Воспитай себе друга - Виталий Нехаев

— Смотри, — шепнула Тамара.

И действительно, в мгновение ока один из окурков был съеден. Затем другой. Третьего съесть он не успел. Я подбежал и взял щенка на руки. Айкушка сладко облизнулся.

— Ты так и курить начнешь. А ведь детям этими делами строго-настрого заниматься запрещено, — увещевал я Айка.

Казалось, что он все понял. Но стоило мне опустить его на землю, как он вновь направился к окуркам.

Вечером я позвонил Жене и рассказал ему о случившемся. Каково же было мое удивление, когда я услышал:

— Ну и на здоровье. Пусть ест. Значит, в организме чего-то не хватает. Он же не ест бумагу?

— Нет.

— Или доски. Даже траву, вероятно, сейчас не ест.

— Нет.

— А вот увидите, повзрослеет и будет есть траву с огромным аппетитом. Но не всю, а только ту, которая ему необходима. А что касается окурков, так пройдет немного времени, и он на них и внимания обращать не будет. Поверьте мне.

Мы поверили и вскоре убедились, что Женя был прав.

ЧАСТЬ II

ОБРАЗЦОВО ВЫРАЩЕННЫЙ

АЙК ПОКАЗЫВАЕТ ХАРАКТЕР

Айку шел уже четвертый месяц. Был он крупным щенком, очень ласковым. Со всеми он любил играть, каждого норовил лизнуть, к каждому был доверчив и расположителен. Возможно, это и нехорошо: быть добрым ко всем. Но мы не хотели делать из него злую собаку. В эту пору остался я с ним один: Тамара с Сережей уехали на месяц в санаторий. Надо сказать, что это был довольно сложный месяц. Я не хотел ломать Айку режим дня и поэтому вставал в шесть часов утра, кормил, шел с ним гулять. Затем кормил еще раз, перед отъездом на работу, в свой обеденный перерыв ездил домой, кормил и гулял с Айком. Вечером полтора—два часа мы прохаживались с ним по асфальту. Эти прогулки необходимы для укрепления лап, стачивания когтей. Во всяком случае, как мне казалось, Айк не ощущал отсутствия хозяйки дома. Зато это чувствовал я.

Однажды в субботу ко мне пришли друзья. Айку их визит пришелся по душе. То один, то другой играли со щенком, и он с радостным тявканьем носился по квартире. Погрустнел он лишь тогда, когда все мы сели смотреть по телевизору футбол и на него перестали обращать внимание. Он подходил то к одному, то к другому гостю, тыкался носом, проводил лапой по ботинку, недоумевая, что же это такое произошло и почему его так все обижают своим невниманием… Потолкавшись между нашими ногами минут пять, он пошел спать.

В теплые дни Айк не хотел спать на своем мягком теплом месте. Он ложился либо на полу возле балконной двери, а в особо жаркие дни, возле входной двери в коридоре. На этот раз он спал в комнате на полу. Когда после окончания трансляции матча мы вошли в комнату, он лишь приоткрыл один глаз и даже не шевельнулся. Всем своим видом щенок показывал полное равнодушие к нашему появлению. Вероятно, этим он хотел отомстить нам за наше недавнее невнимание. Я стал прощаться с друзьями. Один из них обхватил меня за плечи и тряхнул. В следующее мгновение произошло то, чего никто не ожидал. В два прыжка Айк оказался возле нас, впился в брючину гостя и со всей силой рванул на себя. Раздался треск, и клок серой материи остался у Айка в зубах. А щенок стоял на месте и исподлобья смотрел на приятеля, явно выжидая, что же будет дальше. Я извинился перед другом, но ругать щенка не стал. Айк не понял дружеского жеста гостя, он просто спасал от того, кто поднял на меня руку. Весь оставшийся вечер мы тщательно пришивали к брюкам выдранный клок, вспоминая о подвиге доброго щенка-лизуна.

ЩЕНОК РАСТЕТ… ПО ЧАСТЯМ

Да, да, не удивляйтесь — именно по частям. Когда Айк был совсем крошкой, мы с интересом наблюдали, как он не мог рассчитать своих движений. Бежит, бежит и вдруг завалится на бок. И смотрит по сторонам испуганными глазенками: почему и как случилось, что вдруг лежит на полу. Чаще это происходило тогда, когда он играл с мячиком от настольного тенниса. Нажмет на него лапкой, а шарик отскочит в сторону, щенок не удержит равновесие и шлеп — лежит на боку. Или же подкрадется к мячу, захочет его лапкой накрыть, да промахнется. И опять на боку. Даже порой рычать начнет на шарик: «Это, мол, что еще такое, почему со мной играть не хочешь, а все норовишь сбежать?»

Когда Айк немного подрос, он перестал походить на бегемотика. Вид был настоящий, щенячий, только управлять своим телом по-прежнему не умел. Побежит за тем же шариком, поддаст его лапой, шарик за дверь, и он за ним. Смотришь, голова за дверью, а задние лапы еще в комнате. Не успел весь проскочить и лежит на боку.

Одно время был он похож на олененка. Туловище и головка сравнительно небольшие, а ножки длинные и хвостик крошечный торчит. Потом настал период, когда стали расти тельце и головка.

Все это время мы регулярно раз в неделю записывали основные данные роста. Один замер — от кончика носа до затылочного бугорка на голове. Другой — от кончика носа до разреза глаз, что ближе к носу. Третий — высота: от пола до холки. Надо сказать, что мерить рост Айк почему-то особенно избегал. Не нравилось ему стоять на месте. Он крутился, ложился на пол, переворачивался на спину. Как мы только не пробовали подманить его к косяку двери, на котором карандашом отмечали рост. Кусочком колбаски подманивали, силой подтаскивали — ничего не помогало. И вот однажды случайно в руках Тамары оказался этот беленький шарик от настольного тенниса. Очень уж щенку интересно было узнать, что она собирается с ним делать. Тамара заметила его интерес и решила использовать это для замера: подманила Айка к косяку двери и подняла шарик вверх. Как зачарованный смотрел малыш на ее руку. В это время я сделал отметку на косяке.

Еще мы регулярно делали замер пясти. Или, попросту говоря, окружности передней лапы, под пятым пальцем, что расположен сбоку на лапе. А лапы у Айка были крупные, сильные. Благодаря правильному рациону, добавлению в пищу нужных минеральных веществ, витаминов щенок избежал рахита и рос крепким. Но мы по-прежнему не замечали этого роста, потому что происходил он у нас на глазах, и для нас Айк оставался малышом. Однако меняющиеся от недели к неделе размеры говорили о другом.

Подходило время, когда мы должны были купировать ему ушки.

АЙК ПРОЩАЕТСЯ С УШКАМИ-ЛОПУШКАМИ

— Привозите к шести часам вечера, — проговорила в телефонную трубку Вера Владимировна Гоппе. — Будем купировать.

Купировать — это значит обрезать уши, делать из висящих лопушков стоячие, такие, как у взрослых доберман-пинчеров, боксеров, догов. У всех у них подрезают ушки. Вот только немецким овчаркам подрезать не нужно — уши сами встают.

Этот телефонный разговор происходил утром. После него весь день все мы ходили словно в воду опущенные. Не смотрели друг на друга. Зато Айка называли только ласковыми именами: Айкушка, Малышка, Айкушенька. Утром дали немного мяса и все. Есть ему в тот день в связи с операцией больше не полагалось.

Я купил в аптеке все, что сказала Вера Владимировна: стерильные салфетки и стерильный широкий бинт, лейкопластырь, необходимое количество ампул болеутоляющего препарата. Из старых Сережиных колготок сшил Айку специальные налапники, уложив внутрь вату. Они нужны были после операции, чтобы он не смог коготками потревожить швы на ушках. Было жалко смотреть на щенка, когда в часы кормления он не находил на месте миску. Мы отвлекали его играми, много гуляли, даже ходили в лес.

На операцию Сережа поехал с нами. Он очень жалел Айка и поэтому решил быть рядом с ним.

Щенку ввели снотворное. Сначала он не почувствовал его действия. Но потом движения его стали вялыми, неуверенными. Вскоре лапы стали разъезжаться в разные стороны, и он лег. Его перенесли на операционный стол.

Сережа никак не хотел отходить от Айка. Но Вера Владимировна объяснила, что наркоз у щенка поверхностный, и если он в момент операции увидит Сережу, который не помогает ему избежать всей этой процедуры, то щенок в дальнейшем будет плохо к нему относиться, помня, что в трудную минуту он, Сережа, не пришел ему, Айку, на помощь.

Около часа длилась операция купирования ушей. Наконец нас позвали и передали забинтованного, завернутого в привезенную простынку щенка.

— Смотрите, будьте внимательны, особенно в эту ночь. Наркоз будет еще действовать. Все мышцы щенка расслаблены. Он в полузаторможенном состоянии может соскочить со своего места и сломать лапу или сильно удариться головой. Лучше, если вы не поспите, а последите за ним.

Машина ждала нас у подъезда. Как можно аккуратнее нес я на руках малыша. Тамара и Сережа следовали за мной. Дома Тамара предложила постелить чистую пеленку на диване и поочередно дежурить ночь с Айком. Сережа заявил, что он непременно примет в этом участие. Времени было десять часов вечера. Следующий день был воскресным. Поэтому мы позволили Сереже встать на вахту первым и нести ее до 12-ти ночи. Сережу сменил я. Моя вахта была до 4-х ночи.