Каллаген - Луис Ламур

— Ладно, — громко произнес он, но никто не пошевелился. — Сейчас мы пойдем.

Ни движения, ни ответа.

Собрав последние силы, он заставил себя подняться. Встал на колени и сильно ударил Дэлавера.

— Поднимайся, черт возьми! — приказал он. — Вставай!

Дэлавер поднялся, покачиваясь. Потом помог Крокеру, и они вместе подняли Волша.

Каллаген держался прямо. Он едва мог стоять под тяжестью запасного ружья, что болталось за спиной, одновременно держа в руке винтовку. Он огляделся по сторонам.

Только скалы и песок, песок и скалы. Вокруг бело-розовый и грязновато-серый песок, а вверху — голые скалы. Он решительно повернул вправо.

— Марш! — надломленным сиплым голосом скомандовал он, пытаясь сглотнуть, но понял, что не может. Каллаген попятился назад, чуть не упал, но все же пошел вперед.

Спотыкаясь, остальные последовали за ним.

Вдруг появился всадник, а за ним другой. Мохавы снова приближались. Они уже считали, что солдаты находятся в их руках.

— Вперед! — пробормотал Каллаген. — Пусть не с ружьем, но хотя бы с револьвером.

Люди, следовавшие за ним, остановились. Он повернулся, встал за ними и начал подгонять, грубо ругаясь и размахивая винтовкой.

Каким бы одурманенным он ни был, он по-прежнему пытался обнаружить следы, но по-прежнему не видел их. Следы обозначали воду; они, как палец, указывали путь к ней. Если нет следов, значит, нет и воды… Но вода должна быть здесь.

Он снова и снова всматривался вдаль. Теперь индейцы находились чуть больше чем в двухстах ярдах.

Каллаген старался держать своих людей вместе. Орлиная гора высилась слева от него, но, увы, никаких следов. Он боролся с отчаянием и понимал, что его глаза почти ничего не видят.

От жары перед глазами поплыли круги; даже гора казалась какой-то нереальной, лишенной материальной оболочки. Волш снова очутился на земле, и Каллаген подождал, пока остальные его подымут. Он ждал, угрожающе подняв свое ружье. И опять они двинулись дальше.

Дэлавер обратился к нему:

— Посмотри, там, прямо.

За скалами виднелись заросли каких-то зеленых диковинных растений. Явно вода была где-то рядом…

— Будь готов, — прошептал Каллаген. — После того, как я выстрелю и перезаряжу винтовку, стреляй и ты.

Он посмотрел на остальных.

— Ты можешь стрелять? — спросил он у Крокера.

— Проверь меня, — усмехнулся раненый.

Волш, в недоумении уставившись на него, снял с ремня свое ружье.

Ладно, даже если он никуда не попадет, сам факт того, что он стреляет, должен помочь, подбодрить, вселить надежду.

Они двинулись вперед, и мохавы подошли ближе. Вдруг Каллаген резко остановился, упал на колени в раскаленный песок и прицелился в индейца, что стоял ближе всех.

Индеец развернул лошадь, припал телом к ее шее и стремглав ускакал прочь.

— Идите вперед, — приказал он остальным. — Идите к тем растениям.

Он не думал, что индейцам известно о револьвере. Он скрывал это, решив подпустить их достаточно близко, чтобы пристрелить еще двоих или троих, прежде чем тем удастся скрыться.

Похоже, что только у одного индейца было ружье. Другие были вооружены стрелами. Каллаген когда-то слышал, что такое оружие поражает цель, если она находится не более чем в шестидесяти ярдах от места выстрела. А на таком расстоянии, имея при себе револьвер, он знал, что делать.

Индейцы были храбрыми воинами — храбрыми, но не глупыми. Они хотели, чтобы Каллаген уже не поднялся, но больше всего хотели сами остаться в живых. Боялись его, потому что он выстрелил в одного из них и убил. И ранил другого, пусть слегка. Вот почему он сейчас не стрелял, выжидая и давая им повод для размышления о том, что с ними может произойти.

Солдаты побежали. Он встал и пошел вперед, чтобы присоединиться к ним. Ключ должен находиться где-то среди зарослей, но он по-прежнему не видел никаких следов. В воздухе не летали пчелы, а пчелы — явный признак того, что поблизости вода.

Каллаген спокойно реагировал на сложившуюся ситуацию. Он слишком часто заглядывал смерти в глаза и знал, что живет в долг. Если здесь есть вода, они напьются, если нет — умрут. Нет никакого смысла идти вперед, особенно это касается Волша, а может быть, и Крокера.

Каллаген внимательно наблюдал. Он прикидывал в уме, что группа индейцев, которая их преследует, состоит не более чем из восьми или десяти человек. У них были вода, лошади и территория, которую они исходили вдоль и поперек, поэтому преимущество явно было на их стороне. У них вовсе не было необходимости возвращаться на далекий пост; им не надо делать доклад вышестоящему офицеру, а лошади давали возможность быстро и легко передвигаться, в то время как его солдатам приходилось идти медленно, с большой осторожностью.

Мохавы снова приблизились, они оказались почти рядом, но солдаты продолжали идти. Вдруг один индеец бросился на Каллагена, но когда тот поднял ружье, индеец развернул лошадь и поскакал прочь. Каллаген услышал за спиной пронзительный крик: на смену первому индейцу прискакал другой.

— Не стрелять! — предупредил Каллаген. — Они ждут, когда у нас закончатся патроны, чтобы потом подойти и окончательно уничтожить.

Он принял решение отстать от своих солдат и прикрыть их сзади. Крокер помогал Волшу. Дэлавер, держа винтовку наготове, шел последним. Индейцы стремительно мчались вперед, заезжая с флангов. Они сидели верхом без седел, а потом, приподнявшись, начинали яростно хлестать лошадей, действуя на нервы солдатам и вынуждая их открывать огонь. Вдруг индейцы погнали лошадей вперед только с одной стороны. Солдаты в недоумении смотрели на них. Все!.. Индейцы добивались именно этого. В голове Каллагена пронеслась мысль: они отвлекают их внимание, чтобы окружить. И в самом деле, последовала атака. Каллаген не опустился на колено, а выстрелил сразу, почти не целясь. Первая пуля пронзила грудь индейца — того, который был ближе всех и мчался на них: он свалился с лошади. В тот же миг Каллаген отшвырнул винтовку, достал свой шестизарядный револьвер и выстрелил — раз, два, три! Первый индеец был сражен наповал, второго ранило в плечо, когда он разворачивал лошадь, а третьему пуля размозжила голову. За спиной послышались выстрелы — один, другой; потом все стихло, индейцы опять ушли, и только мертвые лежали, распластавшись на песке. Каллаген спрятал револьвер в кобуру и последовал за остальными, на ходу заряжая винтовку. Крокер пристально посмотрел на него.

— Приятель, поверь, я никогда в жизни не видел такой стрельбы!

Они вошли в заросли, но обнаружили там только голую полоску песка, клочок потрескавшейся грязи и никакой воды. Никакой!

Глава 3