Моя очаровательная экономка - Коротаева Ольга

– Вчера он повёл себя вполне спокойно, – пожала я плечами. – При виде твоего сородича…

– Не называй его так! – возмутился енот. – Нас с этим чудовищем, ломающим всё, что под лапу подвернётся, ничего не связывает.

– Точно, – поддела я его. – Он ломает, а ты тыришь. Ничего общего!

Бальтазар насупился, а я рассмеялась:

– Ладно-ладно. Принесу тебе печенек. Сиди и не тявкай.

– Еноты не тявкают, – ещё сильнее помрачнел зверёк.

– Правда? – неискренне изумилась я: – Тогда никаких печенек!

– Гав! – тут же оживился Бальтазар и, встав на четвереньки, попытался по-собачьи махнуть хвостом. – Тяв, гав… Р-р!

– За печеньку душу продашь, – подтрунивала я, приближаясь к двери.

– За килограмм! – ещё сильнее воодушевился зверёк и тут же поинтересовался: – А что это? Душа. Не помню…

– Не напрягай память, – ехидно подмигнула я. – У тебя её нет.

– А у тебя? – деловито уточнил он, смерив меня расчётливым взглядом.

Я покачала головой и молча покинула комнату, пока мой помощник не распродал меня по запчастям. Столовую нашла довольно быстро – сделать это было нетрудно, так как запах с её стороны шёл просто изумительный! Аромат шоколада смешивался с нотками свежего бисквита и дополнялся штрихами клубники и зефира…

К столу я уже бежала, глотая обильную слюну, которой благополучно и подавилась, узрев сидящего напротив вчерашнего чаргинала.

Правда, сегодня он совершенно не походил на тех чудиков, кто живут одним днём и вредят всем подряд. Чисто выбритый и причёсанный, в отглаженном костюме, мужчина являл собой образчик высшего общества. Даже то, как он держал чашечку горячего шоколада, указывало на знатное происхождение.

В груди ёкнуло. А я вчера его в окно вышвырнула.

Голого…

– Доброе утро, – машинально вырвалось у меня.

Затем я подумала, что поздно плюхаться на колени и раскаиваться в содеянном. Мужчина ничем не показал ни то, что он узнал ночную гостью, ни то, как он недоволен её действиями. И лишь повязка вокруг его головы намекала на то, что наше «знакомство» не прошло для него бесследно…

– Приятного аппетита, – увереннее добавила я и, усевшись, аккуратно разложила на коленях салфетку.

Цапнув с тарелки ароматный бисквит, украшенный свежей клубникой, принялась жевать это вкуснейшее лакомство. Мужчина, оставив чашку, манерно произнёс:

– Нейт, представь мне молодую госпожу.

Я едва не подавилась. О как! Утром «молодая госпожа», а ночью – женщина. Настоящий джентльмен, нечего сказать! Нейт выступил вперёд и набрал воздуха, чтобы ответить, но я опередила:

– Я ваша новая экономка, господин Ридан. Приятно познакомиться.

Разумеется, я осознала свою ошибку. Ройл рассказывала, что новый министр высших чар невероятно хорош собой и столь же спесив. Всё это не вписывалось в образ бородача, а вот к вчерашнему наглому чаргиналу подходило прекрасно. Точнее, к сегодняшнему лощёному нарциссу…

Как бы эта неловкая ситуация не стала фатальной для меня и моей начальницы. Несмотря на переживания, я держала внешнее спокойствие и невозмутимо жевала кусочек ставшего безвкусным бисквита до тех пор, пока не поняла, что это бумажная салфетка.

– Не помню, чтобы я одобрял её кандидатуру, – промокая уголки губ, лениво заметил Ридан.

– Прошу прощения, – поклонился Нейт. – Но претендентка показала невероятно высокую квалификацию.

Я усмехнулась: и распугала конкуренток так, что визг стоял на три квартала. Что, впрочем, не разбудило работодателя… Может, всё же тот был пьян? Это объясняет, почему мужчина не заявился обратно после того, как пришёл в себя под деревом, и не устроил мне выволочку за насильственное выдворение его драгоценного тела из тёплого дома.

– Мне пригласить на собеседование новых претенденток? – не дождавшись ответа хозяина, упавшим голосом спросил Нейт.

– Не нужно, – поднялся Ридан и проверил, все ли пуговицы застёгнуты на его идеальном сюртуке. Мазнул по мне насмешливым взглядом и добавил: – Во всяком случае я уверен, что чаргиналов в моём доме никогда не будет.

И направился к выходу из столовой, которая, по сравнению с гостиной, почти не была разрушена. Замер за миг у двери и бросил:

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– До встречи. Надеюсь, вечером вы меня приятно удивите.

Я облегчённо выдохнула – место всё ещё моё! И улыбнулась ему в спину. Не сомневайся, вредный министр! Удивишься так, что штаны потеряешь.

Глава 5

Перекусив сама, я уложила несколько бисквитов в салфетку и аккуратно завернула. Нейт деликатно кашлянул и заметил:

– На кухне всегда есть чем подкрепиться, госпожа Дион.

– У меня пониженный сахар, – привычно огрызнулась я. – Мне постоянно хочется сладенького, иначе уровень чар падает.

– Понятно, – слегка опешил бородач.

Но возражать уже не пытался, поэтому я прихватила ещё клубники и зефирок для моего непоседливого друга. Итак, сейчас покормлю Бальтазара и отправимся искать лиса…

– Госпожа Дион. – Нейт развернул передо мной на столе бумагу с таким количеством букв, сколько я видела лишь в квартальном отчёте Ройл. – Прошу ознакомиться с вашими должностными обязанностями и подписать трудовой договор…

– Обязательно сделать это сейчас? – сдерживая нетерпение, уточнила я.

Во-первых, мне хотелось приступить к работе… К своей работе! Во-вторых, каждая минута промедления наказуема для всего живого – Бальтазара противопоказано оставлять одного дольше получаса. Что натворит предоставленный себе чаромодифицированный енот – даже ему самому не известно!

Улыбнулась как можно приветливей:

– Не думаете, что вам стоит сначала дать мне испытательный срок?

Который я, без сомнения, провалю сразу же, как доберусь до лиса.

– Господин Ридан одобрил вашу кандидатуру. – Мужчина подсовывал мне бумагу так настойчиво, что зародились подозрения. – А я с самого начала знал, что вы справитесь.

Я приподняла бровь:

– С какого начала?

Нехорошее чувство шевельнулось в груди. Я мысленно проиграла в памяти поздний звонок в контору, появление твари Броди, погоню по кустам и покачала головой. Нет, подстроить всё это невозможно. Чаромодифицированные животные непредсказуемы. Никто не сможет предположить, в какую сторону побежит лис. У меня первые признаки паранойи?

Решительно заявила:

– Испытательный срок – это право не только работодателя, но и нанимаемого. Я не намерена отказываться от положенных двух недель. Это время установлено законом. Может, мне не понравится… э-э… – Я опустила взгляд и пробежалась по строчкам: «Еженедельно пополнять запасы провизии, поддерживать чистоту в доме и встречать господина Ридана у двери с письменным отчётом о проделанной работе…» – Я поперхнулась. – Что? Записывать все свои действия за день?.. А день-то ненормированный?! Кхе, а это что за номер?

– Ваша зарплата.

Вот теперь мне срочно потребовался стакан воды, потому что жалование экономки за месяц оказалось больше моего годового содержания. Пока мои зубы выстукивали по стеклянному краю нервную дробь, я не отрывала взгляда от Нейта, будто боялась, что мужчина подпишется за меня своей кровью и с диким хохотом выскочит в окно.

Всё это очень подозрительно. Не платят такие деньги за красивые глазки. Не за пополнение провизии и чистоту в доме точно! Не принимают с распростёртыми объятиями в экономки того, кто вышвырнул голого хозяина в окно.

И тут стакан выпал из моих вмиг ослабевших пальцев.

– Простите, – неожиданно хищно улыбнулся бородач. Преобразился весь, словно трусливый хомячок ощерился ежиными иголками. Обильно смоченными змеиным ядом! – Но мы не можем упустить вас. Вы нам очень подходите!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Я уныло посмотрела на расплывающуюся по ковру лужу бесцветного и безвкусного зелья. Изготовление подобного – высшая магия. Стоимость ингредиентов начинается с трёх нулей… Меня отравили чрезвычайно дорогим и редким средством!

– Подпишите это, – приказал Нейт, и я потянулась к предложенному перу.