Земные врата - Брайан Кларк

– Знаю. Я приму необходимые меры предосторожности, но все свое время буду тратить на основное задание.

– Конечно, решение за тобой. - Дженни подержала папку перед собой, бросила в ящик и задвинула его резким движением, давая понять, что тема закрыта. - Ладно, если мы покончили с этим, займемся деталями. Как может ЗИГ помочь Джайе Мэйланд найти Земные врата?

– Для начала нужна свежая информация. Я отстала от жизни на два года.

Дженни фыркнула:

– Свежая информация? Всего два слова: НИЧЕГО НОВОГО.

– Совсем ничего?

– А как может быть иначе? Диг проедает деньги правительства, отыскивая то, чего нельзя найти - и он это знает. А здесь, на Шаутере, мы сидим без гроша, не можем даже начать поиски. Хорошо, что ты прилетела. Я согласна с Дигом: отгадка - если она есть - скрыта на Шаутере. Но от нас нельзя ожидать многого. После того как у нас забрали всех людей, ЗИГ едва дышит.

Джайя передернула плечами.

– Что же у вас есть?

– Линия Т-связи, конечно. Я уже организовала для тебя 15 минут свободного канала ежедневно в 16 часов. Это недешево, но по крайней мере ты будешь в контакте с Питером и всеми высокооплачиваемыми талантами Центра. Затем, я даю тебе помощника и гида по здешним местам. Его зовут Гэлвик Хейган.

Должно быть, он ждал за дверью, поскольку вошел, едва Джейн успела отпустить кнопку интеркома. Он был молод, крепок и рыжеволос; лицо его озаряла приветливая улыбка.

– Мама, это на самом деле наша гостья? - спросил Хейган.

Его начальница вздохнула.

– Тебе не кажется, что шутка теряет свежесть? - Она огорченно посмотрела на Джайю. - Он мне даже не родственник, но как-то сумел внушить всем, что я его мамаша.

– Бедная госпожа Хейган не знает, что она потеряла, - сказал молодой человек, пожимая руку Джайе. Отступил на шаг, испытующе осмотрел ее и осведомился: - Вы хоть что-нибудь ели последнее время?

– М-да, камеры глубокого сна эффективны не на все сто процентов. Наверное, я немного похудела. Он покивал.

– Тогда предлагаю пойти в буфет и немного подкрепить ваш очаровательный организм. Между глотками можете спрашивать меня о чем угодно, и если повезет, я, может, отыщу несколько разумных ответов.

– Неплохая мысль, - отозвалась его начальница. - Остаток дня не напрягайся, Джайя. Пусть Вик покажет тебе базу и познакомит с людьми. Ночью выспись, а утром познакомишься с Дэвидом.

– С Дэвидом?

– Разве я не сказала? Он твой коллега с Твили. Его задача - отыскать Твилианские врата.

6.

«Дэвид» оказался низкорослым гуманоидом с розовой безволосой собачьей головой. Сначала Джайя немного нервничала, но скоро успокоилась под внимательным взглядом его больших глаз - они были фиолетовые, и в глубине их таилась улыбка. И рукопожатие было дружеским, хотя рука у него была четырехпалая - вроде как два обыкновенных пальца и два больших.

– Меня зовут Давакнапуоттейпелазазис, - стремительно выговорил он. - Но для двузей с Земли я - Дэвид.

Джайя прикусила губу. «Как вести беседу с существом, похожим на бультерьера, вставшего на задние лапы?» - подумала она и спросила:

– Э-э, давно ли вы выполняете это задание?

– Пять пвимевно ваших месяцев. Я пвилетел на Шаутев, когда не находил вовота на Твили.

– И вы думаете, что Твилианские врата здесь?

– Если есть вовота на Шаутеве, то есть вовота на Твили. Но не получил много помощи на Твили.

Сначала Джайя не поняла. Вик как будто тоже не понял, а Дженни пожала плечами и позволила себе слегка улыбнуться. Они сидели в ее кабинете, причем Дэвид неуклюже устроился на низком стульчике, специально принесенном для этой встречи: ножки у инопланетянина были коротенькие. Стараясь не замечать двух заинтересованных наблюдателей, Джайя смотрела прямо в фиолетовые глаза твилианца. Они тоже смотрели на нее внимательно и не мигали.

– Вы хотели сказать, что другие твилианцы не хотят вам помогать? Или попросту мешают?

Казалось, Дэвид удивился. По крайней мере, что-то вроде этого выразила его подвижная морда. Он ответил:

– Непонятно. Что значит «мешают»? Джайя объяснила, тщательно выбирая слова:

– Если Твилианские врата будут найдены, отпадет надобность в кораблях и экипажах, летающих с вашей планеты на Шаутер. Не хотят ли вас остановить те, кто управляет кораблями?

Если Дэвид уже был удивлен, то сейчас он изумился еще сильнее.

– Когдз вовота найдут, ковабли пойдут двугие места. Команды идут туда, куда ковабли.

«Неужто алчность - специфически людской порок?» - подумала Джайя, стыдясь дурных инстинктов человеческой расы и завидуя невинности этих инопланетян. Однако романтики не становятся хорошими диспетчерами, и она тут же сообразила, что такие упрощенные суждения попросту глупы. Поскольку на Твили действуют те же природные законы, что и на Земле, там, без сомнения, постигли ту же истину: ангелы - существа для другой Вселенной, а не для грубой реальности этого мира.

Дэвид как будто прочел ее мысли и заговорил:

– Твили вазвивалась очень долгое ввемя. Молодых мало, на планете еще много места. Ставый обычай не надо менять. Но вовота изменят ставый обычай, потому что многие явятся извне. Люди скученно живут, им нужно новые планеты. Твили - нет. Мы хотим только смответь. Не оставаться.

Даже Женевьева Хейган была удивлена. За все годы контактов с твилианцами она не сталкивалась с таким откровенным выражением тревоги, страха перед чужим присутствием. Несомненно, слова Дэвида «многие явятся извне» относились прежде всего к землянам, которые, по меркам Твили, выглядели непредсказуемыми существами, одержимыми страстью к переменам. Однако высказывание инопланетянина таило в себе противоречие.

Это противоречие отметила и Джайя; она с недоумением спросила:

– Если вашему народу не нужен выход в космос, то почему вы, Дэвид, стремитесь его открыть?

И еще не договорив, почувствовала его страдание - вместо прежней иронической тональности. Удивительное ощущение. Даже с людьми она не воспринимала настроение собеседника так полно, как с этим существом, похожим на собаку. Его ответ соответствовал настроению. Он грустно сказал:

– Люди используют вовота, даже если твильцы нет. Может быть, твильский уклад спасется, но сами твильцы пвопадут.

«Твильцы пропадут», - думала Джайя. Возможно, это был неуклюжий оборот, гово'рил он неважно, однако за его словами вставала горестная картина: древняя раса, оттесненная на обочину галактической жизни.

Она начала понимать дилемму, стоящую перед твилианцами - двигаться вперед или застыть; дилемму почти что аристотелеву в ее ужасной простоте. Либо принять возможности, открываемые вратами, и как следствие терпеть перемены в жизни своего монолитного сообщества, либо замкнуться и, в конце концов, кануть в безвестность перед лицом космических рас, которые жили в пещерах, когда на Твили уже была культура, близкая к современной.