Драконий поцелуй - Ольга Сергеевна Шерстобитова

Это был не просто поцелуй. Это был жаркий, страстный шквал, который опалил меня изнутри так, что дышать стало невозможно. Он расплавил все кости, заставил вспыхнуть огнем каждую клеточку. Врут люди, когда говорят, что снежные драконы бесчувственные и холодные. Я от такого их холода почти моментально растаяла.

Владыка драконов отпустил меня так же внезапно, как и схватил. Не дав опомниться и перевести дух, он развернул меня к собравшейся толпе разодетых дам, чьи лица застыли в шоке и любопытстве.

— Дамы, — прозвучал его голос, низкий и завораживающий, от которого внутри снова полыхнуло пламенем, — позвольте представить вам хозяйку бала Ледяной Полночи. Аманду Блэк.

Что-о?

Он не дал мне ни секунды на осмысление его слов. Толпа дам заохала еще громче, а Его драконье величество, все еще крепко держа меня за руку, резко развернулся, распахнул дверь сзади стражей и буквально втолкнул меня в полумрак своих покоев.

Мы оказались в гостиной.

— Присядь, подожди, — бросил он через плечо уже другим тоном, деловым и резким.

И, прежде чем я успела что-либо ответить, он скрылся в глубине покоев, за другой дверью, сжимая в руке потрепанный лист бумаги, похожий на донесение.

Щелчок замка прозвучал оглушительно громко в наступившей тишине.

Я рухнула на диван, словно у меня подкосились ноги. Пальцы сами потянулись к губам. Они горели и щипали, будто обожженные морозом и пламенем одновременно. Это был мой первый поцелуй. И он принадлежал не какому-то однокурснику, а владыке снежных драконов. Сознание отказывалось это принимать.

Что за мужчина… от него все внутри вспыхивало и плавилось. И что это было? Зачем? Я никак не могла собраться с мыслями, чтобы разобраться в ситуации и найти произошедшему логичное объяснение.

Его драконье величество ведь явно импровизировал. Но зачем ему понадобилось целовать какую-то студентку и объявлять ее хозяйкой бала? Неужели чтобы отвязаться от внимания всех тех собравшихся дам? Очень на то похоже! Не мстил же он мне за кубки, овеянные магией. Не в его это характере. Не в характере Эдварда Этермуса, правителя драконов. Хотя, что я знаю-то об этом мужчине? Разве что сплетни. Ну, и еще, что целуется он умопомрачительно сладко. Так, что до сих пор колотится сердце и подрагивают от жара пальцы.

Чтобы хоть как-то справиться с эмоциями, я поднялась и прошлась по небольшой гостиной. Комната была мрачноватой и темной, обставлена тяжелой, хоть и дорогой мебелью. Массивный стол возле камина был накрыт нетронутым завтраком. В углу на тумбе стоял одинокий горшок с каким-то чахлым ростком. Желая хоть как-то занять руки, я взяла лейку с подоконника и полила его. Росток будто вздохнул и внезапно потянулся вверх. Я добавила еще воды. И еще. На моих глазах росток стал стремительно расти и вскоре вспыхнул ослепительным серебряным бутоном, который раскрылся в дивный, сияющий изнутри цветок.

Снежноцвет! Какая безумная редкость! Я завороженно смотрела, как он наливается силой, притягивая и собирая вокруг остаточную магию, что витала в воздухе в преддверии Ледяной Полночи — ее было очень много. Не удержалась и дотронулась до цветка кончиками пальцев, желая коснуться чуда. Когда еще мне подвернется такая удача?

Снежноцвет отреагировал чутко, уронил первый, хрупкий лепесток. Он тотчас задрожал, взлетел в воздух и рассыпался в серебристую, искрящуюся магией пыль. Ой, ведьмочки! Что сейчас будет? Обычно такую силу сразу же переносят в артефакт или драгоценный камень, иначе она собьет все магические настройки! И тогда… точно практику мне не зачтут!

Осознав, что единственный мой шанс хоть как-то минимизировать предстоящие неприятности — это использовать магический заряд, парящий серебристым облачком, — я поманила сгусток энергии к себе и… отпустила на волю фантазию.

С губ слетели вызубренные бытовые заклинания, и комнатка преобразилась на глазах. Обивка кресел и диванов засверкала темно-синим бархатом, массивный столик стал изящным и ажурным, решетка камина покрылась витиеватым узором из роз, а на столе появились белые, с серебряной окантовкой кружки, способные сохранять тепло и аромат напитка.

Последние крупицы пыли я использовала, чтобы создать в гостиной праздничную атмосферу. Вспыхнул в вазе букет из остролиста — темно-зеленые листья и алые ягоды, слегка припорошенные нетающим снегом, для настроения. Приманились из кладовой толстые белые свечи, вспыхнули огнем, даря уют и настоящее тепло. Последним штрихом стали распыленные в воздухе шоколад и мандарины, и воздух наполнился ароматом цитруса и сладостей.

Я улыбнулась, радуясь, что смогла заодно отвлечься от мыслей о поцелуе с Его драконьим величеством, обернулась, чтобы полюбоваться на результат своего безумия, и застыла, увидев в дверном проеме молчаливую фигуру. Его драконье величество стояло и смотрело на меня. И выражение его ледяных глаз было совершенно нечитаемым.

Интересно, после того, что я натворила, меня испепелят сразу же или есть шанс выжить?

— Присаживайтесь, — совершенно спокойно сказал он и прошел мимо меня, усаживаясь за накрытый стол.

Взял одну из кружек, задумчиво посмотрел на поднимающийся пар от горячего шоколада.

— Вы что, даже ругаться не станете? — удивилась я, не решаясь приблизиться, но и не в силах промолчать.

Он уставился на меня, пронзил тем самым взглядом, от которого коленки начинали подкашиваться, а мысли исчезать.

— Профессор Рум предупредил, что вас и на пятнадцать минут нельзя оставить одну. Что-нибудь, да вытворите.

Я прикусила губу. Ведь не скажешь же, что это не так. Особенно после того, как я тут все преобразила.

— Простите, не удержалась… И снежноцвет вам вырастила, и лепесток использовала… — чистосердечно покаялась я.

— Я так и понял, — он отхлебнул из кружки шоколад и с наслаждением откинулся на спинку кресла. — Ножкой шаркнуть не забудьте, Аманда, и голову опустить в знак раскаяния.

Мне кажется, или он издевается?

— Садитесь уже. Не съем я вас.

Я, успевшая сделать шаг, споткнулась. Ну, и шуточки у него! Вдохнула, бросила осторожный взгляд на Его драконье величество, которое снимало колпаки с блюд, не обращая на меня ровным счетом никакого внимания. Внутри в этот момент забурчало от голода, позавтракать-то я так и не успела, и, краснея, я все же села на стул напротив.

Завтрак проходил в напряженном, почти звенящем молчании. Я то и дело украдкой поглядывала на мужчину, сидевшего напротив, не в силах удержаться. Он вел себя абсолютно невозмутимо, методично уничтожая содержимое тарелки, держался отстраненно и холодно, если не считать того, что пару раз вежливо и ненавязчиво подкладывал мне еду и подливал горячего шоколада. Но я-то знала, как этот ледяной мужчина целуется! Меня больше не проведешь. Невозможно спрятать горячее сердце, которое билось у него в груди.