Цветовой интеллект. Как с помощью цвета влиять на поведение, управлять настроением и создавать незабываемые проекты - Света Максимова

В Россию хлынули книги по дизайну интерьера, появились краски, которые можно колеровать в любые оттенки. Стала доступна цветная мебель и предметы декора. Магазины наполнились яркими юбками, пиджаками и сапогами. В придачу нам щедро насыпали разноцветных сумок, ремешков и перчаток. Товары перекочевали из кульков и целлофановых пакетов в пестрые упаковки.

В 2000-х все как один стали владельцами смартфонов и записались на курсы фотографии. Студии живописи наполнились многочисленными любителями, юристы и экономисты бросились осваивать дизайн, индивидуальные предприниматели вышли на просторы соцсетей, бдительно считая лайки. Выяснилось, что мир полон цвета, и непонятно, как его обуздать. Цвет внезапно взорвал наше хмурое пространство, и мы от неожиданности крепко зажмурились. Как разобраться с этим карнавалом?

Пока мы наслаждались цветом, Запад и Восток ударились в минимализм. Уже в середине 90–х дизайнеры-интеллектуалы начали захватывать подиумы, оттесняя своих эмоциональных коллег, делающих ставку на цвет. Американцы Кельвин Кляйн и Донна Каран, европейцы Джил Сандер и Мартин Маржела создавали предельно простую одежду со строгими линиями в самых деликатных оттенках: бежевых, натурально-белых и серых. Звездой этих коллекций стал черный цвет.

Американская киноиндустрия незамедлительно отреагировала на сменившиеся настроения: в 1997 году на экраны вышел фантастический боевик «Люди в черном», а в 1999 – незабвенная «Матрица». Кассовые «тяжеловесы» били рекорды сборов и захватывали умы, а их герои совершали немыслимые подвиги, не снимая черных одежд.

Вместе с Миллениумом на планету окончательно опустился черно-серый занавес, и мы обратили напряженные взгляды в неизвестность. Скорость вращения мира неотвратимо нарастала, пружина событий сжималась, информационные потоки обрушивались на наши неподготовленные головы. В необъятных бетонных мегаполисах общество неумолимо замыкалось в индивидуальных коконах серых и черных пальто. Отстраненность этих цветов действовала как защитный экран: «Не смотрите на меня, не задавайте вопросов».

А потом мы внезапно захотели естественности и простоты. Повсюду появились натуральные цвета, напоминающие природные материалы: оттенки песка, камня и дерева. Для упаковки и сейчас охотно используют джутовый шпагат и неотбеленную ткань – их цвета согревают и успокаивают, вселяя надежду, что мы вот-вот сольемся с природой. Тут и там в толпе мелькают крафтовые стаканчики с кофе, создавая уютные «гнезда» из вполне обычных городских улиц.

Становится ясно, что наши цветовые предпочтения не возникают сами по себе – они продукт цветовой матрицы, в которой мы обитаем.

ЭКСПЕРИМЕНТ № 1

Достаньте одежду из шкафа и разложите по группам, не стараясь быть предельно точными. Красные оттенки в одну сторону, синие – в другую, бежевые – в третью и так далее. С черным, белым и серым все понятно, а как быть с неопределенными приглушенными[12] оттенками? Можете сложить их все вместе. Так вы соберете палитру своих предпочтений и привычек. Выяснится, что раз за разом вы останавливаете выбор на одних и тех же цветах, особо не задумываясь, почему. Есть два проверенных временем ответа на этот вопрос: «нравится – не нравится» и «идет – не идет». Что за этим стоит, мало кто понимает.

ЦВЕТОВАЯ МАТРИЦА влияет на все, что создает человек, и бессознательно мы подчиняемся ее негласным правилам.

В 2020 году интернет-платформа Lamoda провела опрос и выяснила, что любимый цвет россиян – черный (34 %), на втором месте – синий (19 %), за ним – зеленый (9 %), оставшиеся места поделили бежевый, розовый, белый и красный[13]. Вот они, традиции и привычки, дрейфующие во времени.

Матрица не дремлет: следует за временем, отвечает на запросы человечества, неумолимо меняется – и вместе с ней изменяемся мы. Правда, неприятно вдруг обнаружить, что ее структура обесценивает наш личный выбор: мечтали рвать шаблоны, а стали солдатами, выполняющими приказы цветовой матрицы? Но желание жить не по разнарядке, а по-своему никуда не делось! Многим знакомо чувство бессилия, когда потребность в изменениях есть, а инструмента нет.

И только граждане с развитым цветовым интеллектом здесь как рыбы в воде. Они, поблескивая чешуей, гонят волну, взламывая цветовую матрицу. Обнаруживается, что в умелых руках она может быть гибкой и податливой.

Цветовой интеллект рассматривает матрицу как фундамент, на котором можно и нужно строить собственный дом. Но прежде чем засучить рукава и взяться за строительство, посмотрим, как меркантильное человечество приспособилось использовать разные цвета в своих интересах и наделило каждый особым смыслом.

Глава 3

Символика цвета

«Встать, суд идет! Слушается дело Фиолетового». Ответчик взволнованно доказывает, что цвет достался ему по наследству, истец же трясет пухлой папкой и стоит на том, что он – единственный его законный владелец.

Вы улыбаетесь, но это не сценарий какого-нибудь абсурдного сериала, а самая настоящая реальность. «Cadbury отсудила у Nestle фиолетовый цвет», «Christian Louboutin и Yves Saint Laurent завершили судебный спор о туфлях с красной подошвой», – такие заголовки статей появляются все чаще, а компании готовы потратиться, чтобы закрепить за собой право на единоличное использование «фирменных» оттенков.

Дальновидные владельцы брендов хорошо знают, как работает символика цвета: ее легко запомнить и просто «расшифровать». К тому же это едва ли не лучшее средство в борьбе за наше внимание: мы откликаемся на цвет быстрее, чем успеваем сообразить.

Узнаваемые оттенки упаковок, логотипов, вывесок вызывают конкретные ассоциации и рождают эмоции – так и тянет раскошелиться на «легенду», привязанную к цвету.

Так деликатный бирюзовый символизирует роскошь украшений Tiffany[14], изысканный пудрово-розовый указывает на Dior. Черно-желтые полоски принадлежат «Билайн», а не возмущенной таким оборотом дела осе.

Цвета и оттенки разлетаются как горячие пирожки: за травянисто-зеленый уцепились косметические компании, напирая на природную свежесть и натуральность своей продукции, изумрудный захватили ирландцы во главе со Святым Патриком, оранжевый крепко сросся с апельсиновым соком и витаминами, синий обещает надежные коммуникации в интернете или, по старинке, по почте. Розовый безраздельно принадлежит маленьким девочкам и кондитерским, а шоколадный – шоколаду.

Символическая привязка определенного оттенка к конкретным социальным явлениям, брендам или качествам товара «отнимает» его у остальных, ограничивая использование из-за прочных ассоциаций с тем, кто успел захватить его первым.

Кто еще не обзавелся собственным цветом, поторопитесь – вон, уже и радуга не принадлежит самой себе!

Символическая функция цвета – вовсе не ноу-хау нашего времени. Век от века деятельное человечество приспосабливало цвета к своим утилитарным нуждам и закрепляло за ними определенные значения.

Согласитесь, удобно, когда, приходя в мир, ты присоединяешься к игре, где правила известны и все ходы отмечены цветом. Такие обозначения помогают действовать без напряжения и ориентироваться, следуя указкам – остается лишь выучить значения цветов. В какой бы точке мира мы ни оказались, красный знак укажет на опасность, а зеленый разрешит двигаться дальше.

И