Крах по собственному желанию (сборник) - Светлана Алешина

— Черт побери! Да тут всю машину раздолбать можно! — ругался Михалыч, стараясь объезжать кочки, которые на самом деле встречались тут на каждом шагу.

— Ты давай поаккуратней. У меня все-таки камера! — прикрикнул на него Павлик, взяв на руки свою операторскую аппаратуру.

— Нечего было в такую глушь ехать! Дорога не видишь какая? Тут сам черт ногу сломит! — тем же тоном отвечал ему Михалыч и резко дернул руль на повороте так, что аж Галина Сергеевна вскрикнула.

— Неужели все приглашенные должны пройти через эти испытания по дороге на банкет? — заметила Лера. — Что, туда нет другого пути? Или Михалева забыла нас предупредить?

— Помню, в молодости мы ездили именно по этой дороге на Кумыску, — авторитетно заявил Старовойтов, намекая на то, что в свои двадцать пять он уже не молодежь. — Однажды мы даже пешком шли часа два, чтобы только на полянке сосиски пожарить.

— Может быть, тебе и сейчас пешком прогуляться? — предложил оператору Михалыч.

Павлик тут же замолчал. Я терпеливо сносила броски машины из стороны в сторону и обдумывала предстоящую съемку. Юлия Александровна перезванивала нам в три часа и уточняла, в котором часу мы прибудем на место. Я заверила ее, что подъедем к самому началу банкета, то есть к пяти, а сейчас было уже около половины пятого. Я никогда не была на Кумысной поляне, впрочем, как и большинство съемочной группы, поэтому дорогу Михалычу показывал Павлик.

— Долго нам еще? — нетерпеливо спросила у Старовойтова Галина Сергеевна.

— Нет, сейчас будет поворот, а затем немного вверх, а там еще около пятисот метров, и мы на месте, — сообщил Павлик.

Михалыч слышал его ответ и еще прибавил газу, обрадовавшись, что издевательства над его машиной наконец-то закончатся. Но за поворотом нас ждал сюрприз в виде дорожного знака, запрещающего движение дальше из-за ремонтных работ. Кроме того, на дороге лежало толстое бревно, которое объехать было невозможно. Михалыч от неожиданности резко затормозил, и в салоне автомобиля послышался визгливый крик Галины Сергеевны.

— Все, приехали! — доложил Михалыч и вышел из машины.

За ним засеменил и Павлик. Оба уставились на дорожный знак, затем на бревно. Разумеется, убрать такую тяжесть с дороги они были не в состоянии, поэтому доехать даже до ремонтных работ не представлялось возможным.

— Как жаль, тут каких-нибудь метров пятьсот осталось, не больше, — причмокнув, сообщил Старовойтов.

— Что будем делать? — спросила Галина Сергеевна, выбираясь из машины. — Там вообще проехать нельзя?

— Не знаю. Даже если мы и уберем эту махину, — Михалыч кивнул на бревно, — дальше идут ремонтные работы!

— Пойдемте пешком, — первым предложил Павлик. — Здесь осталось-то всего ничего. А то мы опоздаем на банкет.

— Может быть, отыскать другую дорогу? — предложила Галина Сергеевна, которая хоть и знала о том, что мы едем на природу, все равно надела туфли на высоких каблуках, чтобы соответствующе выглядеть.

— Интересно, а как же остальные гости попали на торжество? — задалась я вопросом. — Если здесь проехать нельзя, значит, где-то наверняка существует другая дорога.

— Логично, — согласился Павлик.

— Поедем обратно? — неуверенно спросил Михалыч.

— Мы же опоздаем и пропустим самое интересное! — в отчаянии воскликнул Павлик.

— Другого пути у нас нет, — согласилась я с Михалычем и собралась уже залезть обратно в «Газель», но меня остановил Павел.

— Ира, пойдем пешком, — требовательно сказал он. — Я знаю, как пройти! Мы точно не заблудимся. А остальные пусть ищут другую дорогу на Кумысную поляну. Зато мы хоть к началу подойдем, я и заснять все успею.

— Ты что, и камеру с собой потащишь? — удивилась я.

Павлик уверенно кивнул, заметив, что я передумала садиться в «Газель».

— Чего только не сделает мужчина, чтобы повидаться со своей любовью, — задумчиво заметила Галина Сергеевна. — Даже Павлик согласен волочить камеру на гору!

Я посмотрела в сторону Леры, которая за всю поездку не произнесла почти ни слова. У нее вообще сегодня разительно испортилось настроение с того момента, как Старовойтов бросил первый заинтересованный взгляд на Михалеву.

Предложение Пашки на самом деле было резонным, и у нас оставалось только два пути: опоздать к началу банкета или прийти туда пешком в неполном составе. Немного поколебавшись, я согласилась с Павлом.

Галина Сергеевна и Лера, с которыми мы договорились встретиться на поляне, опять уселись в «Газель». Михалыч умело развернулся на узкой дороге и поехал в обратную сторону, и Павлик даже помахал им вслед рукой.

— Ну что, пошли? — спросил он у меня, вскидывая камеру на плечо.

Я перешагнула через бревно и уверенно пошла по посыпанной щебенкой дороге, которая поднималась в гору, где нас, вероятно, уже поджидала Юлия Александровна, так как время близилось к пяти. По дороге Павлик не умолкая рассказывал, как часто в студенческие годы он именно на Кумысной поляне любил отдыхать.

— А что? Недалеко от города, природа, свежий воздух, и добраться легко, — заметил наш оператор.

— Да, очень легко, — вздыхая, ответила я. — Стой!

— Что случилось?

— Щебенка в туфлю попала.

Я расстегнула замочек и потрясла ею. Выпал маленький камешек. За всю дорогу эту процедуру мне пришлось произвести раза четыре, не меньше.

— Странно, что не слышно ни музыки, ни смеха, — удивился Павел, когда мы были уже недалеко от того места, где предполагался банкет Гузанова. — У них там поминки, что ли?

Я промолчала ему в ответ, так как дорога в гору меня доконала, и я мечтала как можно скорее добраться до места назначения. Говоря о пятистах оставшихся метрах, Павлик явно приврал, так как мы взобрались на гору только через полчаса, естественно, опоздав к началу банкета.

Я первой заметила ряд машин, потому что мы взобрались на поляну как раз со стороны импровизированной стоянки. Машин было много, и большинство из них иномарки, отливающие на солнышке перламутром. На стоянке толпилось несколько человек, как я поняла, водители, которые первые и встретили нас со Старовойтовым. В тот момент мы с ним были мало похожи на представителей телевизионной компании, хотя Пашка и держал в руках камеру.

— Вам чего здесь надо? — грубо остановил нас широкоплечий молодой человек в камуфляжном костюме. — Куда лезете?

— Нам надо к Гузанову Виктору Анатольевичу, — сообщила я, в который раз вытряхивая из обуви остатки щебенки.

— К кому? К Виктору Анатольевичу? — удивился молодой человек и преградил нам путь на небольшой аллейке, которая, видимо, и вела к банкетному залу. — Он вас не приглашал, поэтому валите отсюда!

— Чего? — возмутился Павлик. — Ты сейчас сам отсюда свалишь!

Я решила уладить это недоразумение и развернула перед незнакомым молодым человеком журналистское удостоверение. Охранник внимательно осмотрел его, сверил фотографию с моим лицом, затем возвратил его, но не двинулся с места.

— Молодой человек, мы пришли специально по приглашению Михалевой Юлии Александровны, чтобы организовать съемку банкета, — объяснила я. — Вы можете сами спросить об этом у нее. Она подтвердит!

— Делать мне больше нечего, как разыскивать ее, — хмыкнул молодой человек. — Мое дело охранять порядочных людей от таких типов, вроде вас.

Павлик опять хотел возмутиться, но тут на стоянку вывернула наша «Газель», расписанная опознавательными знаками телерадиокомпании, за рулем которой сидел Михалыч. Охранник сразу же обратил внимание на нее, с подозрением наблюдая и за нами: вот, мол, это и есть представители телевидения, а вы тут с поддельными удостоверениями шляетесь! Странно, что машине он поверил больше, чем нам.

— Михалыч, что-то вы быстро! — сразу же сориентировался Павлик, чтобы доказать нашу причастность к этой машине.

— Надо было с нами ехать, — буркнул Михалыч. — Вы что здесь стоите?

Тот же вопрос последовал и от подошедших Галины Сергеевны с Лерой. Охранник посмотрел все удостоверения и, даже не подумав извиниться перед нами с Пашкой, сошел с аллейки, пропуская нас.

— По аллее прямо, а потом направо, там столы, — буркнул он.

Кумысная поляна и в самом деле располагалась в очень живописном месте, несмотря на то что находилась недалеко от города. С одной стороны аллеи открывался вид на окрестности, где стояли в основном частные особняки состоятельных граждан, а с другой — на березняк. Я любовалась открывшейся передо мной панорамой, поэтому даже не смотрела под ноги. Хотя по сравнению с щебнем асфальтированная дорога казалась просто пухом.

Постепенно стали слышны громкие голоса, но разобрать их было невозможно. Видимо, мы шли в правильном направлении, все гости уже собрались, и наша компания брела в полном одиночестве. Завернув по аллейке направо, мы вышли как раз к импровизированному банкетному залу. Честно говоря, пикник на природе я представляла себе несколько по-иному. И, конечно, уж никак не думала, что все приглашенные будут сидеть на корточках перед скатертью, разложенной на земле. Я была готова к тому, что на поляне будут расставлены столы, но не предполагала, что их будет такое невообразимое количество. Мне почему-то вспомнился ролик, часто прокручиваемый на нашем телевидении в целях рекламы какой-то моющей жидкости. Я прикинула, что для мытья посуды со всех этих столов потребуется две бутылочки этого средства.