Взлет - Борис Майнаев

"И вот он, полковник Иволгин, должен сейчас сидеть и ждать, пока придет поезд, а в это время его товарищи бьются с фашистами", - от этой мысли летчик даже застонал.

- Что с вами, товарищ полковник? - Алексей увидел близко глаза своего механика. - Может быть, водички? Она здесь колодезная, да такая студеная, что зубы ломит.

- Вода? Какая вода? Смотри, дым.

Далеко на горизонте раздался густой трубный бас,

- Поезд! Мамка, поезд! - по всему перрону разнесся звонкий мальчишеский голос.

Поезд медленно подползал к разгромленной станции. Это был обычный товарный состав. Паровоз замер у выходной стрелки и тяжело отдувался белыми струями пара. С площадки первого вагона еще раньше, на ходу, спрыгнул невысокий железнодорожник.

- Трифоныч! - он оглядел толпу и снова крикнул:- Трифоныч! Открывай семафор!

К нему подбежал начальник станции, что-то сказал, указывая на подходящего Иволгина.

- Не могу, товарищ полковник! Никак не могу! - Железнодорожник развел руками. - Платформы заняты, а людей... Скоро подойдет пригородный, он всех заберет. А на товарном по инструкции людей возить не положено. Вот раненых... - Он немного помешкал, потом сказал: - Раненых возьму под свою ответственность.

- У меня приказ Наркомата обороны, - жестко сказал Иволгин. Освободите платформы для груза. Людей тоже разместить.

- Да вы что, с ума сошли? - железнодорожник повысил голос. - Я везу особо ценный груз. У меня жатки, понимаете? Жатки!

- Механик! - обернулся Иволгин. - Двух бойцов к паровозу. Без моего приказа ни с места. - И, обращаясь к начальнику станции, скомандовал: Немедленно освободите две последние платформы. Людей размещайте по вагонам.

- Что вы делаете? - бросился к нему железнодорожник. - Это самоуправство! Меня... нет, вас... Вы понимаете, что за это бывает?!

Летчик не обращал на него внимания. Грузовики, тяжело переваливаясь по свежему пепелищу, подъехали к хвосту поезда. Загрохотали откидываемые борта платформ.

- Вы трус, паникер! - закричал железнодорожник. - Я на вас жаловаться буду!

У Иволгина резко обозначились скулы. Пристально глядя на железнодорожника, он дернул ремешок кобуры и потянул из неё пистолет. Железнодорожник замолчал и попятился,

- Ты что, Алексей Иванович, опомнись, - задержал руку Иволгина механик и, повернувшись к подбежавшему старшине, резко бросил:

- Уберите куда-нибудь этого дурака.

Эшелон тронулся. Женщины и дети, еще не до конца осознавшие, что принесло им сегодняшнее утро, махали руками остающимся мужчинам. Те стояли молча, горящими глазами вглядываясь в родные лица. Вдруг высокий мужчина шагнул вслед поезду и громко крикнул:

- Нюра, расскажи детям обо мне! Расскажи, когда подрастут!

Женщины сначала замерли, а потом разом заголосили. Плачу матерей стали вторить и дети.

Иволгин сидел на подножке автомобиля, провожая взглядом проплывавшие мимо поля, рощицы... Своим ходом улететь не получилось: ждать, когда подвезут горючее, было некогда. Да и подвезут ли? С каждым часом масштабы грянувшей беды виделись все большими... "Как-то все обернется?" - думал Иволгин. Одно он твердо знал: по приезду в столицу сразу же подаст рапорт о переводе в действующую армию... Поезд прогрохотал по мосту через неглубокую речушку.

- Воздух! - раздался крик старшины.

Иволгин поднял глаза. Горизонт был усыпан мелкими черными оспинами. Они увеличивались.

Первые бомбы упали далеко в стороне, испятнав грязными воронками зелень луга. Следующие - легли в цель. Паровоз с несколькими вагонами понесся дальше на восток, остальные еще минуту-две продолжали путь, потом остановились. Под рычание авиамоторов с диким воем неслись к земле бомбы. Охваченные пламенем, стали рушиться под откос платформы. Во все стороны, спасаясь от разрывов, побежали женщины и дети, но низко летящие самолеты стреляли и стреляли в беззащитных людей.

Иволгин, в очередной раз перезаряжая свой пулемет, увидел эту страшную картину.

- Что же они делают? - закричал он и бросился к своему самолету. С помощью механика и охраны быстро был сорван маскировочный чехол, и самолет по доскам спущен на землю.

- Алексей,- механик пытался отговорить Иволгина, - у тебя мало бензина. Да и боезапаса - сколько осталось? Израсходовал в прошлом бою.

- Не могу,- махнул летчик в сторону луга, по которому метались женщины и дети, - я должен их спасти.

Двигатель взревел, набирая обороты. Самолет задрожал и, подпрыгнув, растворился в воздухе.

"Юнкерсы" осатанели вконец. Они перестали стрелять и, перейдя на бреющий полет, старались достать колесами бегущих по лугу людей.

Вдруг чем-то ударило в одну гитлеровскую машину, в другую, в третью... Было видно, как летчики оглядывались, пытались определить, что по ним бьет. Близкие пулеметные очереди... Откуда? Бомбардировщики, дымя, валились к земле. Остальные самолеты в недоумении метнулись вверх. Пулеметные очереди из ниоткуда прекратились... Потом один из бомбардировщиков наткнулся на какую-то непреодолимую преграду. Гитлеровцы услышали в эфире испуганные крики своих пилотов. Их прервал тяжелый взрыв. Обломки "невидимки", смешиваясь с почерневшими кусками "юнкерса", посыпались на траву.

Еще минуту-другую были слышны моторы улетающих самолетов, потом на луг опустилась тишина.