Слуховое окно - Говард Лавкрафт

Я даже не мог себе представить, что мой кузен обладает такими талантами. Я, конечно, знал, что дядюшка Генри имел очень живое воображение, но, насколько мне известно, это свойство никогда не было присуще Уилберу. Теперь я убедился, что он очень искусно скрывал от нас свои возможности, и это открытие меня даже порадовало.

Разумеется, я не сомневался, что найденные рисунки были плодом воображения Уилбера, поскольку ни одно живое существо не могло служить моделью для их создания и ни в одной книге или манускрипте, принадлежащих кузену, я не нашел ничего подобного. Подталкиваемый любопытством, я все глубже и глубже погружался в тексты записей. Отобрав из них те, которые, как мне казалось, могли наиболее полно ответить на все мои вопросы, я разложил их в определенной последовательности, что было просто сделать, поскольку каждый документ имел  дату.

«15 октября, 1921 год. Очертания местности стали видны более отчетливо. Что это? Ленг? Более похоже на юго-западную часть Америки. Пещеры заполнены огромными стаями летучих мышей, которые, подобно огромному темному облаку, сейчас вылетают из своего убежища, как раз перед закатом солнца, и почти полностью закрывают его. Вокруг низкорослый кустарник, искривленные деревья. Чувствуется, что здесь часто и подолгу дуют ветры. На горизонте возвышаются снежные шапки гор, которые как бы окаймляют эту пустынную местность».

«21 октября, 1921 год. Посредине видны четыре Шантака. Средний рост выше человеческого. Покрытые шерстью тела и крылья, как у летучих мышей, но размах крыльев — до трех футов. Имеют клюв, как у грифа. Перелетели поближе, остановились отдохнуть на скале. Не уверен, но кажется, что на спине одного из Шантаков кто-то сидит».

«7 ноября, 1921 год. Ночной океан. Невдалеке скалистый остров. Существа, Жители морей, и представители человеческой расы — мутанты. Первые огромны, передвигаются, как лягушки, что-то среднее между прыжком и шагом, сгорблены, как и все примитивные существа, Другие, кажется, плывут к рифу. Вероятно, Иннсмаут? Не видно побережья, никаких признаков города, нет огней. Не видно корабля. Поднялись из глубин, позади рифа. Риф Дьявола? Даже мутантам не под силу преодолеть вплавь такое расстояние без отдыха. Может быть, просто побережье не видно в темноте?»

«17 ноября, 1921 год. Абсолютно незнакомый пейзаж. Насколько я могу судить, это не Земля. Черное небо, несколько звезд. Скалы из порфира или похожего на него минерала. На черном фоне глубокое озеро. Может, это Хали? Через пять минут вода покрылась рябью: что-то поднимается из глубин. Заглянул внутрь. Огромное подводное существо с щупальцами. Это осьминогоподобное существо в десять, нет, двадцать раз больше, чем гигантский Octopus Appollyon, живущий у западного побережья. Не стал рисковать, чтобы увидеть его морду, и разрушил звезду».

«4 января, 1922 год. Абсолютно пустое пространство. Космос? Приближается планета, как будто я смотрю глазами кого-то, подлетающего к небесному телу в космическом корабле. Темное небо, вдалеке горят звезды, но поверхность планеты постепенно приобретает более четкие очертания. Приблизившись, вижу бесплодный пейзаж. Нет никакой растительности, как на темной звезде. Толпа поклонников окружила каменную башню. Они кричат: „Йа! Шаб-Ниггурат!“»

«16 января, 1922 год. Подводный пейзаж. Может, Атлантида? Вряд ли. Огромная постройка, раздавленная массой воды, напоминающая храм. Гигантские камни, подобные камням пирамиды. Ступени, ведущие вниз, в черную бездну. Вдалеке — существа. Жители морей. Чувствуется какое-то движение в темноте, внизу, возле основания лестницы. Выползает огромное щупальце, затем появляются два влажных глаза, расстояние между которыми составляет несколько десятков ярдов. Что это? Может быть, Р'лих? Напуган приближением этого существа из глубины океана и разрушил звезду».

«24 февраля, 1922 год. Знакомый пейзаж. Может, Уилбрахам? Прямо передо мной — ферма, там какие-то люди. На переднем плане стоит старик, он к чему-то прислушивается. Громко поют птицы, скорее всего, козодои. Приближается женщина, в руках у нее — изображение звезды из камня. Старик в панике убегает. Очень странно. Следует присмотреться внимательней».

«21 марта, 1922 год. Очень расстроен событиями сегодняшнего дня. Надо быть более осторожным. Построил звезду и произнес, как всегда, заклинание. Немедленно прямо передо мной появился огромный Шантак. Он явно почувствовал меня и двинулся вперед. Я отчетливо услышал, как стучат его когти по стеклу. Еле успел разрушить вовремя звезду».

«7 апреля, 1922 год. Теперь я точно знаю, что они могут выйти наружу, если я не буду осторожным. Сегодня видел пейзаж Тибета и Снежного человека. Сделана еще одна попытка. Что же говорить об их Властелинах? Если слуги пытаются преодолеть время и пространство, то что говорить о Божествах? На какое-то время мне следует воздержаться от своего занятия. Мне страшно».

И Уилбер, действительно, на время отложил свое странное занятие. По крайней мере, об этом свидетельствовали его записи. Следующая запись, которая появилась почти через год, гласила:

«7 февраля, 1923 год. Нет никаких сомнений: они явно догадываются, что путь открыт. Очень рискованно смотреть. Чувствуешь себя в безопасности только тогда, когда ландшафт пуст. Но поскольку никогда не знаешь, что откроется твоим глазам, то риск очень велик. Я долго колебался, но все же решился. Построил звезду, произнес заклинание и стал ждать. Сначала видел только знакомый пейзаж юго-западной части Америке. Был вечер. Большое количество всевозможных животных — летучие мыши, бродящие по ночам кенгуровые крысы и дикие кошки. Затем из пещеры вышел Житель пустыни: грубая кожа, огромные глаза и уши; ужасное существо непропорционального телосложения, отдаленно напоминающее лицом коалу, с явными признаками истощения. Он еле передвигал ноги, но явно шел в мою сторону. Вероятно, открытая дверь делает этот мир таким же видимым для них? Когда я убедился, что он идет прямо на меня, то разрушил звезду. Все исчезло, как всегда. Но позднее я заметил, что дом полон летучих мышей! Целых двадцать семь штук! Теперь я не верю я случайное стечение обстоятельств!»

Далее в течение некоторого времени Уилбер писал совершенно о других проблемах, не упоминая о видениях или мистической «звезде», которым он ранее уделял так много внимания. Думаю, мой бедный кузен стал жертвой галлюцинаций, что и не мудрено, если учесть, с каким пристальным интересом он занимался изучением книг, стоящих на его полках в кабинете. Иначе как можно было объяснить его попытки придать реальность фантастическим «видениям», нашедшим отражение в прочитанных мной рукописях?