Сумма теологии. Том V - Фома Аквинский

Этому противоречит сказанное Философом в его книге «Категории» о том, что телесные болезнь и здоровье являются навыками[28].

Отвечаю: как было показано выше (49, 2), навык – это расположение субъекта, который находится в состоянии возможности в отношении формы или деятельности. Так вот, те навыки, которые указывают на расположение к деятельности, никак не могут находиться в теле как в своем субъекте. В самом деле, любая телесная деятельность является следствием или естественного качества тела, или движущей тело души. Таким образом, в том, что касается деятельности, которая осуществляется согласно природе, тело не располагается посредством навыка, поскольку естественные силы определены к единственному модусу деятельности, а, как уже было сказано (49, 4), расположение по навыку необходимо тогда, когда субъект находится в состоянии возможности в отношении множества вещей. Что же касается тех деятельностей, которые происходят в теле вследствие деятельности души, то они в первую очередь принадлежат душе и уже только во вторую – телу. Но навыки соответствуют своим деятельностям, поскольку «навыки создаются подобными им действиями»[29], и потому расположенности к таким деятельностям первичным образом находятся в душе. Впрочем, вторичным образом они могут находиться и в теле, а именно в той мере, в какой тело расположено и может своевременно поспособствовать деятельности души.

А вот если речь идет о расположении субъекта к форме, то в этом случае расположение по навыку может находиться в теле, которое связано с душой как субъект с формой. И в этом смысле здоровье, красота и тому подобные вещи называются расположениями по навыку. Тем не менее, они не обладают совершенной природой навыка, поскольку их причины по своей природе легко поддаются изменениям.

Впрочем, как сообщает Симплиций в своих «Комментариях к «Категориям"", Александр[30] категорически отрицал возможность того, что навыки или расположения первого вида могут находиться в теле, и утверждал, что первый вид качества может находиться только в душе. Так, он говорил, что Аристотель в книге «Категории» упоминает о здоровье и болезни не потому, что они якобы принадлежат к первому виду качества, но [исключительно] ради примера, как если бы он хотел сказать, что здоровье и болезнь могут так же легко или нелегко поддаваться изменениям, как и все качества первого вида, которые называются навыками и расположениями. Однако это явно не соответствует тому, что имел в виду Аристотель – как потому, что он в качестве примера приводит не только здоровье и болезнь, но также и добродетель и науку, так и потому, что в седьмой [книге] «Физики» он прямо называет красоту и здоровье навыками[31].

Ответ на возражение 1. Это возражение справедливо тогда, когда навык понимается как расположение в отношении деятельности, и в случае тех телесных действий, которые происходят по природе, а не тех, которые проистекают из души и началом которых является воля.

Ответ на возражение 2. Телесные расположения являются относительно с трудом меняющимися вследствие изменчивости их телесных причин. В самом деле, их можно полагать с трудом меняющимися, если сравнивать их с их субъектом, поскольку, так сказать, пока такой субъект претерпевает, их невозможно устранить, или если сравнивать их с другими расположениями. А вот душевные качества являются безотносительно с трудом меняющимися вследствие неизменности их субъекта. И поэтому он [(т.е. Аристотель)] не называет здоровье, которое с трудом поддается изменениям, просто навыком, но, используя греческий оборот речи, «подобным навыку»[32]. С другой стороны, душевные качества называются просто навыками.

Ответ на возражение 3. Некоторые придерживаются мнения, что телесные расположения, которые относятся к первому виду качества, отличаются от качеств третьего вида тем, что качества третьего вида связаны с некоторым «становлением» и движением, по каковой причине их еще называют претерпеваниями или впечатляемыми качествами. Но когда они достигают совершенства (так сказать, видового совершенства), они переходят в первый вид качества. Но Симплиций в своих комментариях осуждает подобные воззрения, поскольку в таком случае нагревание относилось бы к третьему виду качества, а тепло – к первому, в то время как Аристотель относит тепло к третьему виду[33].

Поэтому, по словам Симплиция, Порфирий говорит, что претерпевание, подобное претерпеванию качество, расположение и навык различаются в телах по степени своей интенсивности. Так, если вещь получает тепло только тогда, когда нагревается, и сама при этом не обретает способности нагревать, то мы имеем дело с претерпеванием, если оно мимолетно, или с подобным претерпеванию качеством, если оно длительно. А если оно достигает такой интенсивности, что вещь обретает способность нагревать что-то еще, то тогда оно – расположение, а если к тому же оно закрепляется и становится таким, что с трудом поддается изменениям, то тогда оно – навык. Таким образом, расположение более интенсивно, чем претерпевание или подобное претерпеванию качество, а навык более интенсивен, чем расположение.

Впрочем, сам Симплиций не разделяет подобное мнение, поскольку степени интенсивности предполагают разнообразие не со стороны самой формы, а со стороны различной причастности к ней субъекта, что не привносит никакого разнообразия в виды качества. Поэтому нам надлежит говорить иначе, а именно, что понятие расположения, как было разъяснено выше (49, 2), подразумевает соотнесенность подобных претерпеванию качеств с тем, насколько они соответствуют природе; таким образом, когда имеет место изменение подобных претерпеванию качеств, каковыми являются тепло и холод, влажность и сухость, результатом этого является изменение болезни и здоровья. Следовательно, по преимуществу и как таковое изменение происходит не в самих такого рода расположениях и навыках.

Раздел 2. ЯВЛЯЕТСЯ ЛИ ДУША СУБЪЕКТОМ НАВЫКА СО СТОРОНЫ СУЩНОСТИ ИЛИ СО СТОРОНЫ СПОСОБНОСТИ?

Со вторым [положением дело] обстоит следующим образом.

Возражение 1. Кажется, что навык, пожалуй, находится в душе со стороны сущности, а не со стороны способностей. В самом деле, как уже было сказано (49, 2), мы говорим о расположениях и навыках с точки зрения их отношения к природе. Но природа в первую очередь относится к сущности, а не к способностям души, поскольку именно в силу своей сущности душа является природой такого вот тела и оформляет его. Следовательно, навык находится в душе со стороны сущности, а не со стороны способностей.

Возражение 2. Далее, акциденция не является субъектом акциденции. Затем, навык – это акциденция. Но способности души, как было показано в первой части (77, 1), принадлежат к роду акциденций. Следовательно, навык не находится в душе со стороны способностей.

Возражение 3. Далее, субъект предшествует тому, что [находится] в [нем как в своем] субъекте. Но коль скоро навык принадлежит к первому виду качества, то он предшествует принадлежащей ко второму виду способности. Следовательно, навык не находится в способности души как в своем субъекте.

Этому противоречит то обстоятельство, что Философ приписывает различные навыки различным способностям души[34].

Отвечаю: как было показано выше (49, 2, 3), навык подразумевает некоторое расположение относительно природы или деятельности. Поэтому если мы говорим о навыке как о расположении в отношении природы, а точнее – человеческой природы, то он не может находиться в душе, поскольку сама по себе душа – это форма, завершающая человеческую природу, и потому рассматриваемый таким образом навык или расположение скорее должен находиться в теле в связи с его отношением к душе, чем в душе в связи с ее отношением к телу. Но если мы говорим о более возвышенной природе, благодаря которой человек может стать причастником, согласно сказанному [в Писании]: «Дабы вы чрез них соделались причастниками Божественного Естества» (2 Петр. 1:4), то в этом случае ничто не препятствует тому, чтобы некоторый навык, а именно любовь к Богу, находился в душе со стороны сущности, о чем речь у нас впереди (110, 4).

С другой стороны, если мы говорим о навыке как о расположении в отношении деятельности, то навыки преимущественно находятся в душе, поскольку душа не определена к какой-то одной [установленной] деятельности, но – сразу ко многим, что, как уже было сказано (49, 4), обусловливает существование навыка. И коль скоро душа является началом деятельности через посредство своих способностей, то понимаемые в указанном смысле навыки находятся в душе со стороны способностей.