Подкидыш - Маргарита Зирен

дик! Не хватало б ещё горя!

Не хвораешь ли старик? Видать зверь тебя обидел

И головке сделал больно. Ты ступай, поспи спокойно.

боцман

–Не один в низу я видел небылицу ту чудную…

И Калан спустился в трюм, где тут же стих болтливый

Шум. Но, пройдя и встав вплотную, убедился, что заслон

Был действительно с наружи не гвоздём и закреплён.

Калан

–Кто-то, братцы, нас спасал. И этот кто-то не от суши

Загадок много мне задал… Ну что стоим? Займитесь

Бортом, надёжным сделайте ремонтом.

VII

Калан в раздумье брёл в каюту.

В дверях же замер на минуту, коль от

Увиденного дива его вскружилась голова. И тот,

Который мыслил живо, стал вдруг подыскивать слова.

Он влюбился в деву сразу, сражён был видом наповал. Была ж

Подобна не алмазу, брильянт отточенный сиял. Высока, стройна, прекрасна, Да и гордость скрыть не властна. Но, увидев шею девы, в миг ослабли его Ноги, на пределе стали нервы, как заметил уплотненье. Понял он

В большой тревоге – не изъян был совпаденье. К одной расе

Принадлежность их свидетельствует метка.

Тяготила горла внешность

Необычностью своей. И таить стал

Шею детка, с детства пряча от людей. Но ждал

Подобной встречи он, желая знать со всех сторон о корне

Рода своего. И вот дождался он того. Всё причудливое платье было Жемчугом обшито, голова косой обвита, а в очах сияло счастье. Вот так

Предстала перед ним со смущением в борьбе та, что в снах являлась

Мужу. А он? Как гость вошёл к себе. И молвил гласом не своим,

Коль робость сковывала душу: «Так вот, кто портит мне

Ковры и покушается на ужин… Но раз таилась

До поры? Я зачем то тебе нужен.»

дева

–Ну, здравствуй, милый Авирон! Легендой ставший уж в народе,

Наследник царственных корон.

Калан

–Грубить изволишь шуткой скверной!? Или у вас безумье в моде?

«Вчера б узнал о правде этой.

Но не исполнить было долга. Дождаться

Так и не смогла, здесь ожидая тебя долго. Коль деве

Боль велела внятно, чтоб жизнь в водице сберегла. Ты уж прости

Меня за дерзость, но рыба пахла так приятно, что съесть её

Мне захотелось. Ещё сказать тебе должна, что по сыну

Мать родная по сей день на дне тоскует.» Вдруг

Добавила она, заметив, как не доверяя,

Себя обманутым он чует.

Калан

–Калан зовут меня, девица, обознался твой язык…

дева

–Пусть Калан, коль так привык. Но, как вздумалось родиться,

Авирон нарёк отец.

Калан

–Кто ты, милое дитя? И, что ты знаешь про меня?

дева

–Мелиса я, к тебе гонец.

Посланник я от брата Лея. Пришёл бы

Сам, но занят он. Была ж отличною идея ставить

Гибели заслон. Пришлось нам якорем служить, за дно цепляясь,

Тормозить, к себе притягивая вас магнитом очень мощной

Силы. И наш подводный аппарат ремонта требует

Сейчас, ведь ураган-то был не хилый.

Калан

–Спасенью я конечно рад! Но весть достойна изумлений! Так

Значит весь подводный мир прогресса полон достижений!?

Мелиса

–Хоть разум – общества кумир,

Но далеко мы не ушли от просвещённости земли.

Ну, а в чём везенье наше? В том, что мы морской народ. А иначе

Лодка в саже с тверди б сделала полёт. Как благодарен Лей за дар и помощь Умненьких пришельцев! Полна ж планета Гавалар на дне талантливых Умельцев. Там океан сплошной один. И как хотел он посетить,

Планету чудо изучить! Но принял он тогда решенье и

Стариков не бросил сын.

Калан

–Но дав отказ на приглашенье, теперь не видя их простор,

Он сожалеет до сих пор. Но… как же судно он поднял,

Когда б тонул, корабль мой ?

Мелиса

–К счастью, случай помогал.

Благо, шкуру зверь морской нам оставил,

Обречённый. Ну, а клей тот-гордость принца. Не сказала,

Он-учённый. Он такой здесь единица, братец

Младшенький твой, Лей.

Калан

–Так он не твой, а мой родной? Не-ет, с ума сойдёшь с тобой!

Так проведи к нему скорей!

Мелиса

–Тебе на дно же не спуститься.

И в этом скорбная причина с семьёй навеки

Распроститься. Без жабр родился ты на свет. Изгрызла

Двор тогда кручина. И так решил Большой

Совет: что наместника царя должна

Взрастить теперь земля.

Калан

–И подкинули к барону! А если б он не захотел иметь

С дитём проблемных дел? Ну равнодушен был бы

К стону. Погиб мальчонка бы тогда!

Мелиса

–Да это просто клевета!

На тверди наших очень много по причине

Той же самой. А ну-ка вспомни кузнеца! Приказали Гиру

Строго в жизни целью сделать главной – опекать всегда мальца. Это он

Поднёс к порогу, ждал привратника, скрываясь, сердцем чувствуя тревогу. Так следить и продолжал, не заметным быть стараясь, рядом с деткой

Много лет. Ведь как рос, озорничал, ждал отчёт Большой совет.

От него-то и узнали, ждут какие тебя дали. А сейчас?

Пора мне в море. Тяжело дышать мне, друг.

Но увидимся мы вскоре, как

Излечится недуг.

Сказав, Мелиса покачнулась, и он

Ослабшую поднял. Но, как коса плеча его коснулась,

Он тут же в страхе побежал. И понял принц, как не легки от жемчугов

Её шаги. И вся команда, выполнив работу, наслаждаясь свежим

Ветерком, Калана видела заботу, как деву бросил за бортом.

И утонула та немая. Он же, руки отрясая, идя мимо

Подмигнул, возмущённый слыша гул.

VIII

Калан растроган был до слёз,

Разбередила душу новость. Выходит он роднёй

Не брошен, за ним следили, как он рос. Теперь он понял их

Суровость, ведь иначе не возможен для детёнышей больных был бы

Путь по жизни дивной. И как хотел увидеть их: мать, братишку

Да отца! Раз нитью связаны незримой родные, кровные

Сердца. И вспомнил он улыбку Гира.

Калан

–Старина всегда был рядом.

Прогонялся им задира, провожал тревожным

Взглядом лошадь, мчавшую нежданно. Даже плакал, если

Рана болью мучила ребёнка. Добрый Гир был, как отец, с горем детским

Был боец. Деликатно, очень тонко он проблемки все решал. А я, бестолочь, Дерзил и должно быть обижал. Где же ты, старик седой? Как же я тебя Забыл, друг мой верный, дорогой? Найду! И за любовь

Отвечу! Твою я старость обеспечу.

Так думал он, когда без стука к нему ворвался злой Тобол.

Тобол

–В тебе, Калан, я видел друга! Но поступком безобразным

Вбил ты в дружбу нашу кол! Преступник ты, отныне враг!

Ты стал для общества опасным…