Двуединая монархия. В Великой войне 14 года - Алексей Николаевич Кукушкин

среда. Командующий 5-го корпуса австро-венгерской армии совершающий марш по Прессбургу (Братиславе) за целый день успел побывать во всех своих подразделениях. Первыми поприветствовали прославленного генерала Пауля Пухалло фон Брлога, потомственного военного, занимавшего в недавнем прошлом должность начальника академии генерального штаба, и действительного тайного[12] советника. Его корпус включал в себя 14-ю пехотную дивизию с полком артиллерии, 33-ю пехотную дивизию без усиления, 2-ю кавалерийскую дивизию, а это четыре кавалерийских полка плюс еще дивизия венгерской армии за номером 37.

Эмблема вооружённых сил Венгрии и П. Пухалло. 1914 г. (Рыбы, 7)

Вооружение дивизий имперской и венгерской армии, носившей национальное обозначение, гонвед[13] практически ни чем не отличалось, а вот в самом Прессбурге было на что поглядеть. В городе функционировало железнодорожное сообщение в Веной, работал газовый завод, соответственно было газовое освещение, канализация, электроснабжение и телефонная связь, водопровод в частные дома, мост через реку Дунай, которая раньше называлась Европа, трамвайное сообщение, химический и нефтеперерабатывающий завод, а из культурных объектов выделялись городской театр и только открытый Венгерский университет Елизаветы.

9 июля, четверг. Командующий флотом двуединой монархии Рудольф Монтекукколи совершил инспекционную поездку на строящийся в «Ganz & Company’s Danubius» в Фиуме верфи линкор «Сент-Иштван».

Спуск судна на воду и граф Рудольф Монтекукколи дели Эрри (Рыбы, 4)

Не нравилось, как обстоят дела на этой верфи буквально все. Настораживало, что верфь раньше строила только гражданские суда, а опыта строительства больших кораблей, особенно такой как этот у неё не было, но жажда освоить 60 миллионов крон[14] или 18,293 тонны благородного металла взяла свое. Не вязалась в голове свистопляска с названием корабля, так как венгерский парламент хотел назвать его «Хуньяди» (SMS Hunyadi) в честь венгерского полководца, а покойный Франц Фердинанд, не терпевший венгерской сепаратизма «Лаудон» (SMS Laudon), в честь полководца австрийского. Также настораживала смерть случайного человека при спуске судна, а что касаемо технической части 152-метрового 21600 тонного корабля, то отличием была энергетическая установка состоящая из двух паровых турбин «AEG-Curtis» и дюжины паровых котлов «Babcock & Wilcox», против проверенных на предыдущих трех кораблях серии четырех паровых турбин «Parsons» и дюжины котлов «Yarrow», но впрочем развивающих мощность в 25000 л/с, что должно обеспечить максимальную скорость до 21 узла при самых благоприятных обстоятельствах, и останется только дождаться вступления в строй этого чуда-техники ориентировочно в декабре 15 года.

10 июля, пятница. После такого разочарования и ожидания чего-то нехорошего и тяжелого как в жизни еще строящегося корабля, так и вскормившего его флота Рудольф Монтекукколи взошел на борт новейшего миноносца австро-венгерского флота SMS Triglav (названный в честь самой высокой горы южных Альп) и направился к своей 1-й дивизии линкоров, в состав которой совсем недавно вошел «Принц Евгений» названный в честь знаменитого военачальника Евгения Савойского.

Австро-венгерский миноносец SMS Triglav.

«Миноносец получился на редкость удачным и скоростным, на данный момент в строю таких насчитывалось десять единиц, и они все служили при первой эскадре, где уже насчитывалось три дредноута. Корабль имел водоизмещение 1000 тонн, размерения 83,5×7,8×3 метра, две паровые турбины AEG-Curtiss, шесть паровых котлов Yarrow обеспечивающих сообща мощность 20600 л/с и скорость 32,6 узлов. Экипаж кораблика составлял 105 офицеров и матросов, вооружение из двух 100-мм орудий, шести 66-мм скорострельных пушек и двух сдвоенных 450-мм торпедных аппаратов. Боевые возможности не то, что огромные, – рассудил Рудольф, подставив лицо под набегающие потоки ветра, – но для нашего флота, данный проект свежий ветер, и обеспечение скорости в совокупности с вооружением, а также превосходство над любым другим кораблем подобного класса, а также заботило адмирала, предстоящее совещание через одиннадцать дней в Берлине, о помощи Германии своему южному соседу».

11 июля, суббота. Багдадская железная дорога благодаря усилиям многих людей и предприятий была открыта. Её создатель Вильгельм фон Прессель умер двенадцать лет назад, и всю славу забрал Георг фон Сименс, но работы человека: «Les chemins de fer en Turquie d’Asie» (Цюрих, 1902. «Ventilation und Abkühlung langer Alpentunnels» (1881); «Das Anatolische Eisenbahnnetz» («Zeitschrift für Eisenb. der österr.-ungar. Monarchie», 1888); «Réseau ferré de la Turquie d’Asie» (Вена, 1900), заставили всех считаться с его авторством.

Один из вариантов трассы.

Сама дорога, как оценивал её Франц Фердинанд, реализовала давние чаяния австро-венгерского государства к интеграции экономической мощи севера, и многообразия юга, как культурного, так и кулинарного, и должна привнести в общество двуединой монархии, как новые нотки, так и множество средств, буквально взорвав экономику золотом и серебром, полюс к этому наконец-то войдет в обращение множество стальных цистерн, сохраняющих свойства черного золота, на всем его протяжении, а не несколько дней как раньше в деревянных прототипах. Значительно упрощается переброска грузов.

17 июля, пятница. Бронепалубный крейсер типа «Навара», под названием «Сайда» готовился быть достроенным, оснащенным и вступить в строй на верфи Cantiere Navaie Triestino, что расположена в уютном городке не границе с Италией Монфальконе.

Лёгкий крейсер «Сайда» типа «Новара».

Сам по себе корабль замечательный, водоизмещением в 4000 тонн, размерениями 130,6×12,8×5,3 метра, в движение его приводили две паровые турбины Melms-Pfenniger, питаемые шестнадцатью водотрубными котлами Ярроу. Мощность при этом составляла 30000 л/с, а скорость 27 узлов. Но самое главное при относительно скромном вооружении при девяти 100-мм/50-калиберных орудиях за 1½ – дюймовыми броневыми щитами и тремя двойными 450-мм торпедными аппаратами у корабля ещё имелся 60-мм броневой пояс, позволявший кораблю маневрировать от противника на тех дистанциях, которые ранее небыли доступны и не только выполнять свою функциональную роль разведчика при эскадре, но и ввести в действие свою не многочисленную артиллерию, а при благоприятном стечении обстоятельств и хода событий даже 450-мм торпедные аппараты. В целом корабль выглядел мощно, на самом пике развития вооружений на сегодняшний момент, а также в голову приходила перспектива клонировать проект и строить подобные корабли еще и ещё для славы отечества и мощи родного флота.

18 июля, суббота. На наглость надо реагировать наглостью, на силу – силой, так считал и император Франц Иосиф и канцлер, а по совместительству и министр иностранных дел Леопольд Берхтольд.

Канцлер Леопольд фон Берхтольд и император Франц Иосиф.

Убийцам наследника имперского престола выдвинуты обвинения, но они, изображая позерство приняли все условия кроме одного, а это де факто являлось