Я злодейка в дораме - Екатерина Вострова

сторону склонившегося в поклоне мужчины. Даже с согнутой спиной он внушал мне ужас. То ли потому что в памяти еще живы сцены из дорамы, где он убивал Лю Луань, то ли он и правда излучал какую-то особую ауру. Вон и остальные слуги тоже на него странно посматривали.

— Сегодня утром я не смог пройти отбор на должность охранника Вашей дочери, поэтому, если Ваше Императорское Величество будет милостив, моим единственным желанием было бы все-таки получить эту работу.

— Всего-то? — хмыкнул император, довольно улыбаясь — ответ его устроил.

Вот только он не устроил меня! Я сделала шаг вперед и уже открыла рот, чтобы умолять отца выбрать другое вознаграждение, но тот прервал меня величественным жестом, да так сердито блеснул глазами, что все возражения застряли в горле.

— Быть посему. Вей Лун проявил себя, спасая принцессу от неминуемой гибели. В знак благодарности назначаю его личным стражем принцессы. Он будет следить за ее безопасностью день и ночь.

«Лучше бы меня балкой пришибло… Тогда смерть по крайней мере была бы быстрой», — мелькнула обреченная мысль.

Вей Лун встал на одно колено и склонил голову в знак признательности, принимая новую должность, затем чуть повернул голову, и наши глаза встретились.

Сердце предательски пропустило удар. Я тяжело сглотнула. Кажется, сама судьба вела меня по сюжету дорамы. Могу ли я хоть на что-то повлиять? «В любом случае я должна пытаться». Я решительно сжала руки в кулаки.

— Ваше Императорское Величество, отец, — обратила я на себя внимание с легким поклоном, — прошу Вас, я могла бы поговорить с Вами наедине?

* * *

Внутри дворца императора царила атмосфера строгости и даже чопорности. Слуги бегали, низко опустив голову, то и дело норовя бухнуться на колени. Да и я сама перенервничала до такой степени, что боялась сделать лишний шаг по мраморному полу, который сам по себе был произведением искусства.

Император принял меня в большом зале, усевшись на трон, стоящий на постаменте, и это не располагало к доверительному общению папы с дочкой.

Хорошо хоть Вей Лун остался за дверью, хотя, судя по его решительному виду, он воспринял повеление отца «следить за безопасностью день и ночь» слишком уж буквально.

— Итак, А-Лу, мой дорогой Цыпленок, о чем ты хотела поговорить?

«А-Лу? Цыпленок? Это какие-то ласковые домашнее прозвища моей героини?» — удивилась я, но решила не подавать виду. Пусть хоть как называет, лишь бы согласился отпустить меня подальше от дворца.

— Дорогой отец, до меня дошли слухи, которые ходят обо мне в столице… — Я изобразило горестное выражение и заломила руки для большего трагизма. Еще бы ущипнуть себя посильнее, чтоб слезу пустить, и вообще было бы идеально.

— Я тоже их слышал. Но не переживай. Тех, кто распускал их, вычислят и казнят, — с ледяным спокойствием отрезал император.

«Ничего себе у него крутой нрав!» Я запнулась, забыв о том, что хотела сказать дальше.

— Но ведь слухи не берутся на пустом месте… — Боже, что я несу?! — Я хотела сказать, что, должно быть, сама дала повод своим поведением подозревать меня в ужасных вещах. Я должна стать лучше.

— А-Лу. Ты так выросла, я горжусь тобой, — улыбнулся мне император Лю Шень. — Теперь, когда ты наконец повзрослела, я смогу доверить тебе помогать мне в управлении нашей страной наравне с твоей сестрой.

— Нет! Нет! — с ужасом воскликнула я. — Я хотела попросить разрешения уехать на обучение на какую-нибудь гору, чтобы самосовершенствоваться и стать лучше…

Если уж где я и могла спрятаться от сюжета, то только там.

— А-Лу, — нахмурился император, — да, наследной принцессой я назначил твою старшую сестру. Именно она и ее будущий муж станут во главе страны, когда меня не станет. Но это не значит, что ты неважна. Небо не одарило меня сыновьями, а потому все, что я могу сделать для укрепления нашей династии, это удачно выдать вас замуж.

— Замуж? И за кого?!

Вот только замужества мне для полного счастья не хватало! За что мне все это?!

— У меня есть несколько кандидатов на роль твоего супруга. Например, генерал Хуа.

«Генерал Хуа? Это вообще кто?» Я такого героя в дораме не помнила, может быть, он был одним из тех, кто обидел Вей Луна и поэтому быстро умер еще в первых сериях? Вей вообще на редкость мстительный.

Отец же, кажется, ждал какой-то моей реакции и, не дождавшись ее, был весьма озадачен.

— Видимо, ты действительно выросла, Цыплёнок. И понимаешь свой долг как принцессы. Можешь идти, Лю Луань.

«Лю Луань» было произнесено таким тоном, что сразу становилось ясно — разговор окончен, вердикт вынесен и обжалованию не подлежит.

«Это Генерал Хуа настолько плох? Я должна стенать и плакать? Но ведь вряд ли он страшнее Луна».

— Отец, — я вздохнула, понимая, что спорить с императором бесполезно, — у меня есть еще одна просьба. Не мог бы ты расследовать сегодняшнее падение балки? Ворота были новые, ты сам сказал. Вдруг это не халатность строителей, вдруг кто-то задумал и в самом деле навредить мне? Или… тебе?

— Хм…

Неужели такая мысль даже не пришла императору в голову? Если ворота были новые, и балка упала вопреки всем законам логики — значит, сколько бы я ни пыталась, сюжет не изменить. Что бы я ни делала, он будет идти так, как запланировано сценарием.

А вот если падение было подстроено… может, тогда и у меня будет шанс инсценировать свою гибель и все-таки сбежать отсюда?

Глава 4

Вей Лун шел за мной от тронного зала неотступной тенью, словно мрачный жнец. Я не оборачивалась и не смотрела на него, понятия не имея, как себя с ним вести. За время, пока я разговаривала с отцом, он надел форму стража с кожаными доспехами, получил меч, который теперь грозно висел на поясе мужчины, добавляя ему сто очков к смертоносности.

Воздух в императорском саду, где ждала меня Лю Ифей, был наполнен ароматом цветущих магнолий. Легкий ветерок играл шелковыми занавесями, которыми была укрыта беседка. Этот образ неожиданно показался очень знакомым. «Ссора сестер!»

Я резко остановилась, вспоминая злополучную сцену из дорамы. В ней точно в такой же беседке Лю Ифей познакомилась с Вей Луном, а её злобная младшая сестра, то есть я, всячески пыталась задеть и унизить их обоих, заколачивая очередной гвоздь в крышку своего гроба. А в конце она и вовсе подставила мужчину под наказание и приказала ему всыпать палок, после чего он окончательно на нее обозлился. Я и думать забыла