Марина. Стать драконом - Вероника Азара

новую шубку, хотя на улице стояла почти африканская жара. Весна пришла ранняя и половина города уже с неделю ограничивалась лёгкими плащиками или просто пиджаками. Если так пойдёт, на майские половина народа будет иметь загар южного качества. Так нет, этой мегере подавай новые меха! На пляж, что ли, в них собралась? И где, хотелось бы знать, их драгоценный Валерий Николаевич умудряется выискивать себе таких жён? Одна другой скандальнее. А подчинённые должны страдать. Сегодня, уже проверено прошлым опытом, настроение у босса будет драконовское. В прошлый раз, после сцены, которую его благоверная закатила перед первым апреля (вот уж действительно, устроила муженьку день дурака), он выгнал с работы опоздавшую всего на десять минут Катерину. Казалось бы — с кем не случается? Но не спасло даже то, что заказчик хотел работать только с ней. Босс предпочёл расстаться с заказчиком, но настоял на своём. Что ему придёт в голову сегодня, не известно.

Подбежала к зеркалу, взглядом выхватив среди вещей, разбросанных у старинного трюмо, косметичку. Привычно провела по ресницам тушью, блеск для губ… В голове мелькнуло, большего не успевает. Отработанным жестом собрала в хвост золотистые волосы. Окинула себя взглядом, ни на чем, особо, не заостряясь — полноватая, скинуть бы кило пять, но волосы и глаза очень даже не плохи! Да и талия тонюсенькая… И вообще…

Сердце трепыхнулось в груди, когда вспомнила, вчера Сержик пригласил на свидание! Так что, она очень даже ничего, можно сказать — очень даже недурна, если такой парень обратил-таки на неё своё внимание…Таймер подал сигнал, что пора выходить… Показала своему отражению язык и помчалась на кухню.

Запихивая на ходу в рот, наскоро состряпанный, бутерброд, пулей вылетела из квартиры и бросилась по лестнице вниз. Главное успеть на автобус до метро. Если успеет — прекрасно. От метро до офиса и бегом можно, благо догадалась надеть кроссовки. На работе есть запасные туфли, остались там после новогоднего корпоратива, всё забывала забрать домой, то одно, то другое. Бог с тем, что туфли на высоченной шпильке, зато Сержу они понравились…

Серж… Тёплое чувство опять затопило сердце. Волевым усилием отогнала приятные мысли и начала соображать, какие дела в течении дня необходимо сделать. Перебирая в голове, всё ли взяла (повезло, рабочие материалы оставила в офисе, не брать же их в кино, сердце снова сладко замерло…), быстро перебирала ногами по, сточенным от времени по центру, ступеням. Да, старый фонд это прекрасно, это замечательно, но старые ступени та ещё головная боль, особенно, когда торопишься! На третьем этаже ноги вдруг потеряли опору, лестница исчезла, и тёмная пропасть поглотила её, не успевшую даже попытаться сообразить, что происходит…

* * *

Вдруг наступившая темнота постепенно наполнялась видениями. Она парила в этой темноте, не ощущая тела. Вокруг кружили знакомые образы, становясь всё бледнее, улетая от неё всё дальше… Люди что-то пытались сказать, но их речь была непонятна, говорили одновременно, кто-то плакал, кто-то смеялся… В голове начало всё кружиться… Тени прошлого, а она откуда-то точно знала, это её прошлое, окончательно растаяли, оставив внутри сосущую пустоту. Она осталась совсем одна и в душу заполз страх…

Потом пространство вокруг начали наполнять непонятные, иногда смутно знакомые, символы. Появились звуки, странные тени наполнили пространство. Опять многоголосый хор, который она сначала не понимала, потом проявились знакомые слова. Она не понимала смысла происходящего. Постепенно ее наполнял равномерный гул, заглушающий звуки, издаваемые окружившими тенями…

«Слушай меня, только меня», — сильный низкий голос в темноте испугал ещё сильнее.

Она попробовала повернуться, и тут же ощутила, тело есть, вот только тело это крепко привязано к упругой поверхности, даже поперёк лба что-то держало, не давая пошевелить головой… Плотная повязка на глазах давила, не давая увидеть и лучика света.

«Почему она дёргается?» — недовольно проговорил чей-то голос.

«Она усвоила язык и начала понимать речь. Очень быстро… Странно, я ещё не закончил…»

В руку кольнуло, сознание поплыло. Рядом ещё говорили, но она, как ни силилась, ничего не смогла понять.

Часть первая. Дела земные. Глава 1

Глаза открыла в полной темноте. Тишина стояла, аж звенело в ушах. Тело абсолютно не ощущалось.

Раздался щелчок и шорох, рядом начала медленно расти светлая щель. Тут же появились звуки. Щель становилась всё шире…

Внутри кто-то хмыкнул: «Поднимается крышка гроба».

Несмотря на представившуюся картину, стало весело. Щель раздвинулась, крышка с тихим шипением скользнула в сторону. Маринка, скосив глаза, смогла рассмотреть часть окрестностей.

Так, похоже, она находится в комнате битком набитой приборами, непосредственно в одном из них и лежит. Тихие шаги приблизились со стороны головы, кто это — не видно, необходимо повернуть голову. Однако попытку остановили в самом начале руки человека, вставшего за головой.

Он тихо заговорил. Слов Маринка не понимала, только иногда слышались отдалённо знакомые. Однако, после того, как человек немного поговорил, вдруг, как-то разом, начала его понимать. Язык превратился в непонятно родной, хотя осталось осознание факта — язык чужой… Такая двойственность оказалась непривычна, мало того — очень неприятна…

— … и я очень прошу вас полежать несколько минут спокойно. Вам пока не стоит совершать резких движений.

Голос говорившего из тех, которые Маринке нравятся — глубокий, спокойный, «мужской», как говаривала Ленка.

Тут же вздрогнула от пришедшего на ум имени. Ленка? Она не помнила никого с этим именем. Но имя засело в уме накрепко, значит, человека такого знала⁈

В комнате что-то резко запищало. Звук ввинчивался в голову, причиняя боль.

— Успокойтесь, дышите ровно… Вот так… Ровнее…

Пищание затихло.

Раздались более тяжёлые шаги, подошел кто-то ещё.

— Ну, вот и пришла в себя. Напугала ты нас, дорогая!

Над Маринкой склонился пожилой человек. Рыхловатый, тёплые добрые глаза цвета ореха, вьющиеся каштановые волосы с проседью и смешные усы. Приятный. Поверх костюма, хорошо сшитого, но чем-то непривычного, накинут обычный балахон, какие выдают посетителям в больницах.

Девушка успокоилась. Значит, она в больнице, а у головы, видимо, стоит врач. Жить стало легче.

— Мариан, посмотрите на меня, — голос врача звучал по-прежнему ровно и спокойно.

— Мариан? Я Мариан?

Маринка проговорила это неуверенно, сама поразилась интонации. Сразу вспомнила, да, она Мариан. Стоп! Она не может быть Мариан! Она твёрдо знает свое имя — Марина, а для друзей и близких — Маринка за невысокий рост. И в то же время внутри сидело убеждение, одновременно она и Мариан. Как такое может быть⁈

Маринка вырвалась из рук врача и села. Выглядела