Холодное сердце - Вера Добрая

немного малиной… Улыбнулась своим мыслям, потому что всегда представляла медведей поедающими эту ягоду.

– Амалия?! – снова донёсся до меня голос Михаила, и я, покраснев, вернулась из раздумий в реальность.

– А… да-да. Это я. Здравствуйте, – сбивчиво заговорила, роняя из рук то сумку, то свиток.

– Рад, что ты вернулась. Присаживайся. Чем обязан? – указывая рукой на кресло, вежливо отозвался мужчина, слегка улыбаясь.

Его лицо благодаря улыбке стало менее суровым и еще более привлекательным. Кому-то повезёт или уже повезло заполучить такого самца в свои объятия.

– Я пришла к вам, чтобы поговорить о моих шансах получить в департаменте рабочее место, – выпалила на одном дыхании, и от дружелюбной улыбки оборотня не осталось и следа.

– Это шутка такая?

– Нет, с чего вы взяли, что я пришла сюда, чтобы шутить? – обиженно ответила, чувствуя, как огненная кровь демона начинала вскипать внутри. Светлая магия, конечно, сразу потушила подобные всплески, но мне крайне не хотелось бы сорваться и спалить половину кабинета.

– А твои родители в курсе, что ты сейчас здесь? – прищурил свои медвежьи глаза, и я, покраснев, отвела взгляд. – Я так и думал. Амалия, я давно знаю твою мать и работаю с ней плечом к плечу ни один год, поэтому будь уверена в том, что я не стану ее единственную дочь принимать на службу без одобрения матери. К тому же мне совсем не к чему разногласия с Дартканом. Мне, знаешь ли, итак проблем предостаточно…

Мужчина выдохнул и потер лицо ладонями. Внешне он выглядел, как непробиваемая скала, но внутри был истощен и изнеможён морально. Сердце оборотня пропиталось тоской, отображаясь в глазах печалью. В академии я научилась читать эмоции и чувства не только по личному запаху, но и по энергетике, поэтому сейчас мне легко удалось понять, чем именно вызвана тоска и боль у начальника департамента. Подобное творилось внутри меня, только мне уже нельзя помочь.

– Михаил Всеволодович, я уже достаточно взрослая для того, чтобы самостоятельно выбирать свой путь. Уверена, мои навыки и знания, приобретённые в академии пустынного мира будут очень полезны департаменту.

– Амалия…

– Я не прошу какой-то значимой или серьёзной должности. Согласна на любую работу, даже самую нудную. Пожалуйста… – жалобно посмотрела на мужчину, с надеждой распахнув глаза, в которых уже начали скапливаться слёзы.

– Знаешь, девочка… одному отпрыску своего друга я уже однажды помог и ничем хорошим это для меня не закончилось! – рявкнул, не поддавшись на мои уговоры и девичьи слёзы. – И боюсь, следующий мой порыв помочь загонит меня в могилу или того хуже в рабство к Ценарду, но… я обещаю, что поговорю с Дарьей. Если она возьмет на себя всё негодование со стороны твоего отца, то милости прошу в наш дружный и разношерстный коллектив, но если нет, то советую больше не соваться сюда и найти другое более безопасное занятие.

Захотелось рассмеяться и расплакаться одновременно от данного высказывания. Дарткан конечно сильный демон и за время пребывания в мире людей обзавёлся отличными связями, но то, что его опасался даже начальник департамента, который вообще-то должен напротив контролировать и диктовать условия Сверхам, а не трусливо дрожать от одного только имени мужчины, было немного странным.

– Вы слишком много думаете и анализируете! Боитесь потерять то немногое, что имеете и, думаю, поэтому внутри вас столько тоски и боли от неразделенной любви! – выпалила раздосадованная своей неудачей.

Мама вряд ли согласится пойти против решения отца, а Михаил не станет настаивать и уговаривать. Всем будет проще, если я просто вернусь домой и буду там тихонько сидеть, не доставляя никаких проблем, пока спустя годы папа наконец поймёт, что я выросла и найдёт для меня подходящего по его мнению мужа.

– Я не позволю какой-то соплячке разговаривать со мной в таком тоне! – рыкнул медведем и указал на дверь пальцем, на котором вместо ногтя вытянулся черный коготь. – Проваливай!

– Всего доброго и… простите, – выскочила из кабинета, не имея никакого желания испытывать медвежью ярость на своей шкурке, которая к слову у меня одна единственная и защитной шерстью не обрастала!

Глава 4. Марк

Пожал руку Мирону и убрал подписанный договор в ящик стола. После того, как этот гадкий сученыш Самаэль свалил в преисподнею, мои дела пошли в гору, и прибыль за последние недели побила все рекорды прошедших лет. Немного жаль конечно, что Самаэль живёт в своё удовольствие под огненным крылом своего деда, ведь мне хотелось, чтоб пацан хоть немного пострадал, понял каково это быть ненавистным всем вокруг, ну да ладно.

Дела сейчас были и поважнее. Например, малышка Амалия, которая вот уже на протяжении месяца буквально ускользала из моих рук. Мои прислужники не могли к ней подобраться, потому что вампам запрещено близко подходить к территории Красновского, а сама девчонка, несмотря на то, что уже достаточно взрослая, практически не выходила из дома. Пробить о ней хоть какую-то информацию оказалось невозможным, как и то, почему именно папаша так горячо любящий свою дочурку в один миг сослал её на целых семь лет в пустынный мир, лишив Амалию тем самым лучших лет нормального взросления. Про магическую академию ходят разные слухи, и в вампирских кругах не стоило особо доверять той или иной информации, но мне было ясно одно – белокурый ангелок не так прост, как могло показаться на первый взгляд, и это на самом деле было очень хорошо. Потому что я хотел не только уничтожить Дарткана и его империю, но и хорошенько повеселиться с молоденькой ведьмочкой, которая вероятнее всего унаследовала от своей мамочки частичку магического дара.

– Надеюсь, с поставкой доноров сбоев не будет. Не хотелось бы портить наши отношения, Марк, – протянул Мирон, с наслаждением вдыхая аромат свежей теплой крови, которая продолжала сочиться из тела девушки, повисшей на коленях вампира.

– Нет. Сроки и количество будут постоянно такими, как и было обговорено, – ответил уверенно, внимательно наблюдая за тем, как из подаренной шлюхи медленно вытекала жизнь.

Мирон никогда не обращал тех, из кого пил. Это его гребаный принцип. А вот я всегда не прочь обратить красивую девку, чтобы пополнить свою семью и освежить до тошноты приевшиеся лица. Хотя это конечно строго запрещено законом.

– Как тебе это удаётся? Тем более под боком у совета старейшин? – продолжал выпытывать методы моей работы вампир, не понимая, что тут особого секрета не было, я просто любил рисковать и не трясся за свою жизнь, как за единственно ценное в мире.

– Не стану раскрывать своих секретов, Мирон. Скажу