Степной удел Мстислава - Александр Дмитриевич Майборода

– А то! Мыслить надо дальше своего носа! – сердито проговорил Мстислав. Он встал и зашагал по комнате, на ходу размышляя. – Вот поразмысли – старшие сыновья Вышеслав и Изяслав считались первыми наследниками Владимира. Но они умерли почти пятнадцать лет назад, и первым в очереди на киевский стол становился…

Первинок заметил:

– Святополк старше Ярослава.

Мстислав остановился:

– Рассуди: объявив, по настоянию дружины, Святополка своим сыном, Владимир всё же считает… тьфу – считал – его чужим. Тем не менее Святополк оставался старшим. Только Владимир даже в мыслях не допускал, что передаст Святополку великокняжеский трон. Всё изменилось с рождением у царицы Анны сыновей. Замысел Владимира, задуманный им почти два десятка лет назад, был хитер. Ведь он как рассуждал – император Василий совершенно не беспокоился о наследнике; он даже не удосужился выдать замуж дочерей своего брата Константина. Пока он был занят войнами, они состарились и вышли из детородного возраста. Между тем Василию шел седьмой десяток лет. Он часто болел. По всем приметам жить ему оставалось недолго. Это радовало Владимира. В Киеве подрастали Борис и Глеб, которые, как сыновья греческой царевны, ввиду отсутствия других наследников единственные имели право на византийский трон.

Первинок заметил:

– Разумеется, что византийские аристократы не обрадовались бы перспективе иметь императором русского.

– Какие еще аристократы?! – усмехнулся Тихон. – Сплошь армяне да мошенники с улицы. Их царицей была кабацкая проститутка.

Первинок покачал головой:

– Император Василий – потомок древней македонской династии.

– А для этих заносчивых аристократов у Владимира имелся сильный аргумент – русское войско, которое уже не раз брало Константинополь и благодаря которому Византия побеждала своих многочисленных врагов, – презрительно проговорил Тихон.

– Не важно, что замышлял отец – с его смертью и его замыслы стали пылью, – проговорил Мстислав и подошел к окну.

Из окна был виден двор. Дворники уже закончили уборку и посыпали его желтым, словно золото, песком.

Мстислав несколько минут смотрел в окно, затем задумчиво заговорил:

– Борис и Глеб – близнецы. Но как только они подросли, Владимир выделил Бориса. Наверно, Борис казался ему более смелым, решительным и хватким. Чтобы избежать соперничества братьев, Владимир отправил Глеба княжить в Муром. Бориса же не только приблизил, но и стал приучать под него свою дружину. Он хотел его сделать великим князем в обход установленного обычая. Владимир знал, что другие его сыновья недовольны этим. Особенно Ярослав. Ярослав ненавидел обоих братьев. Но Владимир всегда считал, что так как миром правит сила, – а сила была на его стороне, – то Ярославу придется смириться с его решениями.

– Мы это всё уже знаем, – сказал Тихон. – Но всё же – какое отношение это имеет к нам?

Мстислав бросил на него быстрый взгляд и слегка усмехнулся:

– Тихон, ты мог бы быть и посообразительнее…

Первинок покачал головой:

– Теперь начнется рубка. Ярослав и раньше ненавидел Святополка.

Тихон тихо кашлянул в кулак и задал прямой вопрос:

– Князь, так ты собираешься вмешаться в войну за наследство?

Первинок тихо напомнил:

– Князь, а ты ведь одного возраста с Ярославом…

– Я на полгода младше его, – сказал Мстислав.

– Это не имеет значения, – сказал Первинок. – Порядок престолонаследия уже нарушен. И не ты виноват в этом.

Мстислав подошел к столу. Плеснул из кувшина в кружку кваса. Отпил пару глотков. Затем сел.

Поигрывая кружкой, проговорил:

– Потому мне и нужен совет, как мне поступать дальше. Что отвечать послу Святополка?

– Ты когда принимаешь посла? – задал вопрос Тихон.

– После завтрака.

– Значит, надо будет собрать дружину – пусть послушают посла и скажут свое мнение, – сказал Тихон.

Первинок кивнул головой:

– Сразу ответа не давай. Дружине надо будет подумать.

– Собирайте дружину! – сказал Мстислав.

Первинок тихо кашлянул:

– Князь, и надо позвать и княгиню Аделину.

– Она совершенно отошла от государственных дел, – с легким недоумением проговорил Мстислав.

– Она очень умная женщина, – сказал Первинок.

Мстислав согласился:

– Вот что-что, а ума матушке не занимать! Ну что же – и ее позовем.

Глава 5

Большую комнату гридницкой занимал длинный стол.

Стол накрывался три раза в день. На стол выставлялось много мяса – мясо придает воинам энергию и смелость. Также обязательно – щи, каши, различные пироги. На ужин выставлялись вино и пиво.

Вино и пиво были дороги, но князь был щедр.

На ужин в гридницкую Мстислав приходил не всегда – занят был делами. Но на завтрак обязательно приходил. С боярами.

Среди бояр был и бывший воевода Звенко Сфенг. Сфенг сильно постарел. Мстислав перестал ему давать какие-либо поручения, но от княжеского двора не отдалял – Сфенг был хорошим советчиком. Под его рукой оставались дружинники Звенко, старшим из которых был Братша.

Остался в Тмутаракани и Власий. Он окончательно обосновался в дружине Мстислава.

Во время завтрака обсуждались текущие дела. Звучали шутки, смех. Любой дружинник мог обратиться к князю и с личной просьбой.

Но в этот раз Мстислав был задумчив и молчалив. Было заметно, что его мысли заняты чем-то очень важным. Никто не осмелился отрывать его от размышлений, поэтому завтрак шел необыкновенно тихо.

В завершение завтрака Мстислав напомнил Тихону, чтобы он собрал всех бояр на прием посла от Святополка, и приказал Первинку:

– А ты, друг Первинок, пошли со мной.

– Хорошо, – сказал Первинок и заторопился за Мстиславом.

Мстислав направился в сад, где и надеялся застать мать.

Там он ее и застал.

Аделина, с накинутым на плечи темно-синим платком,