Марина. Стать драконом - Вероника Азара

и сразу, при первых признаках неладного, уволок племянницу подальше. Как, интересно, им удалось вообще запихнуть девчонку в их заштатную клинику? Семья Цельнор могла позволить себе всё что угодно…

Доктор ещё раз провёл платком по лбу. Что ж, его проблемы на этом закончились. Кажется, удалось угодить и тем, и другим, но стоит, пожалуй, подумать о жизни в колониях. Здесь становится всё жарче…

* * *

Выйдя из центра восстановительной медицины (как пояснил «дядя», именно так называлось лечебное заведение), Маринка испытала ещё один шок. Всюду летали непонятные аппараты. Дома, машины, всё имело странные очертания…

«Так, можно даже не сопротивляться. Психушка мне гарантирована. Я всё-таки рехнулась. Ладно, надеюсь, лечить будут, не надевая смирительную рубашку. Надо только вести себя смирно! Кстати, память-то не совсем потеряна!» — Маринка ощутила упадок сил, придётся признать поражение.

Покорно идя за названным дядей (в «дядю», не поверила, нет у неё «дядей», это точно), девушка старалась не смотреть по сторонам. Но именно это и насторожило Джулиана.

— Ты плохо себя чувствуешь?

— Нет-нет, всё в порядке. Голова от воздуха закружилась.

Получила в ответ странный взгляд, однако сделала вид, что не заметила этого. Подойдя к стоявшей перед подъездом округлой машине, уселись. Машина оторвалась от земли и стала круто подниматься в воздух. Вот этого, Маринка никак не могла оставить без реакции — её просто затопило волной паники:

— Немедленно опуститесь! Неужели нельзя ехать по земле⁈

— Можно, детка, — голос «дяди» был встревоженным, — но это намного дольше.

— Пусть дольше, я не могу лететь!

— Хорошо, дорогая, я понимаю, после такой ава…

— Джулиан, я умоляю, поговорим после. Я больше не могу, мне страшно! — в полной панике застонала девушка, крепко зажмурив глаза и вцепившись в свои колени.

Её слова произвели потрясающее действие. Джулиан не только остановил машину, едва отъехав от места стоянки, но странным жестом взмахнул над пультом управления машиной и быстро заговорил, уставившись в пространство. Настолько быстро, что Маринка почти ничего не поняла. Поняла только — они меняют маршрут, и «дядюшка» требует немедленно выслать к ним охрану, а дополнительные силы отправить для проверки старого пути следования.

Через несколько минут подлетели две машины, и, уже все вместе, тронулись в путь.

— Что случилось, Джулиан? Я не понимаю.

— Просто сиди и не волнуйся. Всё выяснишь у доктора Ларино.

Джулиан нисколько не был поражён её припадком и отнёсся к нему спокойно, даже усмехнулся.

«Как будто, так и должно быть» — мелькнуло в голове.

— Ладно, сидеть, так сидеть.

И тут Джулиан ещё раз удивил.

— Может, теперь не возражаешь, против полёта? Это много быстрее, поверь мне.

Странное дело, теперь она действительно не возражала, против того, чтобы воспользоваться воздухом. На её ошеломлённый взгляд дядя ответил мягкой успокаивающей улыбкой.

— Не волнуйся, детка. Все твои вопросы и тревоги разрешатся очень скоро…

Лаборатория оказалась вовсе не похожей на таковую, скорее на бункер, причём защищённый весьма основательно, можно пересидеть глобальную ядерную катастрофу, на это и обратила внимание спутников Маринка. Её иронию приняли спокойно, сопровождавшие даже посмеялись, а она порадовалась, вспоминает хоть что-то — вот, ядерную катастрофу вспомнила…

В кабинете, куда их с дядей проводили, уже ждал потрясающий человек. Высоченный, худой, как скелет, с длинными усами, торчавшими горизонтально. Маленькая эспаньолка только добавляла сходства.

— Вам, кто-нибудь говорил, что вы похожи на Дон Кихота? — от этого восклицания Маринка не смогла удержаться.

— Да, моя дорогая, и, причем, именно вы! Где уж вы разыскали эту книгу, не стану и гадать, вы мне секрет так и не открыли. Но она теперь, как вам известно, жемчужина моей коллекции.

— Мне не известно!

Маринка устыдилась агрессии прозвучавшей в голосе, и продолжила тоном ниже:

— Я не понимаю происходящего.

— Ну-у, — протянул доктор. — Это как раз не страшно…

В этот момент раздался сигнал, доктор нажал на кнопку, голос пошептал и смолк. Дядя смотрел на доктора, не отводя глаз.

— Да-да, как и ожидалось, засада. Не понимаю, на что они надеялись?

И тут Маринку просто взорвало изнутри.

— Всё! Хватит! Что за игры, в конце концов! Я вам что — игрушка⁈ Сколько можно… — горло перехватило, и она глупейшим образом разрыдалась.

Доктор переглянулся с Джулианом, однако успокаивать её ни тот, ни другой не торопились.

— Я хотел бы услышать, что именно вас тревожит, Мариан. Авария, в которую вы попали, мне не нравится, а её последствия не нравятся ещё больше, — доктор говорил, не обращая внимания на слёзы. — Видите ли, дорогая, последствия повреждения мозга могут оказаться самыми неприятными. При всём при том, в вашем случае, после лечения, потери памяти быть не может.

— Вы хотите сказать, я всё придумываю⁈

— К сожалению, я так не думаю. Потеря памяти при повреждениях, которые вы получили невероятное событие. Я в этом разбираюсь. В очень далекие времена лишиться памяти было возможно при лёгком сотрясении мозга, но в наши дни, — развёл руками доктор. — Поймите, Мариан, я не знаю, что с вами и хочу понять ваши собственные ощущения. Возможно, тогда мы разберёмся, не прибегая к кардинальным мерам.

— Что вы хотите знать?

— Всё! Абсолютно всё, что вы почувствовали за то короткое время, как пришли в себя. С самого начала.

— Хорошо. Прежде всего, меня удивила обстановка, потом удивил язык, на котором я говорю и думаю… — Маринка шмыгнула носом и взяла протянутую Джулианом салфетку.

— Стоп, вот здесь подробнее. Как это вас удивил язык?

— Я уверена — мой родной язык совсем другой, только я не могу вспомнить какой. Я так же уверена в двух полностью противоположных вещах — меня зовут и Мариан, и Марина. Причём оба эти имени мне ничего не говорят, кроме одного — они оба мои.

Маринка со странным мстительным удовольствием смотрела, как вытягиваются лица сидящих перед ней мужчин.

— Ещё я не поняла, почему подняла панику в той машине и почему потребовала, чтобы мы ехали по земле, хотя потом мне очень понравилось лететь. И я не знаю никого из тех, с кем сегодня встретилась, и не помню мест, где побывала. Не понятно ещё одно — я знаю о «психушке», «ядерной ктастрофе» и «дон Кихоте»… А вот объяснить, что это такое, не могу… Я вообще ничего уже не понимаю!

Чем больше она говорила, тем бледнее выглядели собеседники. Маринка начала было