Чужие игры - Вера и Марина Воробей

– С тобой? – Марина пожала плечами. – С тобой посоветоваться? Обалдеть!

– Ну да! А что такого? – Юля подняла брови.

– Да ничего. Только знаешь, приходить к девушке, с которой знаком два дня, да еще жаловаться…

– Ну и что? – Юля смотрела на подругу с негодованием. – Он говорил, что я смогу его понять. Добрее надо быть к людям.

В этот момент зазвонил телефон. Марина сняла трубку.

– Тебя. – Она сунула трубку Юле и шепотом добавила: – Ежов.

– Привет! – Коля помолчал. – Чего делаешь?

– Да ничего. – Юля почувствовала, что улыбается, и отвернулась от Марины. – Ничего я не делаю.

– А-а, – протянул Коля. – Обещал, это, позвонить, вот и звоню. – Он опять помолчал.

И тут Юле показалось, будто она слышит в трубке смех и веселые голоса.

– У тебя там телевизор работает?

– Да нет, я это, в гостях еще.

Юле захотелось спросить, у кого, но она сдержалась.

– Ну, спасибо что позвонил. – Ее голос дрогнул.

– Просто хотелось тебя услышать. – Ежов почти шептал. – Ладно, завтра увидимся в школе.

– А почему так тихо?

– Да неудобно как-то. Тут, это, народ, и вообще.

– Ну, пока. – Она повесила трубку и сразу же почувствовала, как внутри что-то дрогнуло. «Не буду об этом думать, – решила девушка. – Не буду, и все».

К счастью, вскоре пришли родители. Они принесли новую классную комедию. Все буквально катались от смеха, пока смотрели фильм. Казалось, девушка и думать забыла про Ежова.

Однако стоило лечь в постель, как мысли нахлынули сами собой. Причем одна мрачнее другой. Из головы не выходили горестные восклицания Шурика об обманутых надеждах, легкомыслии и пренебрежении. Теперь Юля его отлично понимала. «Конечно, – думала она, – Шурик прав. Одни любят, а другие позволяют, чтобы их любили. Надо не влюбляться, а позволять любить себя, тогда все будет хорошо. За тобой будут бегать, заглядывать в глаза, и все такое…»

Незаметно Юля заснула.

4

Всю дорогу до школы Марина вслух мечтала, как было бы здорово, если бы сотрудники спецслужб все еще искали взрывчатку. Тогда сегодня им бы обломился второй вольный день. Юля отчасти разделяла ее надежды, но по большому счету ей было совсем не до того. Она все пыталась объяснить себе поведение Ежова и никак не могла.

Если Коля нашел себе другую девушку, зачем тогда эти нежности, слова всякие, от которых кружится голова. Нужно честно сказать: все кончено.

Девушка вдруг оглянулась и увидела его. По-видимому, Ежов сегодня в школу не собирался: вместо того чтобы идти прямо, он свернул к остановке. Юля покосилась на Марину – та продолжала фантазировать.

– Представляешь себе? Они там ходят с собаками, с этими, как их, миноискателями...

– Марин!

Никакой реакции.

– Марин! – Юля тряхнула подругу за плечо.

– А? Что?

– В школе скажешь, у меня голова болит. – Юля нахмурилась так, что ее брови соединились в одну линию. – Ясно?

– Ты куда собралась? – Марина ничего не понимала.

Тем временем Ежов уже пересек улицу и почти скрылся из виду. Нельзя было терять больше ни секунды.

– Лучше не спрашивай, человеку плохо, и все. – Юля сурово посмотрела на Марину. – Голова болит.

Она быстро зашагала в обратную сторону.

– Стой! – Марина попыталась остановить ее. – Стой, объясни хоть!

Но Юля, не оборачиваясь, махнула рукой и почти побежала.

Несколько минут Марина стояла на месте, не зная, что и подумать. С утра Юлька была какая-то странная: то молчала, то отвечала невпопад. Потом вроде бы все стало нормально, шли, болтали и вдруг – на тебе. Точно крыша поехала. На почве ревности, наверное. «Хватит, – решила Марина. – Через три минуты звонок. Надо топать».

Юля не пришла и на второй урок. Марина позвонила ей на мобильник, та долго не отвечала, потом буркнула:

– Голова болит. – И отключила телефон.

К концу занятий она так и не объявилась в школе.

Бросив Марину, Юля быстро обогнула дом и остановилась у перекрестка.

Куда дальше? Девушка огляделась. К автобусным и троллейбусным остановкам спешили люди: кто на работу, кто учиться, а она стоит тут совсем одна, потому что следит, потому что хочет узнать наконец всю правду. И тут Юля опять увидела его. Ежов торчал возле торговых лотков. Там вечно продавали всякую всячину: пиратские кассеты и CD, барахло из серии «все по десять рублей», овощи-фрукты, веники, щетки. И еще цветы. Конечно! Как она сразу не подумала? Юля не могла разглядеть, куда именно подошел Коля, но сомнений быть не могло – он покупал букет. Цветы друзьям-приятелям не дарят. Теперь, в принципе, она могла бы идти в школу или возвращаться домой. Доказательства имелись. Чего же больше? «Ну уж нет, – горько усмехнулась Юля. – Надо довести дело до конца».

И ринулась на красный свет.

Самым непостижимым образом ей удалось благополучно увернуться от нескольких машин. Водители ругались, неодобрительно косились пешеходы. Но девушке было абсолютно все равно. До того ли ей сейчас, когда она все узнала, когда решилась ее судьба?

Пока Юля «штурмовала» дорогу, Ежов уже все купил и теперь глазел на диски. У лотка Коля простоял минут пять, и за это время девушка чуть отдышалась, прислонясь к газетному киоску. Нет, конечно, в себя она не пришла: сердце по-прежнему колотилось, перед глазами плыли круги, и в голове царил полнейший сумбур. «Что это он цветочки в газету завернул? Небось денег на упаковку не хватило. Хоть бы потом развернуть догадался. – Юлины щеки запылали, и одновременно ей стало холодно. – Только мне теперь без разницы».

– Деточка! – К ней подошла сердобольная старушка в старомодной шляпке. – Вам плохо? Я видела, как вы бежали.

– Мне хорошо. – Собственный голос показался Юле глухим, едва слышным.

– Может, «Скорую» вызвать? – Старушка не унималась. – На вас лица нет.

Юля отрицательно помотала головой: говорить не было сил.

Наконец Ежов отклеился от лотка с дисками и, как ей показалось, воровато оглянулся. Девушка едва успела спрятаться за киоск.

– Вот… – Старушка сунула ей белую капсулу. – Примите и сразу успокоитесь. Нельзя так нервничать, себя беречь нужно. Не беспокойтесь, тут только травки.

– Спасибо. – Юля автоматически проглотила таблетку и сорвалась с места.

Ежов уже уверенно шагал к метро.

«Я должна, – твердила себе девушка, следуя за ним, – я должна на нее посмотреть. Я хочу знать, на кого он меня... А потом я просто пройду мимо них, так, чтоб он меня видел, и улыбнусь. Просто пройду и улыбнусь».

То ли в душе у Юли уже все перегорело, то ли старушкино лекарство начинало действовать, но к ней понемногу возвращалась способность соображать. Боль не исчезла, только теперь к ней добавился азарт охотника. Юля сосредоточенно преследовала жертву, изо всех сил стараясь не упустить ее. Хотя кто тут охотник, а кто дичь, еще неизвестно. Между тем Ежов спустился в метро и опять едва не затерялся в людском потоке.

В метро Коля постоял в очереди у кассы. К счастью, у Юли нашлась карточка на метро. Теперь она напряженно ждала. Казалось, еще минута такого стояния, и она вновь потеряет голову. Возможно, даже подойдет к Ежову, что-нибудь ему скажет. Но вот наконец он двинулся к турникетам. Как назло, там образовался затор – половина автоматов не работала. Когда Юля сумела пройти, Ежов был уже на самой середине эскалатора. Прыгая через ступеньки, девушка понеслась вниз и в суматохе даже проскочила мимо Коли. К счастью, он ее не заметил. Юля укрылась за колонну и снова пропустила его вперед. Теперь главное – успеть вскочить в тот же поезд, что и Ежов. Но, кажется, ехать он никуда не собирался. Наоборот, Коля дошел до середины зала, занял место на скамеечке и прикрыл глаза.

«Хорош! – с некоторым злорадством подумала Юля. – Явился на свидание и сразу дрыхнуть».

Она внимательно всматривалась в лица проходящих девушек. Постарше, помоложе, блондинки, брюнетки. Юля почему-то была уверена, что сумеет сразу и безошибочно узнать ту самую, которую предпочел ей Ежов. Несколько раз ей казалось, что она угадала. Но очередная девушка равнодушно пробегала мимо, и Юля намечала следующую. Тем не менее она упустила момент, когда к Коле подошли. Юля с ужасом увидела, как незнакомка слегка стукнула его по носу ярким журнальчиком. Вот, мол, хватит спать: твоя разлюбезная явилась.

Теперь Юля глядела не отрываясь, началось самое интересное. Незнакомка оказалась небольшого ростика, с огненно-рыжими волосами до плеч и очень хорошо одетая. Но главное, что поразило Юлю, был ее возраст. Этой рыжей на вид было не меньше двадцати пяти. Юля пристально всматривалась в девушку, и ей даже показалось, будто у той в волосах седые пряди. Мало того, в какой-то момент рыжая подняла правую руку, и Юля углядела на безымянном пальце обручальное кольцо.

«Еще и замужем! Заморочила парню голову старая грымза. Конечно, в ее годы есть всякие там способы...» Какие, Юле даже думать не хотелось.