Прекрасный каратель - Каролайн Пекхам

были стать будущим этого города, и я отказывался принять мысль о том, что кто-то пытается украсть у меня эту судьбу.

Я выпрыгнул из окна, приземлился на промерзшую землю снаружи и покатился по битому стеклу, которое резало и кусало мою плоть, усугубляя раны, нанесенные мне отбросами Ромеро.

Мгновение спустя я уже был на ногах, мой взгляд остановился на черном БМВ на дальнем конце широкой лужайки, где Рокко, блядь, Ромеро, запихивал мою невесту в багажник.

Ее крики пронзили воздух и разорвали мое сердце, и я завопил от ярости, когда побежал к ней.

Я иду, Слоан. Я разорву мир на две части, чтобы спасти тебя!

Другие члены семьи Калабрези уже мчались по траве, выкрикивая проклятия, пытаясь добраться до нее. Но мой темп превзошел их всех, потому что ни один из них не мог сравниться с моей яростью. Она была моей судьбой, и я скорее умру, чем упущу ее сквозь пальцы.

— Ромеро! — Я заревел, вызов и требование. — Встань и повернись ко мне лицом, как мужчина!

Мои ноги стучали по твердой земле, когда я сокращал расстояние между нами, но этот грязнокровный мудак уже прыгал в машину, и двигатель жадно рычал, включив передачу.

— Нет! — Я кричал. — Будете ли вы бежать от этой битвы, как трусы!?

Где-то рядом со мной раздалось пронзительное тявканье , и я глянул вниз, заметив маленькую белую собачку Слоан, Коко, бегущего рядом со мной, его ярость встретилась с моей, когда эти гребаные придурки украли Слоан у нас.

Машина умчалась по улице, и Карло выстрелил из пистолета позади меня.

— Не стреляйте в нее! — Я взревел, призывая его бросить мне вызов, даже не оглядываясь назад.

Мой взгляд был прикован к этой чертовой машине. Моя жизнь лежала там. Моя невеста. Мое наследство. Единственное истинное право на эту империю, которой я отдал свою жизнь.

Я был мальчиком, взятым из ничего и подготовленным, чтобы занять место величайшего мафиози, которого когда-либо видел этот город. Джузеппе Калабрези взял меня в свой дом ребенком, и с тех пор я выплачивал этот долг каждый божий день своей жизни. Я работал не покладая рук, чтобы быть лучшим, каким я мог быть. Для него. Самый близкий отец, которого я когда-либо знал. И он доверил мне заботу о его самом дорогом сокровище. Когда я женюсь на Слоан, я стану Калабрези во всех смыслах этого слова. Она была моей наградой за каждый грязный и опасный поступок, который я сделал для отца.

Он выбрал меня. Отдал ее мне .

Она была моей .

И я бы последовал за этими мудаками на край света, чтобы вернуть ее на законное место рядом со мной.

— Слоан! — заорал я, несясь по улице так быстро, как только мог в своих классических туфлях.

У меня кружилась голова, кровь капала в глаза. Я смахнул ее белым рукавом, который быстро окрасился в красный цвет, поскольку я отказывался замедляться, игнорируя протесты своего избитого тела.

Коко все еще бежал рядом со мной, выкрикивая свою любовь к девушке в той машине.

Один из придурков Ромеро высунулся из окна и начал стрелять в меня.

Я не замедлялся, мои руки тряслись, ноги дрожали, когда я бежал. Меня могла остановить только пуля, да и то она должна была попасть мне прямо между глаз.

Но по мере того, как они ускорялись дальше, расстояние между мной и моей судьбой только росло.

— Вернись! — потребовал я, мой голос сорвался, когда я взревел в ярости к небесам.

«БМВ» на скорости вошел в поворот, пули врезались в бетон вокруг меня и выкопали комья песка, которые забросали мои ноги. Я только побежал быстрее, но когда они промчались мимо здания, у меня упало сердце и зазвенело в ушах.

Я мчался с Коко рядом со мной, в то время как остальные жители Калабрезиса отставали слишком далеко, чтобы даже слышать.

Но это не имело значения. Если бы я поймал братьев Ромеро, я бы разорвал их на части голыми руками. Их жизни были отмечены, их смерти принадлежали мне.

Никто не воровал у Николи Витоли. Я собирался стать наследником имени Калабрези. Все в этом городе боялись меня. И Ромеро скоро узнают, почему именно так.

Я выбежал из-за угла, мое сердце упало, потому что я нигде не заметил БМВ.

— Трусы! — Я кричал в небо, продолжая бежать, несмотря на то, что они исчезли.

Я не мог сдаться. Я бы не стал. Слоан рассчитывала на меня.

Иметь и держать.

Честь и защита.

Она была моей.

И я верну ее, чего бы это ни стоило.

Я пробежал улицу за улицей, инстинктивно меняя местами, но больше не видел BMW.

Мое сердце колотилось так сильно, что единственным звуком, который я мог слышать, был собственный пульс в ушах.

Я остановился.

Моя воля сломлена.

Она ушла.

Я согнулся пополам, упершись руками в колени, задыхаясь в отчаянной попытке прийти в себя после бега.

Коко, тяжело дыша, упал к моим ногам, его глаза были полны беспокойства, и он покачивал головой взад-вперед, как будто она могла каким-то образом выйти из тени.

— Мы вернем ее, — пообещал я ему, и он посмотрел на меня так, словно все понял.

Загудел автомобильный гудок, и я посмотрел на человека, который осмелился заставить меня отойти с дороги ради него.

Я направился прямо к его белому пикапу, мой темный взгляд был прикован к придурку за рулем.

Его глаза расширились от паники, когда он ощутил всю силу моего гнева.

Я вызывающе взревел, взмахнув обеими руками над головой и ударив кулаками по капоту его грузовика.

Капюшон смялся под силой моей атаки, под руками образовались две огромные вмятины.

— Николи! — Требовательный голос Джузеппе прозвучал позади меня, и я отвернулся от человека, которого чуть не разорвал на части, когда заметил, что мой босс смотрит на меня из заднего окна большого черного Бентли. — Садись, — рявкнул он, и я тут же упал на пятки.

Я подхватил Коко на руки и распахнул дверцу машины, прежде чем упасть на сиденье напротив моего босса.

— Она ушла, — глухо заявил я, как будто он не знал.

— Тогда тебе просто придется вернуть ее, не так ли? — прорычал он, и из-за яда в его голосе казалось, будто он каким-то образом обвиняет меня в этой катастрофе.

— Да, босс, — согласился я, стыдливо опустив голову, когда рядом со мной зарычала Коко.

— Прочисти эту чертову рану на голове, — раздраженно добавил Джузеппе, когда водитель тронулся с места. — У тебя вся