Вкус искушения - Лори Коупленд

Когда мисе Ле Бо повернулась, чтобы уйти, Анни вынула руки из раковины, где мыла посуду, и пошла за ней. Когда они зашли за следующее рабочее место, Анни быстро отозвала преподавательницу в сторону.

— Мисс Ле Бо, я думаю, что мистер Мак Куэйд и я не подходим друг другу.

— Да? — мисс Ле Бо посмотрела на нее с недоумением. — А что именно вы хотите этим сказать?

Анни смутилась.

— Я его не хочу критиковать, — поспешно продолжала она, — но мы совершенно разные люди. Он любитель больших скоростей, а я — художник.

— Вот как? Это очень интересно. — Мисс Ле Бо ласково улыбнулась. — Вы рисуете?

— Я занимаюсь резьбой по дереву.

— Неужели? И где я смогу посмотреть ваши работы, дорогая?

Анни понимала, что ее уводят в сторону от темы. Умышленно или нет — в этом она не была совсем уверена.

— У нас с партнером маленькая галерея «Художественная резьба по дереву».

— А где это, дорогая?

— Пиквик Плаза. Это там, где антикварные магазинчики и часы на…

— О, мне очень нравится это место. Я постараюсь зайти туда на этой неделе. Как чудесно, что среди нас есть художник.

Анни поняла, что она ничего не достигла.

— Извините меня, я не хочу поднимать шум. Но если бы вы могли изменить, с кем работать мистеру Мак Куэйду и мне на следующих занятиях, я бы…

— Видите ли, дорогая, я не могу уже менять партнеров, — прервала ее мисс Ле Бо. — Другие уже начали работать над своими блюдами. Я уверена, мистер Мак Куэйд не хотел сжечь цыпленка. — Она похлопала Анни по руке. — Я уверена, что если вы дадите ему еще одну возможность…

Анни тяжело вздохнула. Выхода у нее не было. Коротко кивнув головой, она смирилась со своей долей и пошла обратно к своему столу. Тейлор уже ополаскивал последнюю кастрюлю, собираясь поставить ее на сушильную полку, когда она подошла к нему.

Взглянув на ее лицо, он сразу понял, о чем она говорила с мисс Ле Бо. Вокруг них другие учащиеся вынимали свои кастрюли из духовок и восхищались результатами. Ополоснув последнюю сковородку, Тейлор положил ее на решетку, чтобы дать стечь воде. Он никому не собирался навязываться.

Вытирая руки, он посмотрел Анни прямо в глаза.

— Я вам не очень нравлюсь, не так ли?

Его прямота смутила ее.

— Но… я вас совсем не знаю.

Он поднял свои темные брови, ожидая продолжения. Под его взглядом она почувствовала, как в горле у нее пересохло, а сердце учащенно забилось. Она взяла чистое кухонное полотенце и стала вытирать посуду, чтобы отвлечься и не смотреть на него. Когда молчание стало ей уже невыносимо, она добавила:

— Я, по сути дела, и о вас почти ничего не знаю.

— Ну, мне приятно, что мы вас не обманули, продав вам не то, что вы хотели. Это иногда случается, даже в моем агентстве.

— Не беспокойтесь, — сухо сказала Анни. — Я не принадлежу к числу владельцев шикарных спортивных автомобилей.

Он смотрел на нее, стараясь понять ее настроение, прислушиваясь к тому, что она не сказала.

— Ясно, — сказал он спокойно, как будто и впрямь прекрасно понимал ее.

Что-то в том, как он это сказал, было ей неприятно, а, может быть, она почувствовала вину за то, что так осуждающе говорит с ним.

— Видите ли, я вовсе не закоренелый сноб, который ищет недостатки у людей только потому, что у них дорогие автомобили.

Он пожал плечами.

— Тогда, я полагаю, что во мне есть нечто, что вызывает у вас неприязнь.

Если бы! Ее потрясло, когда она вдруг осознала, что он нравится ей больше, чем кто-либо из тех мужчин, кого она встречала за долгое время. И чем больше она с ним говорила, тем слабее было ее сопротивление ему. Анни взглянула на другой конец комнаты, туда, где стояли его друзья, а потом опять перевела взгляд на него.

— Скажем, у меня мало общего с легкомысленными повесами.

— С легкомысленными повесами, — повторил он спокойно, повернув голову, чтобы взглянуть ей в глаза. — Дайте я угадаю: вы научены горьким опытом, да? Какой-нибудь ваш приятель, богатый, возможно, избалованный, разбил ваше сердце.

Она покачала головой, с трудом сдерживая смех.

— Вы ошибаетесь.

Она выглядела искренней, и он ей поверил. Но у них обоих осталось ощущение, что его предположение имело под собой определенные основания.

— Итак, вы не вздыхаете по утраченной любви?

— Я не играю с огнем, мистер Мак Куэйд.

Он посмотрел на обгоревшее полотенце, лежащее на столе рядом с ней, и ее глаза невольно последовали за его взглядом. На этот раз она не могла не рассмеяться.

— Вернее, я не делала этого, до встречи с вами.

Глава 2

Как Анни и опасалась, машина остановилась на дорожке у дома ровно в половине седьмого вечером во вторник. Глядя сквозь короткие занавески, она увидела Тейлора Мак Куэйда, вылезающего из своего черного «порше». Она окинула взглядом комнату, чтобы убедиться, не оставила ли она свои туфли на полу в гостиной, а затем посмотрела на себя в зеркало, прислушиваясь к его шагам на деревянной лестнице, ведущей к ее квартире на втором этаже. Она чуть растрепала волосы, отбрасывая их назад со лба, не желая, чтобы он подумал, что она очень готовилась к этому вечеру. В конце концов, они встречались только для того, чтобы поработать над домашним заданием по кулинарии, и ничего больше.

Анни открыла дверь, только когда он постучал в третий раз.

— А, привет. Проходите.

Он оценивающе рассматривал ее зеленый хлопчатобумажный свитер и старенькие, но аккуратные джинсы. Казалось, однако, что его интересовала вовсе не ее одежда. Под его взглядом она почувствовала себя беззащитной, точно раздетой.

— Можно оставить машину на дорожке?

Она заставила себя ответить небрежно.

— Конечно. Посетители галереи ставят машины перед ней, а гости — за домом.

Он оглядел комнату, входя в дверь и неся в руках две коричневые сумки.

— У вас очень уютно.

— Спасибо. Жить в том же доме, где работаешь, дает ряд преимуществ. Иногда вечерами я спускаюсь вниз, чтобы поработать. А иногда очень трудно вообще оставить работу.

— Мне ли этого не знать. — Он протянул ей сумку, в которой была бутылка вина. — Я бы с удовольствием побывал как-нибудь в вашей галерее.

Она подумала, не напрашивается ли он на приглашение.

— Мы всегда рады посетителям, — уклончиво ответила она, вынимая бутылку из сумки. — Если позволите, я поставлю вино охлаждаться.

Он пошел за ней на кухню и положил на стол вторую, большую сумку.

— Что это готовится? Пахнет чудесно. — Он потянулся к ручке духовки. — Можно?

Она утвердительно кивнула головой. Он открыл дверцу и осторожно приподнял крышку с кастрюли.

— Неужели это то, что я думаю? — Он заглянул внутрь, и его лицо расплылось в улыбке. — Макароны Альфредо!