Гиганты и букашки - Алексей Корепанов

Белое веретено лопнуло посредине, полез наружу короткий ствол распылителя, а за ним появился Луис Медведев. Вид у него был несколько взъерошенный.

- С прибытием, Луис, - произнесла Марина традиционную фразу.

Медведев довольно долго озирался, кряхтел и помалкивал, а Марина и Пархоменко продолжали вытряхивать песок из причесок и не мешали человеку приходить в себя.

- Итак, - зловеще сказал Медведев, несколько освоившись, - я, значит, целую армию собираю, оставляю в нашей коробке координаты и завещание, лезу в эту резину, хотя не стоило лезть за таким вот разведчиком и классификатором первой группы, а он, оказывается, устроил свидание на пустынном берегу пятьсот восемнадцатого нового мира и ради свидания эти колодцы-переходы устроил. Ух, и задаст тебе Эммочка. А тебя, Маринка, Гордон вообще из дома выгонит.

- Дурачок ты, Мишка-медведь! - ласково сказала Марина. - Не выгонит. Он тоже здесь.

- Понятно, - озадаченно протянул Медведев. - По-моему, всех нас гнать надо из разведки. Гнать сквозь все вселенные. Всех четверых.

- Угу, - согласился Пархоменко. - И еще Лукина.

*

- Итак, уважаемые разведчики и классификаторы, - сказал Гордон, оглаживая свою мушкетерскую бородку. - Ваше мнение?

Гордон был старше других, работал даже больше Медведева и имел восьмую группу. Что, впрочем, не помешало ему без размышлений броситься за Мариной и тоже успешно провалиться. Утратить розовые кущи и обрести песчаный берег.

Они вшестером кружком сидели на этом песчаном берегу, небо, в отличие от вчерашнего дня, являло собой пример редкостной голубизны и чистоты, ласково и нежно светило симпатичное местное солнце, и водная гладь, утратив суровую стальную окраску, отливала безмятежной синевой. В изумрудной чащобе заливались птицы.

В общем, душа радовалась и мир был прекрасен. Особенно прекрасен этим свежим тихим утром, потому что ночью на песчаном берегу кто-то невидимый трижды хлопнул в ладоши - и выросли едва заметные в беззвездной черноте гигантские пузыри, раздулись и пропали, оставив после себя три специализированных транспортных устройства типа "Прыжок", шестая модель. Вместе со всеми Помощниками, орбитальными телезондами и Охранниками. Вместе с осторожным Харальдом.

И еще более преобразился мир, еще сладостнее запели птицы, когда неразговорчивый Лукин, весьма болезненно переживавший свой промах, засек сигналы одного из супермаяков, разбросанных по Заземелью, и вычислил, куда же занесло всю шестерку разведчиков и классификаторов разной квалификации. Теперь они не были заблудившимися в бесконечном пространстве. Теперь они знали дорогу домой.

Они сидели кружком в тени своих специализированных транспортных устройств, Харальд и Лукин, Марина и Гордон, Пархоменко и Медведев, сидели прекрасным утром, прекрасным еще и потому, что наконец-то в Заземелье обнаружился чей-то след. Впервые обнаружился чей-то след. Чужой след. Серые круги никак не укладывались в рамки природных явлений.

- Ваше мнение? - спросил Гордон.

- Думаю, три провала в трех мирах, конечно, не случайность, - ответил Медведев. - Провала в прямом и переносном смысле. Думаю, мы вторглись в определенную сферу. Сферу чужого влияния. Стефана с Петей здесь нет, поэтому можно вот что предположить: либо у них эти серые круги отсутствуют, а значит, их мир находится вне сферы, либо они ничего не заметили.

- Либо заметили, но ведут себя более осторожно, - добавил Лукин.

- Согласен, Женя, - сказал Медведев, повернувшись к Лукину. - Так вот, мы вторглись в сферу чужого влияния, и нас деликатно выставили.

- Почему выставили? - возразил Пархоменко. - Просто мы полезли в их транспортные колодцы, или там туннели.

- Туннели с односторонним движением? - Харальд с сомнением покачал головой. - Скорее уж не туннели, а какие-нибудь производственные комплексы или лаборатории. Мы сунулись - сработала защита - и вот вам результат.

Харальд сказал: "мы сунулись", хотя сам никуда не совался, а оцепил серый круг Охранниками, обложил Помощниками, окружил регистрирующей аппаратурой, подготовил обстоятельный рапорт и собирался начать тщательно продуманные эксперименты. И не лез в серый блин.

Марина притушила зеленые свои глаза, промолвила осторожно:

- Туннели,лаборатории... А где хозяева? Может быть, хозяев и нет давным-давно?

- Это уже другой вопрос, - заметил Лукин. - Интересно вот что: каждый из нас что-то там, внутри колодцев, видел, ощущал, а Помощники словно ослепли и оглохли. Луис вот первый прибыл вместе с Помощниками, так Луис может что-то рассказать, а у Помощников информация на нуле. То же самое и с Харальдом.

Гордон погладил бородку.

- Мыслится мне, не случайно мы все здесь оказались. Мы полезли - от нас просто отмахнулись. Но Харальд ведь не лез. И "Прыжки" наши не лезли. Улавливаете связь? Мы полезли, от нас отмахнулись, а заодно и все остальное выбросили. И ведь именно отмахнулись! Сидит зазвездный гигант на галактическом пляже, отдыхает. Ползет букашка по его голой руке, щекочет кожу. Ну не убивать же ее, тварь ведь Божья. Стряхнул осторожно. Другая ползет. И другую стряхнул. Третья. Он посмотрел, а возле него еще десяток копошится. Вырыл в песочке ямочку и туда их всех, чтобы не приставали. Не мешали думать. Отмахнулся, одним словом.

- Ерунда, Гордон! - Медведев поморщился. - Гиганты,букашки... Метафоры и аллегории. Просто нас деликатно выставили. Ну, если с помощью твоих метафор и аллегорий: непрошеные гости зашли в дом, да еще и замки посрывали - силовые поля то есть - вот и выдворили гостей. Стоят ведь там, у этих входов, силовые поля, не просто так ведь их поставили, а с умыслом: чтобы никто случайно не пострадал, чтобы ничего туда не проваливалось. А мы все посрывали и полезли. Ну, нам в ответ на дверь и указали. Только и всего.

- Не это главное, не это! - горячо сказал Пархоменко и смутился было от своей горячности, но встретил понимающий взгляд Медведева, уловил одобрительный кивок Лукина и продолжал: - Самое главное ведь в том, что мы, наконец, обнаружили в Заземелье чей-то след, не наш след. И это дает нам возможность надеяться на встречу с Иным Разумом. Пусть нам пока ничего не понятно, пусть мы пока не видим пути, но не знаю, как вам, а мне просто... ну, приятней жить, что ли... Приятней жить, зная, что путь есть... В общем, слов не подберу.

Марина улыбнулась.

- Ванечка, все понятно. Ты очень правильно все сказал.

- Все правильно, - подтвердил Гордон.

- А группы нам все-таки поснимают, - вздохнул Лукин. - Как пить дать поснимают. Всем, кроме Харальда. И отстранят.

- Так мы ведь и полезли-то в колодцы эти без всякой разведки только потому, что соскучились, понимаете, соскучились, истосковались по другим! воскликнул Пархоменко.