Желтый жилет - Владимир Голубь

Наклонившись к земле, я нащупал шероховатую поверхность куска арматуры, чья надежная прохлада немного остудила голову, после чего закинул лямку фонаря на плечо и гневно принялся спускаться вниз по лестнице, предвкушая, как отоварю этого свинтуса по башке и отправлю лечиться от наглости.

По правилам действительно стоило вызвать дежурную группу, но проблем с ними было бы еще больше. Куча бумаг, а еще штраф – за то, что не предотвратил проникновение на территорию.

— У меня что, вместо ушей локаторы, идиоты…

Лестница под ногами задребезжала. Под моим весом она вихляла как ноги у пьяницы, и я едва не свалился, когда кроссовок соскользнул с очередной ступени.

— Твою ж мать…

Я спрыгнул вниз и со вскриком выставил вбок руки, едва не свалившись на задницу. Земля тут оказалась рыхлой, и ноги тут же погрузились в грязь до сустава.

Луч фонаря мелькнул во мраке хлопающего навеса. Две трубы подобно подземным кишкам выходили из грунта и ползли мимо, огороженные с двух сторон деревянным коробом, мешавшим земле завалить неоконченную работу.

Я прошел чуть вперед, отогнул в сторону уголок холщовой ткани.

Желтый жилет обнаружился мгновенно. Не заметить его мог только слепой. Он торчал за трубами, поблескивая светоотражающими полосами, и я направил на него фонарь.

— Ты чего там делаешь, приятель?

Я подошел ближе, поигрывая железкой в правой руке, однако жилет никак не отреагировал. В темноте сложно было разглядеть человеческие очертания, а блеск полос на свету только ухудшал обзор.

— Слышишь? Что застыл? Или вломить для прочистки моз…

Договорить я не успел. Стоило мне дойти до труб, как я понял, почему он молчал: никакого человека попросту не было.

Жилет висел над землей, слегка покачиваясь из стороны в сторону. Его ничего не поддерживало. Он просто плыл в воздухе, то и дело исходя мелкими всполохами, а края словно расплывались в пространстве, делаясь прозрачными, сливались с окружавшей его темнотой.

Я отшатнулся на шаг. Сначала не поверил своим глазам. Подумал, что это какая-то шутка или розыгрыш, и сейчас откуда-то из-за угла выскочит бородатый дворник и двинет мне кулаком в рыло, чтобы спокойно утащить всю технику с участка.

Но дворник не выскакивал, а желтый жилет продолжал медленно плыть над толстой черной трубой.

— Шутники, вашу мать, — выпалил я без особой уверенности. — В фокусники вздумали затесаться? Несколько лесок ничего…

Нечто коснулось моей головы.

Я с криком отскочил в сторону, но стоило ноге только приземлиться на поверхность, как шею вдруг стиснуло что-то холодное и твердое, и меня с силой опрокинуло назад.

— Какого?!

Я захрипел. От удара о землю воздух со свистом вырвался из легких, а удавка на шее мгновенно затянулась, пережимая дыхательное горло.

Ужас заставил адреналин хлынуть по венам. Глаза мои широко распахнулись, ноздри натужно раздувались, пытаясь протолкнуть по глотке хоть какую-то порцию кислорода.

Я замолотил каблуками по грязи. Луч фонаря истерично замотало из стороны в сторону, и я принялся махать наугад куском арматуры, но та раз за разом задевала один лишь воздух.

Удавка медленно затягивалась. Я ощущал, как напрягаются мышцы шеи, пытаясь противостоять смертельным объятьям. Всего за пару секунд дела приняли такой кошмарный оборот, и мозг еще не понимал, что следует делать. Ему банально не дали времени решить.

Меня потянуло куда-то назад.

Я цеплялся одной рукой за рыхлую землю, пытаясь удержаться на месте, а второй тыкал арматурой куда-то наверх с надеждой отбиться от нападавшего.

В шее что-то захрустело. На скорости меня доволокли до самого края ямы, впечатав затылком в отсыревшие деревянные доски, после чего начали поднимать вверх.

Мир перед носом замерцал красными кругами.

Я наконец додумался отбросить железку и двумя руками вцепился в удавку. Пальцы нащупали что-то влажное, покрытое вязкой холодной слизью.

Туловище начало подниматься. Напряжение под черепом усилилось, и я оттолкнулся ногами от земли, пуская изо рта пузыри.

Перелом палача – вот как это называлось. Слова зачем-то всплыли в моей голове, и мысли затянули безрадостные картинки висельников, чьи бездыханные тела уныло раскачивались на ветках деревьев.

Под весом тела петля затягивалась, буквально разрывая связки шейных позвонков, что в большинстве случаев приводило почти к мгновенной смерти.

Неужели такая участь меня ждет? Или, что хуже, я буду вынужден медленно погибать от недостатка воздуха?

В глотке снова захрипело.

Я пытался вырваться из пут, царапал и тянул, однако все усилия были тщетны. Сердце в груди колотилось, разум сжался до единственной маленькой точки. Мысли лихорадочно метались в голове, и я даже не заметил, как обломались до крови ногти.

Удавка поднималась медленно, с насмешкой, будто нападавший хотел поиздеваться напоследок.

Мышцы в ногах взвыли. Все тело теперь балансировало на больших пальцах, едва удерживаясь от падения. А петля плыла и плыла, беззвучно и неумолимо приближая меня к потере сознания.

Я сунул руку в карман, скользкими пальцами нащупал изогнутую рукоять раскладного ножика и из последних сил полоснул им над головой.

Нечто наверху взвизгнуло. Не по-человечески взвизгнуло, скорее как здоровая кошка, которой наступили в темноте на хвост, и яростный вопль этот врезался в уши как пара раскаленных гвоздей, слышимый даже сквозь пульсирующую от пережатой артерии кровь.

Хватка на моем горле ослабла.

Я свалился обратно, шлепнулся на живот и закашлялся. Горло словно опухло от гематомы, и едва удалось вдохнуть, от чего легкие обожгло огнем.

— Кха-кха!..

Кашель стиснул грудь. Недавно съеденная колбаса одним мерзким клубком вывалилась наружу, и я на дрожащих конечностях пополз прочь, к фонарю, стискивая благословенный нож.

Лицо и руки измазались в глине. Фонарь еще лежал в трех шагах, освещая пенополиуретановые трубы, и сквозь бурые круги я схватил его, перевалился на спину и направил вверх.

Луч фонаря выхватил на ночном небе низкий толстый силуэт, но тот тут же скрылся, стоило мне приглядеться.

— Ч-что за…

Кашель продолжал наступать, и меня снова вырвало.

Все тело тряслось, и едва получилось взгромоздиться на ноги, пошатываясь от гипоксии.

Я выбросил фонарь, схватил в свободную руку выроненную арматуру и бросился к лестнице. Не знаю, чем я руководствовался в тот момент. Близость смерти заставила организм работать как никогда, и энергия хлестала через край. Страх застлала всепожирающая ярость, и я за несколько секунд взметнулся вверх, вооруженный ножом и куском тяжелого металла.

Должно быть, со стороны я выглядел смехотворно. Дрожащий грязный котенок в собственной блевоте, ощерившийся на пустоту тем, что нашлось под рукой.

Я огляделся, вжав голову в плечи, ожидая удара с