Кристаллы надежды на осколках веры - Нил Л.

— «Альфарон» никогда не делает из сотрудников изгоев, лишая их развлечений и социальной жизни. Мы люди и не можем жить изолированно друг от друга. В единстве наша сила. Но все же заведения Третьей линии не лучшее место для образцового молодого сотрудника.

Рабочая неделя пролетела незаметно, а на выходных поехал домой. Я редко вырывался в Мидобрук посреди недели. Прошелся с отцом по ферме, осмотрел состояние кристалла, помог по хозяйству матери. Когда стемнело пригласил отца пройтись, рассказал про случай в Альвертоне. Меня беспокоило, смогут ли они при необходимости защитить себя.

— Пообещай мне, отец. Ни при каких обстоятельствах не рискуй жизнью. Отдай все, что потребуют, даже кристалл.

— Ты вырос, Ниро, — произнес он с улыбкой. — Не переживай, сын. Я знаю, где проходит черта, которую не стану переступать без необходимости. Ладно Ирма уже взрослая. Думаю, через год-другой последует твоему примеру и уедет в Хоупрей. А вот Хайди пока нужен отец.

Когда вернулись, мать несмотря на позднее время накрыла стол. Легкая закуска и булочки восполнили силы после прогулки. А на утро меня ждала огромная сумка продуктов. Родители слушать не хотели, что я ни в чем не нуждаюсь, а мама строго сказала: «Богачи центра не брезгуют приезжать на ферму и покупать органику втридорога, а родной сын нос воротит. Не поверю, что ты часто позволяешь себе нормальную еду, а не синтетику».

Через несколько дней я не спеша готовился к вечерней смене. Расписавшись в ведомости, заступил на пост. Вход на каждом уровне охранялся. Смотрителей типа меня пропускали в блоки только если позволял уровень доступа. НИИ требовал соблюдать правила секретности. Поступая на работу, мы подписывали документ о неразглашении. Ни одно слово, ни одна вещь не могли покинуть стен «Альфарона» без специального разрешения. Подошел черед проверки лабораторий. Там приходилось задерживаться, так как осмотр включал и состояние рабочих столов с табелями прихода и ухода. Проход в сектор с лабораториями разрешался только сотрудникам со второй степенью или выше: первой или степенью А.

— Имя, — потребовал охранник первой степени.

— Ниро Аксел, — ответил, протягивая бейдж с личным номером, который проверялся каждый раз.

— Степень доступа?

— Вторая.

Дверь распахнулась, я прошел в коридор, освещаемый холодным голубоватым светом. Первая лаборатория. Тихо. Только слышен приглушенный гул работающих аппаратов. Пустые металлические столы, отполированные до блеска. Закончено. Вторая также не заняла много времени. А вот в третьей, при осмотре одного из рабочих столов, задел ногой что-то прокатившееся по бетонному полу, нарушив тишину. Я оглянулся в поисках источника звука. Поднял на свет и сердце забилось. Первый раз в жизни я увидел неограненый люмитист. Каждый знает кубы минерала, установленные в генераторах. Большие и малые. Размером с переносной электрогенератор и не больше будильника. Их действие ограничивалось лишь временем, но никак не влияло на качество работы. В принципе, небольшой люмитист мог обеспечить целую деревню чистой водой, если подключить к генератору колонки.

Но сегодня я держал заготовку. Точнее, осколок кристалла. Но даже эта кроха способна поддержать жизнь семьи пару недель, а то и месяц. Осколки считались отходным материалом. На них не ставился лицензионный номер, нигде не применяли, да и тот, что я держал, должен был оказаться в мусорном контейнере. «А ведь он может спасти чью-то жизнь», — с сожалением подумал я, рассматривая неровные края молочно-голубого светящегося камня. А что если? «Нет! Нельзя ничего выносить». Оборвал неправильную мысль и развернулся, чтобы оставить на столе контроля с запиской… и вспомнил чуть ли не срывающийся на плач голос девочки из радиоприемника. Завернул в бумагу и вложил кристалл в ботинок.

Утром встал рано, проверил у зеркала, не заметен ли при ходьбе спрятанный осколок. В комнате охраны я был один. По рации отчитался об окончании смены. Бреясь, заметил, что рука немного подрагивает. Недовольно стиснул зубы. Прошептал еле слышно: «Ты спокоен, Ниро. Зато сможешь кому-то помочь» Складка на лбу разгладилась. Почистив зубы, улыбнулся отражению. Оставив запись об уходе в журнале, вышел в коридор. Проходя мимо стеклянных дверей, мимоходом бросал взгляд на свое отражение. Не слишком ли медленно иду? Встречаясь с сотрудниками и обмениваясь приветствиями, вглядывался в их лица, пытаясь прочитать, не закралось ли у тех подозрения. Приближаясь к проходной, сосчитал до десяти и спокойно покинул здание. «Хорошего дня, господин Аксел», — попрощался сторож. Металлоискатель не обнаружил ничего подозрительного. Получилось.

Желание разгадать загадку таинственного послания победило усталость, и я вместо того, чтобы отправиться домой, пошел к городской библиотеке, рассчитывая найти информацию об особых радиочастотах первых поселений. Знания и сведения, включая наследие прежней цивилизации, сейчас хранили книги. Надеюсь, что это поможет понять, откуда поступила просьба о помощи. Отец рассказывал, что раньше первые поселения поддерживали связь друг с другом с помощью особых радиостанций на коротких волнах. Может, это тот самый способ связи?

После тщательного поиска в архивных документах и книгах, я нашел то, что искал. Примерная частота, на которой, возможно, слышал девочку, очень близка к той, что нашел в справочнике. Я еще раз прочитал название поселения. Альвертон. То самое, что пострадало от нападения мародеров. Надо будет вечером проверить еще раз. Но я почти уверен, что нашел.

Вернувшись домой, я раздумывал, где можно спрятать драгоценный осколок. Даже помещенный в специальный резервуар, подключенный к основным коммуникациям моей квартиры, кристалл содержался при постоянной температуре. Я не знал точной причины, но догадывался, что при комнатной могли нарушиться его свойства. Оглядев жилье в поисках подходящего места, где не станут искать случайные посетители, решил спрятать находку в охлаждающий блок под продукты. Затем достал небольшой пластиковый контейнер с вакуумной крышкой и переложил осколок туда.

С наступлением вечера, я сидел с включенным радио, настроив на частоту Альвертона — 108.4 МГц. Час слушал помехи и шипение. Чтобы заняться чем-то полезным раскрыл инструкцию и погрузился в чтение, вооружившись карандашом. На первой странице рассказывалось об истории создания компании.

««Альфарон» не остановился в стремлении помогать разбросанным подземным городам выйти на поверхность. Со временем, процесс выращивания люмитиста освоили дочерние компании, выйдя за пределы Хоупрея. На сегодняшний день помимо головного офиса кристаллы поставляются филиалами «Бетарон» и «Дельтарон».»

«Альфа, бета и дельта?» — задумался, пытаясь понять несостыковку. По всей логике следующей после беты должна идти гамма. Надо будет уточнить этот момент у господина Норра. Не удивлюсь, что комиссия может спросить что-то дополнительное. Было бы обидно упустить новую должность лишь ограничившись минимумом информации.

Мысли прервались голосом, на этот раз взрослой женщины:

— Если кто-то меня слышит, помогите! В