Невинная ложь - Джейн Энн Кренц

— Мистер Солтер, вы друг семьи? — спросила она.

— Зовите меня Джейк. Я консультант по бизнесу. Арчер нанял меня помочь ему в разработке нового пенсионного и бонусного плана для «Глейзбрук».

Еще одна ложь, обернутая в правду. Ну-ну. Этот человек — настоящий спец. Причем очень интересный.

Джейк вышел на свет, и Клэр наконец-то смогла его разглядеть. Он хотел, чтобы она его увидела. И она поняла почему. Даже его одежда была подобрана так, чтобы вводить в заблуждение.

Неужели он действительно верит, что очки в черной оправе, сшитая на заказ и застегнутая на все пуговицы рубашка и повседневно-деловые брюки — это эффективная маскировка? Тут даже консервативная стрижка не поможет.

Ничто не может скрыть незаурядный ум, отражающийся в темных глазах, или спрятать едва различимую ауру управляемой силы, исходящую от него. Он весь состоит из острых граней и таинственных теней. Клэр была готова спорить на ту крохотную сумму, что лежала на ее банковском счету, что Джейк Солтер — это айсберг и самая опасная его часть скрыта под поверхностью.

Не надо обладать паранормальными способностями, размышляла она, чтобы понять, насколько опасна встреча с этим человеком в темном переулке. Кроме тех случаев, когда встреча обещает фантастический секс.

От последней мысли у Клэр захватило дух. Откуда вдруг такая реакция? У нее точно нет склонности к фантастическому сексу с ним. У нее вообще нет склонности к сексу. Секс подразумевает высвобождение, и тогда человек неизбежно становится уязвимым и очень рискует разочароваться в тех, кому доверяет. Когда ты ходячий детектор лжи, у тебя возникает масса проблем с доверием. Прежде чем лечь в постель с мужчиной, Клэр всегда предварительно убеждалась в том, что все ее чувства под контролем. Например, у Грега Уошберна было одно потрясающее качество: его вполне удовлетворяло, что физической стороной их отношений управляла она. Он точно так же позволял ей управлять и другими аспектами их связи. По сути, их отношения были почти идеальными и шли к помолвке. До последнего дня, когда он бросил ее, они ни разу не поссорились.

— Вы немного опоздали, — сказал Джейк.

— Рейс из Сан-Франциско задержали, — пояснила Клэр.

— Клэр!

Клэр переключила свое внимание с Джейка Солтера и улыбнулась своей единокровной сестре:

— Привет, Лиз!

— Я только что видела маму. — Элизабет подошла поближе, на ее красивом лице отражалась искренняя радость. — Она и сообщила, что ты здесь. А я не знала, что ты сегодня прилетаешь в Аризону. — Она обняла сестру. — Господи, ну почему ты не предупредила меня?

— Извини. — Клэр тоже обняла ее. — Я думала, ты в курсе, что меня сюда пригласили.

— Наверное, папа хотел сделать мне сюрприз. Ты же знаешь его.

«Не очень-то», — подумала Клэр, но вслух этого не сказала. Она познакомилась с человеком, который был ее биологическим отцом, всего несколько месяцев назад. Причем не при идеальных обстоятельствах. Так что об Арчере Глейзбруке она практически ничего не знала, кроме того, что в деловых кругах Аризоны его считали легендой.

— Как я рада видеть тебя! — сказала Элизабет.

Клэр позволила себе немного расслабиться. Во всяком случае, в обществе сестры ей ничто не грозит.

— Выглядишь шикарно, — сказала она, оглядывая элегантное белое платье Элизабет. — Платье тебе идет.

— Спасибо. А ты…

— Молчи. Ты же знаешь, что я сразу пойму, что ты лжешь.

Элизабет рассмеялась.

— Ты выглядишь так, будто полдня была в дороге.

— А вот это правда, — сказала Клэр.

Она улыбнулась. Как же приятно видеть сестру счастливой и радостной! Восемь месяцев назад Элизабет была на грани нервного расстройства. И произошедшую с ней перемену можно назвать маленьким чудом. Вдовство, без сомнения, пошло ей на пользу.

Элизабет, как и ее мать, была действительным членом Тайного общества. По шкале Джонса Мира имела второй уровень, то есть, вообще говоря, обладала способностями, слегка превосходившими обычную интуицию. Если бы она не была потомком длинной череды членов Общества, ее не подвергли бы тестированию, и тогда она шла бы по жизни, не подозревая о паранормальной стороне своей натуры, и воспринимала бы вспышки инсайта как должное, то есть так же, как большинство людей.

Что же до Элизабет, то у нее был пятый уровень, она обладала сильной восприимчивостью к цветам, визуальному равновесию, пропорциям и гармонии. Именно благодаря своим паранормальным способностям она добилась таких огромных успехов в дизайне интерьеров.

— А вот и ты, Клэр! — громко воскликнул появившийся в дверях Арчер Глейзбрук. — Черт побери, почему так долго?

— Рейс задержали, — ответила Клэр.

Ее тон был абсолютно нейтральным — она использовала его всегда, когда оказывалась в обществе человека-исполина Арчера Глейзбрука. После их знакомства это случилось всего несколько раз. Клэр еще не решила, как его оценивать.

Арчеру был шестьдесят один год, со своей внешностью — грубыми чертами лица, обветренной, загорелой кожей и умными карими глазами — он мог бы сниматься в старомодных вестернах в роли стареющего, закаленного невзгодами ковбоя. Однако эта внешность была обманчивой. Он родился и вырос на аризонском ранчо, расположенном близко от границы, и большую часть жизни провел на Юго-Западе.

Арчер уже давно не трудился на земле. Он ее покупал и продавал. И строил на ней. Причем делал это так успешно, что мог купить и продать любого человека в штате.

Со временем он собирался передать свою империю сыну Мэтту, который в свои неполные тридцать уже управлял строительным подразделением корпорации «Глейзбрук» в Сан-Диего.

Однажды Клэр спросила у матери, чем Арчер Глейзбрук так очаровал ее, что она решила провести с ним одну ночь. «Власть — это невероятный афродизиак», — ответила тогда Гвен Ланкастер.

Арчер, несомненно, обладал властью, и эта власть базировалась не только на его империи, но и на паранормальных способностях. По сути, одно было связано с другим. Арчер был потомком длинной череды членов Тайного общества. Психические способности позволяли ему составлять уникальные стратегии. Многие экстрасенсы с такими же данными становились военными или политиками. Арчер же применил свои паранормальные способности в том мире, где заключаются сделки по высоким ставкам. Результат впечатлял.

Глядя на него в окружении двух законных членов семьи, Клэр снова испытала давнюю щемящую тоску. И безжалостно подавила ее усилием воли — так же решительно она управляла паранормальной стороной своей натуры. С тех пор как она обнаружила, что у нее есть отец и что он не знает о ее существовании, она повторяла себе как заклинание: «Смирись с этим. Ты не единственная на свете, кто вырос без отца. Могло быть и хуже, Господь свидетель, маленькие дети страдают и от бед пострашнее».