Сумма теологии. Том V - Фома Аквинский

Возражение 3. Далее, «навык – это расположение». Но расположение, как сказано в той же книге, это «порядок в том, что имеет части»[54]. Но коль скоро ангелы являются простыми сущностями, то похоже на то, что у них нет никаких расположений и навыков.

Этому противоречит сказанное Дионисием о том, что ангелы первой иерархии называются «"пламенеющими», престолами и «излиянием премудрости» – именем, раскрывающим богоподобность их навыков»[55].

Отвечаю: иные полагали, что у ангелов нет никаких навыков, и что все, что сказывается об ангелах, сказывается сущностно. Поэтому Максим после вышеприведенных слов прибавляет: «Указанные расположения и свойства в них являются сущностными вследствие отсутствия материи». Ему вторит Симплиций в своих «Комментариях к «Категориям"", говоря, что «та мудрость, которая находится в душе, является навыком, а та, что в уме, – сущностью. Ведь все божественное самодостаточно и обладает самобытием».

Приведенное мнение отчасти истинно, а отчасти – нет. Это станет очевидным, если вспомнить, что было доказано выше (49, 4). Итак, субъектом навыка может быть только то, что [некоторым образом] находится в возможности. Поэтому вышеназванные комментаторы полагали, что коль скоро ангелы являются бестелесными сущностями и в них нет никакой материальной потенциальности, то это исключает наличие в них навыка и какой бы то ни было акциденции. Однако, хотя в ангелах и нет никакой материальной потенциальности, тем не менее, некоторая потенция в них все же есть (ведь чистым актом может быть один только Бог), и коль скоро некоторая потенция в них есть, то у них могут быть обнаружены и [некоторые] навыки. Но так как потенциальность материи и потенциальность умной субстанции суть не одно и то же, то Симплиций в своих «Комментариях к «Категориям"" говорит, что «навыки умной субстанции не подобны здешним навыкам, но, скорее, они подобны содержащимся в них простым и имматериальным образам».

Вообще, ангельский и человеческий умы относятся к указанному навыку по-разному. Так, являющийся нижайшим в умственном порядке человеческий ум находится в состоянии возможности по отношению ко всему интеллигибельному подобно тому, как первичная материя – ко всем чувственным формам, и потому для мышления ему необходим некоторый навык. А вот ангельский ум является не чистой потенцией в порядке интеллигибельных вещей, но актом, хотя и не чистым актом (ибо таковым может быть один только Бог), а с примесью некоторой потенциальности, и чем возвышеннее такой ум, тем менее он потенциален. И потому, как уже было сказано в первой части (55, 1), в той мере, в какой он находится в состоянии возможности, ему необходимо совершенствоваться в отношении присущей ему деятельности с помощью интеллигибельных видов, а в той мере, в какой он актуален, он может мыслить некоторые вещи, в том числе и самого себя, через посредство собственной сущности, а другие вещи, как сказано в книге «О причинах», согласно модусу своей субстанции, и чем более он совершенен, тем совершенней и его мышление.

Но так как ни один ангел не может обрести совершенства Бога, поскольку все ангелы бесконечно от этого далеки, то по этой причине для того, чтобы стать причастными Самому Богу через посредство ума и воли, ангелам, находящимся по отношению к этому Чистому Акту в состоянии возможности, необходимы некоторые навыки. Поэтому Дионисий и говорит, что их навыки «богоподобны», имея в виду, что с их помощью они уподобляются Богу.

А что касается тех навыков, которые являются расположениями к природному бытию, то их у лишенных материи ангелов нет

Ответ на возражение 1. Это высказывание Максима должно понимать как относящееся к материальным навыкам и акциденциям.

Ответ на возражение 2. Относительно того, что принадлежит ангелам согласно их сущности, они не нуждаются в навыке. Но поскольку они не являются самодостаточными настолько, чтобы не нуждаться в причастности божественной мудрости и совершенству, то в той мере, в какой им необходимо быть причастными чему-то извне, им необходимы и навыки.

Ответ на возражение 3. В ангелах нет никаких сущностных частей, но есть потенциальные части, что обусловлено тем, что их ум совершенствуется несколькими видами, а еще тем, что их воля имеет отношение к нескольким вещам.

Вопрос 51. О ПРИЧИНЕ НАВЫКОВ СО СТОРОНЫ ИХ ОБРАЗОВАНИЯ

Теперь нам надлежит исследовать причину навыков: во-первых, со стороны их образования; во-вторых, со стороны их возрастания; в-третьих, со стороны их умаления и разрушения.

Под первым заглавием наличествует четыре пункта: 1) существуют ли естественные навыки; 2) обусловливается ли какой-либо навык действиями; 3) может ли какой-либо навык быть обусловлен одним действием; 4) всеян ли какой-либо человеческий навык Богом.

Раздел 1. СУЩЕСТВУЮТ ЛИ ЕСТЕСТВЕННЫЕ НАВЫКИ?

С первым [положением дело] обстоит следующим образом.

Возражение 1. Кажется, что естественных навыков не существует. В самом деле, пользование тем, что дано от природы, не зависит от воли. Но навык, как говорит Комментатор [в своих комментариях к трактату] «О душе», «является тем, посредством чего мы действуем, когда желаем»[56]. Следовательно, естественных навыков не существует.

Возражение 2. Далее, природа не использует двух там, где достаточно и одного. Но душевные способности даны от природы. Поэтому если навыки способностей естественны, то навык и способность суть одно.

Возражение 3. Далее, в том, что касается установленного, природа всегда достаточна. Но навыки, как уже было сказано (49, 4), необходимы для осуществления правильных действий. Поэтому если бы какие-либо навыки были естественными, то, похоже, природа во всех случаях устанавливала бы все необходимые навыки, что явно не так. Следовательно, естественных навыков не существует.

Этому противоречит следующее: в шестой [книге] «Этики»[57] среди прочих навыков упоминается и [навык] мышления первых начал, каковой навык является естественным, поскольку познание первых началах полагают естественным.

Отвечаю: одно может быть естественным для другого двояко. Во-первых, со стороны видовой природы, как [например] для человека естественно обладать способностью смеяться, а для огня – двигаться вверх. Во-вторых, со стороны индивидуальной природы, как [например] Сократ или Платон может быть по природе склонным к болезни или к здоровью. Кроме того, и со стороны обеих природ нечто может быть названо естественным двояко: во-первых, постольку, поскольку оно целиком естественно; во-вторых, постольку, поскольку оно отчасти естественно, а отчасти происходит от внешнего начала. Например, когда человек излечивается сам, его здоровье целиком естественно, а когда человек излечен с помощью лекарства, его здоровье отчасти естественно, а отчасти происходит от внешнего начала.

Таким образом, когда мы говорим о навыке как о расположении субъекта в отношении формы или природы, то он может являться естественным любым из вышеперечисленных способов. Так, существует некоторое установленное естественное расположение человеческого вида, без которого ни один человек не мог бы быть [человеком]. И такое расположение является естественным со стороны видовой природы. Но поскольку это расположение связано с некоторой величиной, то получается так, различным людям со стороны их индивидуальной природы соответствуют различные степени этого расположения. И притом это расположение может быть как целиком естественным, так и отчасти естественным, а отчасти происходящим от внешнего начала, как мы показали на примере тех, кто бывает излечен посредством [врачебного] искусства.

А тот навык, который является расположением к деятельности и субъектом которого, как уже было сказано (50, 2), является душевная способность, может являться естественным либо со стороны видовой природы, либо со стороны индивидуальной природы: со стороны видовой природы он связан с душою, которая, будучи формой тела, является видовым началом, а со стороны индивидуальной природы он связан с телом, которое является материальным началом. Однако что касается человека, то у него ни при каких обстоятельствах не образуется навык, который был бы целиком естественным [навыком]. А вот что касается ангелов, то, напротив, с ними такое бывает, поскольку они обладают интеллигибельными видами, которые впечатлены в них естественным образом, чего, как было показано в первой части (55, 2; 84, 3), нельзя сказать о человеческой душе.

Следовательно, те естественные навыки, которые обнаруживаются у человека, своим образованием обязаны отчасти природе, а отчасти некоторому внешнему началу, притом в схватывающих способностях они образуются одним способом, а в желающих – другим. Так, в схватывающих способностях может присутствовать естественный, с точки зрения своего начала, навык как со стороны видовой природы, так и со стороны индивидуальной природы. Со стороны видовой природы подобное происходит в связи с душой; так, [например] мышление первых начал является естественным навыком. В самом деле, благодаря самой природе умственной души человек, единожды схватив, что есть целое и что – часть, сразу же понимает, что любое целое больше [своей] части, и то же самое можно сказать относительно других подобных начал. И, тем не менее, он не может познать, что есть целое и что есть часть, через посредство полученного им благодаря воображению интеллигибельного вида, о чем сообщает нам Философ в конце «Второй аналитики», доказывая, что познание начал имеет своим истоком чувственное восприятие[58].