Пять лет спустя. Часть 1 - Сергей Александрович Богдашов

или сразу забрать в отдельный кабинет, на предмет изучения таинства тайского массажа, где основным инструментом будет служить тело самой массажистки. Дополнительные услуги предполагались за отдельную плату, стоит заметить, весьма умеренную.

К слову сказать, я выяснил, каким образом у меня в Харбине появились экзотические заведения, вроде этого тайского салона.

Оказывается, Офицерское Собрание. Этакий коллективный мозг вояк ЧВК, чутко реагирующий на то, чтобы бойцы и офицеры ни разу не пожалели о бесцельно проведённых годах службы.

Ну, так-то, да. Если разобраться, то воинского оклада даже рядовому казаку достаточно, чтобы пару раз в неделю посетить тайский массаж, если он табаком и выпивкой чрезмерно баловаться не станет.

Впрочем, это для эстетов. В том же корейском баре за эти деньги можно и выпить от души, и с кореяночкой в небольшом чуланчике пару раз пообщаться. А уж в китайскую парикмахерскую и вовсе раза три — четыре получится заглянуть на часок — другой, а заодно и подстричься.

Короче, выбор есть. Может, оттого и в городе спокойно.

Моя небольшая армия растёт. Впрочем, число вояк здесь не показатель.

Куда, как важнее, как эта армия экипирована. Для начала — все на колёсах, ну, или на гусеницах.

Оружие, кроме снайперских винтовок, почти всё автоматическое. Много пулемётов, включая крупнокалиберные. Миномёты, самоходные установки, пять дивизионов полевой тяжелой артиллерии, два десятка самолётов, дирижабли, пилоты МБК.

И шагоходы!

Целая дюжина, или всего лишь дюжина. Не знаю, как правильнее сказать.

Отчего их так мало? Ибо баланс.

Нет в мире совершенства… Вот и с шагоходами я упёрся в ограничение, которое до сих пор пытаюсь преодолеть.

Техно мышцы. Оказывается, японцы их выращивают… И два узкоглазых деда, практически живущие внутри горы, на одном из самых нижних ярусов их подземного завода, могут выдать лишь определённое количество этой специфической продукции.

Надо отметить — мышцы не вечны. Они довольно быстро деградируют и уже через год шагоход значительно теряет в резвости, а через пару лет еле ходит.

Не сказать, чтобы у этого расходника были дорогие компоненты или биореактор был неповторимым техническим изделием.

Да, дорого, но в меру.

Всё дело в специалистах. Особая органика, наращиваемая на довольно сложный металлический каркас, содержащий в себе больше сотни разнокалиберных пружин из бериллиевой бронзы, обычно применяемой в часовых пружинах хронометров, требует довольно специфических магических навыков. По моему приказу теперь каждый старик ведёт по десятку учеников, но пока ни один из молодых японцев не смог вырастить качественную техно мышцу, дающую строго регламентированное сокращение и не допускающую сбоев.

Так что, двенадцать шагоходов — это пока тот максимум, который мы можем поддерживать в приличном боевом состоянии.

От техномагов всем моим солдатам перепало ещё два подарка — лечебный браслет и штурмовой щит.

И этими двумя маленькими артефактами я горжусь не меньше, чем шагоходами!

Горжусь потому, что это прорыв! Та самая техномагия, которая пришла в мир во вполне доступных серийных изделиях.

И кто это сделал? Я, кто же ещё…

Собственно, началось всё с моего задания техномагам. Задачу поставил простенькую — мне нужен был недорогой лечебный браслет для солдат. Вспомнился мой поход в горы, когда имеющиеся у меня браслеты помогли дойти до цели без небоевых потерь.

Тогда нам сильно помогли всего лишь несколько моих личных браслетов, а если такой браслет будет у каждого…

Понятно, что техномаги попробовали оттолкнуться от "похмельного" браслета Усольцева. Но я эту халтуру ещё на взлёте пресёк, и тогда техномаги попробовали "лечить" меня.

— Ваше Сиятельство, должен заметить, что задание вами поставлено не корректно. Мы изучили браслет вашей жены, — важно начал мне втирать тот молодой человек, который ещё юношей сподобился стать автором техномагических очков, — Вы требуете от нас почти его аналог, но с акцентом на заживление ран. Теоретически, такое возможно, а практически — нет. И я готов объяснить почему.

— Будьте так любезны, — предоставил я ему свободу действий, отметив про себя, что Усольцев предпочёл усесться в уголке и не отсвечивать.

Оно и понятно. На изучение техномагов я отдал один из браслетов его работы. Так что автор предпочёл посидеть в сторонке, пока молодёжь разбирает достоинства и недостатки его работы.

— Начнём с того, что величина рунной цепочки не позволяет эффективно использовать мощность накопителя. В переводе на понятный язык это означает, что компактность браслета строится лишь на избыточной мощности такого же компактного накопителя Силы, который по определению не может быть дешёвым. Иными словами — малый размер браслета снижает коэффициент его полезного действия до очень незначительных величин. Примерно девяносто пять процентов Силы уходят в воздух. Нарисовать больше цепочек мы сможем только на большей площади, а если заменить накопитель на алмазах на более простой и дешёвый, то и вовсе придётся выйти на неприличные размеры. Чтобы добиться большей эффективности количество рун и их цепочек должно быть увеличено раз в десять. Тогда можно будет обойтись довольно миниатюрным и недорогим накопителем.

— Может, стоит уменьшить размеры рун? — задал я наводящий вопрос.

— Гравировка на вашем браслете и так выполнена на пределе возможностей, — пожал плечами юный техномаг.

— Гравировка, — обозначил я нужное слово, — А зачем?

— Что зачем… — сбился молодой техномаг с поучительного тона.

— Зачем нужна гравировка? — терпеливо разъяснил я свой вопрос, ни на йоту не повысив тон.

— Мы не сможем заменить её в столь тонкой работе штампами или травлением, — начал было техномаг.

— Вы меня не поняли, — остановил я его, — Зачем она вообще нужна?

— А-а, вот вы про что, — улыбнулся парень, поняв суть моего вопроса, — Ну, это же классика. Азы техномагии. Следующими шагами в производстве артефакта будет заполнение образовавшихся канавок специальными минеральными составами, которые потом запекают при высокой температуре.

— Представьте себе, азы я знаю. Но почему просто не рисовать руны? — обвёл я взглядом группу техномагов.

Просветления на их лицах заметить не удалось. Один лишь Усольцев выпрямился на стуле, словно палку проглотил. Гений техномагии смотрел на меня прищурившись, но крылья носа у него хищно раздулись, выдавая нешуточное волнение.

— Сечение рун не менее важная деталь в рунописи, чем их верное начертание, — попробовал вернуться молодой техномаг к азам артефакторики, — Оттого руна, нарисованная на плоской поверхности, всегда займёт больше места, чем в точно выверенной канавке. Да и безошибочно нарисовать несколько десятков рун разными составами высоконаполненного минерального лака — это почти невероятная задача.

Вместо ответа я полез во внутренний карман, откуда вытащил маленькую пластиковую коробочку.

— Это микросхема. Внутри неё находится махонький квадратик из тончайшего сапфирового стекла, — отрыв коробку, продемонстрировал я радиодеталь со множеством тонких ножек, — А теперь на секунду представьте себе, что на вот такусеньком квадратике, — показал я пальцами расстояние,