Случайная двойня для босса (СИ) - Ларина Алла

– Услышала, – опускаю голову и смотрю ему в глаза. – Случайно. Разговор управляющего. Они хотели прямо сегодня… Говорили про клиента. Мне удалось отвертеться, уйти. Но если я покажу, что знаю… если начну возражать… Меня внесут в чёрный список, это, знаете, такой закрытый список, к которому имеют доступ отели, некоторые рестораны, вообще организации из сферы обслуживания. Я потом работу не найду.

Слова льются из меня потоком, заставляю себя замолчать, смотрю на врача.

– Это какой-то идиотизм! – возмущается врач. – Неужели у вас нет службы безопасности или, я не знаю, профсоюза – кого-то, кто следит за такими вещами?!

– Пожалуйста, Вячеслав Игоревич, – закусываю губу. – С ними невозможно бороться. Никакие законные меры тут не помогут. Ну пойду я, допустим, в службу безопасности, а то и в полицию – и что дальше? У меня ничего нет, кроме слов. Никто мне не поверит.

Врач вздыхает. Его вспышка была бессмысленной, мы оба это понимаем.

– Эта справка, которую я вам дам, не гарантирует ничего, – говорит мужчина негромко. – Это как больничный. Неделя, ну две. Что дальше?

– Мне придётся уехать, – опускаю голову. – Уволиться и уехать.

На самом деле, придётся уехать ещё и из-за беременности, но об этом я говорить не буду.

– А ваша мама? – качает головой онколог.

– Я… буду думать, как решить эту проблему, – сжимаю руки. – Сейчас мне просто нужно выиграть немного времени.

– Хорошо, – Вячеслав Игоревич кивает, быстро открывает ящик стола, роется там, достаёт самый обычный бланк, заполняет его, ставит свою личную печать. – Поставите ещё треугольную печать и печать больницы в регистратуре, – протягивает мне бумагу.

– Спасибо, – киваю ему с благодарностью.

– Зайдите ко мне через два дня, – задумчиво говорит врач. – Я… кое-что выясню и, возможно, смогу вам чем-то помочь.

– Вы уже помогли, – улыбаюсь ему. – Но спасибо огромное, конечно, я зайду.

Ставлю все нужные печати и еду домой. Ещё предстоит сообщить маме, что мне нужно… то ли сбежать, то ли искать другую работу, а может, и то и другое вместе. Но сначала придётся предъявить справку моему начальству и изобразить слёзное раскаяние, что я не смогу работать в ближайшие десять дней.

На следующий день я являюсь на работу даже не на полчаса, а на час раньше, чтобы поймать управляющего ещё до начала ежедневной текучки. Вот только меня с самого утра дико мутит. Еле смогла выпить несколько глотков чая, борясь с тошнотой. Неужели токсикоз начинается?!

Я уже иду по коридору к нужному мне кабинету, когда открывается дверь одного из рабочих помещений, смежных с кухней ресторана при отеле. Меня обволакивает запахами готовящейся еды, и я понимаю – всё!

Практически бегу к ближайшему служебному туалету – благо он недалеко, и меня выворачивает наизнанку. В желудке пусто, одни пустые спазмы, и от этого ещё хуже. Придя в себя, умываюсь, выхожу…

И натыкаюсь на Романа Анатольевича, подозрительно глядящего на меня.

Глава 4

– Софья, в чём дело? – его настороженность ещё усиливается, когда он замечает, как испуганно я замираю.

Делаю над собой усилие и улыбаюсь дрожащей улыбкой.

– Простите, Роман Анатольевич, это от волнения… ох, я так переживаю, вы себе не представляете! – прижимаю руки к щекам. – У меня сейчас такое творится!..

– Ты можешь мне рассказать, Софья, – недоверие из его глаз никуда не девается, но голос задушевный, он подходит чуть ближе. – Я же знаю, ты девочка благоразумная. И помогу, если тебе понадобится помощь, – говорит многозначительно.

– Мне так стыдно, – прикрывая глаза рукой. – Вы же… вы же… помните, ну, тот случай… Я сначала так испугалась! Подумала, что график сбился, и я могла… понимаете, могла… ну…

– Получить проблемы? – подсказывает мужчина, раздувая ноздри.

– Да, – мелко киваю. – А потом, слава богу, тест не показал и всё началось… ну я же говорила вчера, ох… извините, мне так стыдно. Это видимо из-за стресса… – всхлипываю, это мне сейчас ничего не стоит. – Понимаете, маме стало хуже.

– Вот как, – недовольно говорит Роман Анатольевич.

– Да, – умоляюще смотрю на него. – И мне придётся ухаживать за ней… Вы не думайте, я ничего просить у вас не буду! Но врач сказал, что… вот, даже справку мне выдал, велел отдать на работе.

– Пойдём к новому управляющему, – хмуро кивает мне мой собеседник. – Но должен сказать тебе, Софья, что это крайне некстати!

– Конечно, я понимаю! – глубоко вздыхаю.

Вот только Николаю Борисовичу словно немного не до нас. Он перебирает какие-то бумаги и выглядит нервозным.

– Глеб Евгеньевич объявил, что планирует более глубокую проверку после результатов, которые ему пришли, – говорит бывшему управляющему, стоит только нам зайти в кабинет.

– Он собирается снова приехать? Так быстро?!

Я держусь за спиной Романа Анатольевича, и меня замечают не сразу.

– Вам что нужно? – спрашивает меня Николай Борисович почти грубо.

Видимо, информация о дополнительной проверке была не для моих ушей.

– Я вот справку принесла, – лепечу, кладя на стол листок. – Работать не смогу в ближайшее…

– Мне что, по-вашему, заняться нечем? – взрывается управляющий, не давая мне договорить. – Идите сами в бухгалтерию или ещё куда-то, за расчётом!

– Но…

– Она…

– Так, я сказал, сами! Роман Анатольевич, подпишите все документы, если нужно! И возвращайтесь, надо кое-что обсудить, – кивает Николай Борисович.

Я выношусь из кабинета, не веря своей удаче. Следом за мной выходит Роман Анатольевич. Мужчина явно о чём-то задумался, нервозно потирает руки, но потом решительно кивает.

– Софья, думаю, вы понимаете, что в вашей ситуации работать нормально вы не сможете. А мы не сможем держать работника, который постоянно то на больничном, то где-то ещё… – смотрит на меня строго.

– Я понимаю, – киваю расстроенно. – Но как же… Уволиться? А отработка? И мне ведь… выплаты какие-то положены. Может, получится не увольняться? – смотрю на мужчину неуверенно, тот хмурится.

– Полагаю, это невозможно, – качает головой. – Но… так уж и быть, я пойду вам навстречу, Софья. Уволим вас задним числом, и тогда я дам поручение бухгалтерии, они смогут оформить вам выплаты!

На меня бросают странный взгляд, и мне вдруг кажется, что бывший управляющий очень быстро изменил своё мнение и теперь ему нужно, чтобы я как можно быстрее уволилась. Но… чёрт с ним! Пусть оформляет, как угодно, главное, чтобы по закону.

– Спасибо вам огромное, Роман Анатольевич, – говорю совершенно не то, что думаю, но лучше мне поизображать из себя дурочку. – Вы мне так помогли! Я просто не знаю, как вас благодарить!

– Ну что ты, – мужчина снисходительно хмыкает, расслабляясь.

Похоже, ничего плохого насчёт меня он не подозревает. И я даже позволяю себе улыбнуться. Неужели выкрутилась?

Мы идём в бухгалтерию, где управляющий забирает у меня справку и документы, велев ждать. Видимо, у него с нашим бухгалтером свой разговор – но через полчаса мне, кроме паспорта, отдают на руки трудовую книжку со всеми положенными отметками и обещают, что положенная сумма в течение трёх рабочих дней поступит на зарплатный счёт.

Из отеля я выхожу свободной и безработной. Но в моей ситуации это, можно сказать, везение. Во всяком случае, я решаю думать об этом именно так.

Мама, выслушав мой рассказ, решительно кивает. Я, конечно, не стала рассказывать ей все подробности, представила так, что после проверки меня хотели понизить в должности, поэтому оставаться на работе было бы совершенно бессмысленно.

– Ну и правильно, дочка, – обнимает меня мамуля. – Если Господь где-то закрывает дверь, то в другом месте он обязательно открывает окно! Справимся! Да и тебе таскать тяжеленные подносы и постельное бельё в твоём положении вредно! И вообще, раз уж у нас зашёл разговор… Кое-что я сказать тебе хотела.

– Что, мам? – улыбаюсь ей и обхватываю ладонями чашку с чаем.