Жанна дАрк - Марк Твен

Джон О'Хаган, Жанна д'Арк.

Дженет Таки, Дева Жанна д'Арк.

Жене моей - Оливии Ленгхорн Клеменс эту книгу в день двадцатипятилетней годовщины нашей свадьбы (1870-1895) в знак благодарного признания ее неутомимой и бессменной службы в качестве литературного советчика и редактора посвящаю

Автор

Обратите внимание на одну важную особенность. Среди мужчин и женщин, чьи имена значатся в анналах истории, Жанна д'Арк - единственный человек, который в свои семнадцать лет занимал пост главнокомандующего вооруженными силами страны.

ЛАЙОШ КОШУТ {Прим. стр.17}

ПРЕДИСЛОВИЕ ПЕРЕВОДЧИКА {Прим. стр.19}

Чтобы дать правильную оценку характера какой-либо выдающейся исторической личности, необходимо подходить к ней с меркой ее эпохи, а не нашей собственней. Если подходить к ней с меркой какого-то одного столетия, то самые благородные характеры более давних времен теряют свой блеск; если рассматривать знаменитых людей с позиций сегодняшнего дня, то, пожалуй, не найдется ни одной личности, жившей четыре-пять столетий тому назад, которая бы выдержала испытания во всех отношениях. Но образ Жанны д'Арк единственный и неповторимый. К нему можно приложить мерки всех времен, не рискуя ошибиться. С точки зрения любой эпохи он одинаково безупречен, идеально прекрасен; он и сейчас стоит на высоте, недосягаемой для простого смертного.

Если принять во внимание, что ее век был самый грубый, самый испорченный, самый развращенный из всех мрачных веков истории, то нельзя не удивляться чуду, - как такая почва могла вырастить такой дивный плод. Контраст между ней и ее веком - это контраст между днем и ночью. Жанна д'Арк была правдива, в такие времена, когда ложь была обычным явлением в устах людей; она была честна, когда целомудрие считалось утерянной добродетелью; она твердо держала свое слово, когда ни от кого нельзя было ждать верности; она отдавала свой великий ум великим помыслам и великой цели, когда другие великие умы растрачивали себя на пустые прихоти и жалкое честолюбие; она была скромна, добра, деликатна, когда грубость и необузданность, можно сказать, были всеобщим явлением; она была полна сострадания, когда, как правило, всюду господствовала беспощадная жестокость; она была стойка, когда постоянство было даже неизвестно, и благородна в такой век, который давно забыл, что такое благородство; в своих убеждениях она была тверда, как скала, в то время, когда люди ни во что не верили и все попирали; она была непоколебимо верна в век, пропитанный до мозга костей вероломством; она сохраняла свое личное достоинство незапятнанным в век раболепства и низкопоклонства; она была воплощением неустрашимого мужества в то время, когда надежда и мужество иссякли в сердцах ее соотечественников; она была безупречно чиста душой и телом, когда общество даже в высших слоях было растленным и духовно и физически, - и всеми этими добродетелями она обладала в такое время, когда преступление было обычным явлением среди монархов и принцев и когда самые высшие чины христианской церкви повергали в ужас даже это омерзительное время зрелищем своей гнусной жизни, полной невообразимых предательств, убийств и скотства.

Жанна д'Арк была, пожалуй, единственной бескорыстной личностью, когда-либо засвидетельствованной историей. Ни малейших следов или намеков своекорыстия нельзя найти в ее словах и поступках. Когда она спасла бездомного короля от нищенского прозябания и возложила корону на его голову, ей предлагали награды и почести, но она все отвергла и не пожелала взять ничего. Для себя она просила у короля только одного: разрешения вернуться домой, в родную деревню, чтобы по-прежнему пасти овец, ежедневно чувствовать объятия рук матери и помогать ей в домашнем хозяйстве. Дальше и не устремлялись личные помыслы и желания этого блестящего вождя победоносных войск, соратника принцев, кумира восхищенного и благодарного народа.

Подвиг Жанны д'Арк можно смело назвать беспрецедентным в истории, тем более, если принять во внимание, в каких условиях он был совершен, какие препятствия встречались на ее пути и какие средства имелись в ее распоряжении. Цезарь шагал далеко, но он одерживал свои победы при помощи прекрасно обученных, надежных римских ветеранов; сам он тоже был прекрасным воином. Наполеон стирал с лица земли самые дисциплинированные армии Европы, но он также был опытным солдатом и начал свое дело с преданными родине батальонами, воспламененными чудодейственным духом Свободы и Революции, - с энергичными подмастерьями великого военного ремесла, а не со старыми, упавшими духом недобитыми войсками, давно пришедшими в отчаяние от бесчисленных поражений на протяжении целого столетия. А Жанна д'Арк, сущий ребенок, невежественная, неграмотная, простая, никому не известная деревенская девушка, без связей и влияния, застала свою великую родину в цепях, поверженной, беспомощно и безнадежно стонущей под чужеземным игом, с разоренной казною, с разбежавшейся в страхе армией, с оцепеневшими умами, с умершим мужеством в сердце народа за эти долгие годы насилия и притеснения как со стороны захватчиков, так и со стороны собственных угнетателей, с запуганным королем, который покорился своей участи и приготовился бежать из своей страны; Жанна д'Арк прикоснулась своей рукой к этому трупу нации, и народ воспрянул и последовал за нею. Она повела его от победы к победе, она изменила ход Столетней войны, она нанесла смертельный удар английскому могуществу и умерла заслуженно называемая Освободительницей Франции - имя, которое осталось за ней и по сегодняшний день.

И в награду за все это французский король, которого она короновала, не проявил никакого участия, когда французские церковники схватили эту благородную девушку, невиннейшее, прекраснейшее, восхитительнейшее создание, когда-либо существовавшее во все века, и заживо сожгли ее на костре.

ОСОБЕННОСТЬ ИСТОРИИ ЖАННЫ Д'АРК

Подробности жизни Жанны д'Арк составляют биографию исключительную в сравнении с другими мировыми биографиями в одном отношении: это единственная история человеческой жизни, дошедшая до нас из-под присяги, единственная, дошедшая до нас со свидетельской скамьи. Официальные отчеты о Великом процессе 1431 года и о Процессе реабилитации, который состоялся четверть века спустя, хранятся до настоящего времени в Национальном архиве Франции, и они с замечательной полнотой подтверждают факты из ее жизни. Ни одна история жизни, протекавшей в столь отдаленную эпоху, не изложена с такой достоверностью и убедительностью, как история Жанны д'Арк.

Сьер Луи де Конт в своих "Личных воспоминаниях" верен фактам официальной биографии Жанны д'Арк, и, по крайней мере, в этом его воспоминания безупречны и заслуживают доверия; но множество деталей, сообщаемых им, остаются на его совести.

ПЕРЕВОДЧИК

КНИГА ПЕРВАЯ

В ДОМРЕМИ

Глава I

Сьер Луи де Конт своим правнучатным племянникам и племянницам

Теперь год 1492. Мне восемьдесят два года. То, о чем я собираюсь вам рассказать, я сам пережил и видел собственными глазами в детстве и в юности.

Во всех рассказах, песнях и исторических трудах о Жанне д'Арк, которые вам и всему миру доводилось слушать, читать и изучать по книгам, напечатанным позднее более усовершенствованными способами, упоминается и обо мне, сьере Луи де Конте. Я был ее пажом и секретарем. Я был при ней от начала до конца.

Вырос я в одной деревне с нею. Я играл с ней каждый день, когда мы оба были еще детьми, точно так же, как и вы играете со своими сверстниками. Теперь, когда мы сознаем ее величие, когда ее шля гремит во всем мире, может показаться странным, что все, о чем я рассказываю, сущая правда; это похоже на тусклую, ничтожную свечку, рассуждающую о вечно сверкающем солнце: "Оно было моим сверстником и закадычным другом, когда мы оба были свечками".

Но все же это сущая правда, как я и сказал. Я был ее товарищем в играх, а на войне сражался рядом с нею. До сегодняшнего дня отчетливо и ярко сохранились в моей памяти ее прекрасный, светлый образ, ее изящная маленькая фигурка; вот она, с отброшенными назад волосами, в серебряной кольчуге, прильнула грудью к шее коня и мчится в атаку во главе французской армии, все дальше и дальше врезается в гущу боя и порою почти исчезает из вида, скрываясь за головами коней, за поднятыми мечами, за развевающимися на ветру перьями шлемов и за преграждающими путь щитами. Я был с нею до конца, и когда наступил тот черный день, который ляжет неизгладимым пятном на ее убийц в сутанах {Прим. стр.25}, этих французских рабов Англии, и на Францию, оставшуюся безучастной и не предпринявшую ни малейшей попытки к ее освобождению, - моя рука была последней, которой Жанна д'Арк коснулась при жизни.

Проходили годы и десятилетия, и образ чудесной девушки, промелькнувшей метеором на военном горизонте Франции и исчезнувшей в дыму инквизиторского костра, отодвигался все дальше и дальше в прошлое и становился все более поразительным своей необычностью, священным, трогательным и прекрасным. И только теперь я полностью понял и осознал, кем была она, - благороднейшим существом, когда-либо жившим на свете после Сына божьего.