Карт-бланш - Света М.

Пока он спал, с домом происходили метаморфозы. Да такие, что бывшим Блэкам и не снились. Особняк словно оживал, восстанавливаясь, как Феникс из пепла, начиная от подвала, пыточной, зельеварни, дуэльного зала и заканчивая новым флюгером над обновленной черепицей. Но кроме восстановления, происходили кое-где и кардинальные изменения. Ванные комнаты стали такими к каким привык Брок. Никаких тебе чугунных ванн на лапах, ни кранов без смесителей, ни древних ватерклозетов со сливным бачком под потолком и длинной цепочкой. Все стало современным, функциональным и удобным. А еще очень сильно изменилась кухня, подстраиваясь под любящего иногда готовить хозяина.

Открыв глаза, Брок сначала просто лежал, но ровно до тех пор, пока воспоминания о произошедшем в алтарном, как он теперь знал, зале не вернулись. А вспомнив, вскочил с постели, запутавшись в огромном одеяле, и рухнул на пол, от души матерясь. Демиург, сука, фестралом траханная, наверняка сейчас ржет, довольный.

С хрена ли Рамлоу поверил, что сам выбрал заменить именно Блэка? Сейчас он точно понимал, что его очень умело подтолкнул к этому решению один хитрожопый божок. Выпутавшись из одеяла, Брок встал и… замер, потому что от злости вокруг него начали закручиваться тёмно-бордовые вихри силы. Именно этот момент выбрал здоровенный, черный, как смоль, ворон, чтобы появиться из ниоткуда перед Броком и скинуть ему в руки плотный пакет с сургучной печатью.

— Охуеть, — выдохнул Брок, успокаиваясь. Он бросил письмо на столик у окна и пошел в ванную комнату. Прежде чем впрягаться во все то дерьмо, коим полон мир Магической Британии и его новая жизнь в частности, нужно было привести себя в порядок и обязательно позавтракать. И письмо, незамысловато подписанное витиеватым почерком «Демиург», он решил читать только после завтрака. Чуял, что ничего приятного или хотя бы хорошего оно ему не принесет.

Завтракал он, как и положено и/о потомственного аристократа, в столовой — огромной комнате с длинным столом примерно на двадцать персон, накрытым, как в самом дорогом ресторане, восседая на троноподобном стуле. Один. Как дурак. Лучше бы на кухне кофе попил с бутербродами, а не вот это вот все.

К письму Брок подходил, как к противопехотной мине — медленно и осторожно. А уж вскрывал его и того аккуратней, понимая, что ничего хорошего в нем нет.

«Брок. Или ты сменишь имя на Сириус? Неважно. Брок.

Ты, выбирая того, кого должен был заменить, несомненно понимал, что вместе с именем тебе перейдут и обязанности. Я надеялся, что ты выберешь именно Блэка, и чаяния мои оправдались. Ты со временем поймешь почему.

Хочу тебя предостеречь от опрометчивых поступков. Долги в мире магии не то, что можно игнорировать, а у тебя теперь их много. И нет, не перед Дамблдором. Род, семья, вассалы — это теперь твоя забота. Ну, не маленький, сам разберёшься.

И не забывай, в этом мире ты тоже крестный, так что не забудь позаботиться о юном Поттере.

Демиург. "

Глава 3

После завтрака и прочтения письма от нового «работодателя», Брок решил хорошенько подумать. А думалось ему лучше всего в спортзале, который образовался рядом с дуэльным — волшебный дом с радостью и удовольствием подстраивался под нужды нового хозяина. Брок вышел на ринг и начал выполнять привычный комплекс для растяжки и разогрева. Тело, мало того, что перенесенное из другого мира и излеченное от страшных травм и ожогов, так еще и прошедшее два сложнейших ритуала, слушалось на удивление хорошо.

— Два? — вслух подумал Брок, и ответ пришел сам по себе — два. Первый был в ночь его прибытия. Легко ли из самого обыкновенного магла сделать сильного волшебника, наследника одного из темнейших родов магической Британии? А второй уже здесь, в доме на Гриммо, когда новоиспеченного Брока Сириуса Блэка признавали многие поколения рода. Он с содроганием вспоминал время, проведенное на алтаре. Испытать подобное еще раз хотелось примерно никогда.

Письмо озадачило. Брок уже понял, что его бережно подтолкнули к решению заменить в этом мире именно Блэка и, в общем-то, смирился с этим, но указания! Ладно, крестник Гарри Поттер. Забирать пацана на пару месяцев лета и на зимние каникулы не сложно. Воспитывать? СТРАЙК же он как-то воспитал, значит и с одним мажонком справится, а вот «вассалы» удивили, потому что не помнил и не знал об их существовании совершенно. И с этим обязательно нужно было разобраться в самое ближайшее время. А из самых неотложных дел — поговорить с портретом матери.

— Матери?! — воскликнул вслух Брок. И понял, что да — мама. Леди Вальбурга это его мама. Чужая память медленно, но верно становилась собственной, пусть и второй по значимости, а с ней приходили и чувства. Только, если Сириус горько-нежно любил родителей и при этом умудрялся их не ненавидеть, нет, но презирать за свою и их темную суть, то Брок совсем по-другому делил людей. Для него существовало всего две категории — свой и чужой. Своим можно было многое, своим прощалось почти все, кроме предательства, а чужие… Что о них говорить, чужие они и есть чужие. Так вот родители Сириуса и брат Регулус, пусть и мертвые, по умолчанию вошли в категорию своих, а с остальными Брок собрался разбираться по ходу дела. Закончив разминку и отработав положенное время по груше, Брок решил, что дальнейшая тренировка подождет, а вот разговор нет.

— Кричер, — позвал он домовика.

— Хозяин звал старого Кричера, — с поклоном появился эльф.

— Хозяйка может посетить портрет в кабинете? — спросил Брок.

— Может, — ответил Кричер.

— Через час я буду ждать ее там. А мне приготовь одежду. Ванная здесь есть? — Брок оглядел спортзал и увидел небольшую дверь на дальней стене, на которую когтистым, длинным пальцем указывал Кричер.

Пока Брок смывал с себя пот и усталость, он продолжал думать. На этот раз о двух лидерах противоборствующих сторон. Невнятные просьбы Демиурга в расчет не шли. Помешать! Что значит — помешать? Подножку подставить? Не смешно. И ломать голову желания не было совершенно. Устранить их обоих для профессионала уровня Брока не представлялось каким-то слишком сложным действом, но рационально ли это? Нет, все же для принятия решений у него пока было прискорбно мало информации. Он даже сегодняшнее число не знал!

— Как там колдовали? — Брок поднапряг обе памяти — свою и подаренную вселением, и, взмахнув рукой, произнес: — Темпус.

Дата и время темно-красными цифрами засветились прямиком в наполненном паром воздухе — 03.05.1993 г. 18:47.

— Охуеть, — выдохнул Брок,