Степной удел Мстислава - Александр Дмитриевич Майборода

как можно скорее. Но Мстислав не зря отложил встречу с послом.

Хотя и разделяли Тмутаракань и Киев немало верст, хотя и шли известия неделями, однако Мстислав хорошо знал о происходящем в Киеве.

Ему было уже известно главное – Владимир умер.

Последствия этого несложно было предугадать – начиналась кровавая игра.

Святополк – как старший – имел право на киевское наследство отца. Но было одно но, которое ставило это его право под сомнение: Святополк не был родным сыном Владимиру…

Зато родным был Ярослав, княживший в Новгороде.

Новгородцы – народ непростой. Князей своих они держат в черном теле. Князья отвечали тем же. Поэтому в Новгороде тлел вечный конфликт.

Не миновала сия чаша и Ярослава.

Новгородцы сами попросили Ярослава в князья. Наверно, они надеялись, что смогут управлять юным князем.

Но плохо они знали характер княжича. Он был самолюбив, хитер и жесток. Поэтому вполне закономерными стали его попытки подмять под себя новгородцев.

Впрочем, и другие князья были не смирнее.

А вольнолюбивый дух новгородцев не терпел притеснения. Они хорошо помнили, кто сажал князей на киевский престол.

И дело не в любви новгородцев к своим князьям – не было больше врагов, чем князь и горожане. Не раз доходило до такого жесткого противостояния, что Ярославу приходилось спасаться от гнева новгородцев бегством.

И дело не в ревности новгородцев к Киеву – городу, ставшему столицей благодаря Новгороду.

Всё просто: князья помнят, что киевляне народ ненадежный – кто больше им платит, того они и хвалят. Потому и вынуждены князья править Киевом с оглядкой на Новгород. Новгородцы знают это и получают свою выгоду – и торговые привилегии, и путь к грекам под охраной.

Недавняя ссора Ярослава с отцом была следствием этих странных взаимоотношений: самостоятельно править Новгородом Ярослав мог, только имея поддержку от отца, что между тем еще больше усиливало его зависимость от Киева.

Но при этом Владимир предоставил сыновьям полную самостоятельность и не вмешивался в их распри с местным народом.

Таким образом, князьям проще было обратиться за помощью к соседям. В свою очередь и те обращались за помощью к русским князьям.

Дружба подкреплялась родственными связями, но самым надежным скрепом всё же было золото и серебро.

Ярослав был дальновиден, он знал, что война за наследство неизбежна и в этой войне победит тот, у кого окажется больше золота и серебра.

Именно поэтому, зная о скорой смерти отца, Ярослав отказался платить Владимиру традиционную дань.

Мстислав не сомневался, что новгородцы предпримут все усилия, чтобы свергнуть чужого Святополка и посадить своего Ярослава на стол в Киеве.

Святополк мог выстоять в этой междоусобице, только если остальные братья окажут ему помощь. Поэтому несложно было догадаться, зачем Святополк прислал гонца.

Как человек, Святополк нравился Мстиславу, но в таких делах личные симпатии не имели никакого значения. Поэтому ответ Святополку надо было тщательно обдумать.

От мыслей оторвали Тихон и Первинок.

Оба зрелые мужи – высокие, крепкие. Белоголовый прежде Первинок потемнел. А в черных волосах Тихона появились серебряные прожилки.

И положение их изменилось. Тихон был воеводой уже лет десять. Рассудительный и хитроватый Первинок пошел по административной части и заведовал посадниками в городках.

Оба были первыми советниками Мстислава. Каждое утро они приходили с докладом к князю.

Войдя в комнату и увидев, что Мстислав еще не одет, они остановились около двери.

– Доброе утро, князь! – поклонились оба.

Мстислав кивнул головой в сторону:

– Садитесь. Я сейчас.

Тихон и Первинок присели на лавку у стены. Они были удивлены тем, что Мстислав вызвал их к себе раньше времени. Теперь ожидали объяснения этому.

Через минуту Мстислав был готов.

Он присел к столу, окинул внимательным взглядом друзей, и по губам пробежала усмешка:

– Однако, братцы, вы зажирели!

Тихон, склонный к полноте, покраснел лицом.

– И ничего мы не зажирели! – запротестовал худощавый Первинок.

– Зажирели-зажирели! – сказал Мстислав. – Живем тихо-мирно – ни с кем не воюем.

– Как не воюем? – возразил Тихон.

Первинок рассудительно заметил:

– Потому мы и не воюем, что соседи чувствуют за нами силу. Они не ходят на нас. А нам чужие земли не нужны.

Тихон привстал:

– Князь, да что же такое случилось-то? Будь добр – объясни…

– К нам приехал посол из Киева.

– И что? – спросил Первинок. – К нам послы часто приезжают…

– Владимир внезапно умер, – сказал Мстислав.

– Кто занял киевский престол? – быстро спросил Первинок, почуявший интригу.

– Гонец от Святополка… – многозначительно промолвил Мстислав.

– Значит, всё же – Святополк… – задумчиво проговорил Первинок. – А как же Борис? Владимир готовил на свое место Бориса. Как говорят, он отдал ему под руку свою дружину.

– Пока не знаю, – проговорил Мстислав.

– Так что – Святополк захватил стол в Киеве и начал войну с Борисом? – спросил Тихон.

– Да не будет там никакой войны Святополка с Борисом, – уверенно проговорил Первинок. – У Бориса дух слабоват. Владимир слишком избаловал его и не научил его жить самостоятельно. А вот Ярослав – тот в Новгороде, что обложенный волк. Ярослав зубаст и зол. Он обязательно ввяжется в борьбу за наследство.

Мстислав кивнул головой:

– Я уже думал об этом. Даже если Ярослав сам не захочет воевать за киевский стол, то его заставят новгородцы.

Тихон с недоумением поинтересовался:

– И что? Это нам принесет какие-то заботы? Мы ведь далеко. Владимир отдал тебе Тмутаракань. И Святополк вряд захочет отобрать у тебя Тмутаракань. Да и Ярославу она не нужна. Им сейчас будет не до этого.