было требование. Пожизненное заключение.

Нет.

Конечно нет.

— Выходи за меня замуж, Слоан Калабрези. Я сделаю тебя счастливее, чем ты можешь себе представить, — пообещал Николи, и что-то в его взгляде говорило, что, возможно, он действительно мог бы предложить мне это. Но я не хотела быть прикованной к мужчине, которого сама не выбирала. Я знала, что мамин брак был устроен с папой, и он определенно не был счастливым. Я надеялась, что судьба никогда не будет навязана мне, что я буду предоставлена самой себе. Но теперь я поняла, насколько глупыми были эти мысли.

— Папа, пожалуйста, мы можем поговорить? — Я умоляла его, мой голос срывался, когда мир, казалось, наклонялся и рушился.

Всего несколько мгновений назад я поклялась никогда больше не быть заключенной, и теперь кольцо, похожее на ошейник, смотрело мне прямо в глаза.

Николи взглянул на папу с легким замешательством, и у меня вырвался маниакальный смех. Потому что он не знал. Он думал, что это уже решено. Он думал, что я знаю . Но, конечно, папа никогда не говорил мне. Его никогда не заботило, что я о чем-либо думаю.

— Конечно, amore mio, — напевал папа, но все это было игрой. — Как только ты дашь Николи ответ. Нехорошо держать джентльмена на коленях.

— Но папа… — начала я, и его рука сжала мое запястье. Слишком туго.

Он никогда не бил меня, но я видела, как он однажды ударил маму. Его хватка была сильной, а в глазах читалась явная угроза. Но моим единственным преимуществом было то, что он попытается сохранить лицо перед Николи, так что я оторвалась от него, и ему пришлось меня отпустить.

Я вылетела из комнаты, направилась наверх в свою старую спальню, распахнула белоснежную дверь и вошла в розовую комнату принцессы, которая совсем не была похожа на мою. Коко выбежал из коридора в комнату и нырнул на мою кровать, глядя на меня, виляя хвостом.

Я вытащила из сумочки мобильный телефон и набрала номер Ройса, когда мое сердце неровно забилось в груди. Он был единственным человеком в Америке, которому я доверяла, но что я могла сказать? Теперь, когда мы вернулись домой, мой отец был его начальником, а не я. Но он был для меня больше, чем просто сотрудник. Это был парень, который играл со мной в карты, пока охранял меня, он научил меня бросать мяч в корзину в баскетболе, он утирал мой сопливый нос в детстве. Он был для меня большим отцом, чем мой папа. И он придет, если я позову. Я была в этом уверена.

Папа вошел в дверь, и Коко начала яростно тявкать, пытаясь отпугнуть его. Он захлопнул дверь, и моя кровь превратилась в лед.

— Дай мне, — потребовал он, шагая вперед, протягивая руку к моему телефону. Но это был не просто телефон, это была моя жизнь, моя связь с внешним миром. Отказаться от этого означало потерять контакт с моими друзьями в Италии, людьми, которые были рядом со мной на протяжении многих лет, которые смеялись со мной и проводили часы в моей компании.

Я отвернулась, но папа схватил меня за руку и вырвал телефон из моей хватки.

— Подожди секунду… — Мои слова замерли, когда он вытащил SIM-карту.

— Нет! — закричала я, цепляясь за него, чтобы достать. Меня охватила паника, и я боролась изо всех сил, отчаянно желая, чтобы он не забрал это у меня.

Он удерживал меня одной рукой, а другой со злобным треском раздавил ее. — Хватит этого, Слоан. Что на тебя нашло?

Он бросил две части SIM-карты на ковер, прежде чем сунуть телефон в карман. Эти две части отражали мое сердце.

— Ты смеешь оставлять Николи на полу моего дома, предлагая тебе целый мир?

Он схватил меня за плечи, и Коко яростно зарычала, спрыгнув с кровати и вцепившись в его штанину в отчаянной попытке спасти меня.

Ройс тайно обучал меня самообороне последние четыре года, но я не осмелюсь поднять руку на отца. Даже если бы я могла дать отпор ему физически, я ничего не могу сделать с его ментальным давлением на меня.

— Я не выйду за него замуж, — прошипела я, и глаза папы стали смертельно темными. Он сжал меня крепче, его пальцы царапали мои руки, пока он тряс меня.

— Без Николи у этой семьи нет будущего. Я готовил его пойти по моим стопам четырнадцать лет! Ты знаешь, что мне нужен человек, которому я могу доверять, чтобы унаследовать мой титул, когда я умру. Твой муж не может быть кем угодно, это должен быть правильный мужчина. Это должен быть он .

— Но..

— Но ничего! — отрезал он. — Без этого брака, чтобы обеспечить наследников для нашей семьи, Ромеро захватят город. Это то, что ты хочешь?