Я буду просто наблюдать за тобой - Мэри Кларк

С годами Мак стал замечать, что он относится к той категории парней, на которых в толпе девушки не обращают внимания. Среднего роста, средней комплекции, со средней внешностью. Эта характеристика была довольно точной, но Мак относился к себе предвзято. Присмотревшись повнимательней, женщины могли бы обнаружить притягательность его насмешливых карих глаз, озорную непосредственность его вечно взъерошенных соломенных волос и спокойную уверенность в себе, с которой он повел бы их в танце или взял под руку на скользкой зимней дороге.

Мак всегда знал, что когда-нибудь станет врачом. К тому времени, когда началась его учеба на медицинском факультете Нью-йоркского университета, он уже почти был уверен, что будущее медицины — в генетике. И теперь, в свои тридцать шесть лет, он работал в научно-исследовательской лаборатории генетики «Лайфкод» в Уэстпорте, который находится в пятидесяти минутах езды к юго-востоку от Ньютауна.

Это была работа, к которой он стремился, и которая вполне устраивала его как разведенного холостяка, имеющего на своем попечении сына. Мак женился в двадцать семь лет. Семейная жизнь продолжалась полтора года и привела к появлению Кайла. Однажды, вернувшись из лаборатории домой, Мак обнаружил сиделку и записку. В ней говорилось: «Мак, это не для меня. Я дрянная жена и плохая мать. Мы оба знаем, что из этого ничего не получится. Я вынуждена махнуть рукой на карьеру. Позаботься о Кайле. Прощай. Джинджер».

С тех пор дела у Джинджер шли не так уж плохо. Она пела в кабаре в Вегасе и на круизных теплоходах, записала несколько пластинок, последняя из которых даже имела успех. Ко дню рождения Кайла и к Рождеству от нее приходили дорогие подарки, которые неизменно оказывались или слишком сложными, или чересчур примитивными. Это было неудивительно, ибо после своего ухода она видела Кайла всего трижды за семь лет.

Несмотря на облегчение, испытанное им при разводе, Мак все же не мог до конца избавиться от огорчения, вызванного уходом Джинджер. Развод почему-то никогда не входил в его планы на будущее и по-прежнему заставлял его испытывать неудобства. Он знал также, что его сын нуждается в материнском тепле, поэтому относился к нему с особой заботой и даже гордился тем, какой он внимательный отец.

По пятницам, вечером, Мак с Кайлом часто ужинали в «Драмдоу». Обычно они садились в небольшом уютном гриль-баре, где по индивидуальным заказам готовились пицца, рыба и чипсы.

Во время обеда здесь всегда находилась Кэтрин. Когда подросла, Мег тоже стала часто появляться в гостинице. В десять лет, когда Мак был уже девятнадцатилетним помощником официанта, Мег заметила как-то с тоской в голосе, как хорошо обедать дома. «Папа и я иногда так и делаем, когда он не в отъезде».

После того как отец пропал, Мег проводила дома почти все уик-энды и приходила с Кэтрин ужинать в гостиницу. Но в этот вечер здесь не было ни Кэтрин, ни Мег.

Мак не скрывал своего разочарования, а Кайл, который обычно ждал встречи с Мег с особым нетерпением, сделал вид, что его не огорчает ее отсутствие: «Так, ее здесь нет, отлично».

«Отлично» было новым универсальным словом у Кайла. С его помощью он передавал все оттенки своих чувств: от воодушевленности до отвращения. Сегодня же Мак затруднялся определить, какое чувство вкладывал в него Кайл. «Постой, — сказал он себе, — надо дать ребенку время. Если что-то беспокоит его по-настоящему, это рано или поздно проявится и уж вряд ли окажется как-то связанным с Меган».

Кайл молча доел свою пиццу. Он был зол на Меган. Она всегда вела себя так, как будто ее действительно интересовало все, чем он был занят, а вот в среду, когда он был во дворе и только что научил Джека стоять на задних лапах и служить, она проехала мимо и не обратила на него внимания. Ехала она совсем медленно, и он к тому же крикнул, чтобы она остановилась. В том, что она видела его, у него не было сомнений, так как она смотрела прямо на него. Но затем она увеличила скорость и уехала, не удосужившись взглянуть, какие фокусы научился выделывать Джек. Отлично.

Он не будет рассказывать об этом папе. Тот обязательно скажет, что Меган просто расстроена из-за того, что мистер Коллинз так долго не возвращается домой и что он, возможно, оказался среди тех, чьи машины свалились с моста в реку. Он скажет, что иногда, когда люди поглощены мыслями о чем-то другом, они могут проходить мимо и не замечать тебя. Но в среду Мег видела Кайла и даже не помахала ему рукой. «Отлично, — думал он. — Просто отлично».

7

Войдя в дом, Меган обнаружила мать сидящей в полутемной гостиной с безвольно опущенными плечами.

— Что с тобой, мам? — спросила она с беспокойством. — Уже почти половина восьмого. Ты не собираешься идти в «Драмдоу»? — Она включила свет и увидела покрытое пятнами и заплаканное лицо Кэтрин. Опустившись на колени, она взяла мать за руки.

— О Боже, неужели они нашли его? Да?

— Нет, Мегги, нет. — Кэтрин сбивчиво рассказала ей о визите страховых агентов.

«Только не отец, — думала Меган. — Он не смог бы, да и не захотел бы причинить матери такую боль. Только не ей. Здесь какая-то ошибка».

— Это самое невероятное предположение из всего, что мне приходилось слышать, — твердо заключила она.

— То же самое сказала им я. Но, Мег, почему отец взял так много денег под страховку? Это не дает мне покоя. И даже если он вложил их, то я не знаю куда. Без свидетельства о смерти у меня связаны руки. Я не могу покрыть расходы. Филлип ежемесячно присылает долю отца от доходов компании, но она стала невелика, так как основную часть заработка у отца составляли комиссионные. Я знаю, что я консерватор по натуре, но, наверное, бес меня попутал, когда я затевала реконструкцию гостиницы. Тут я перестаралась. И теперь мне, наверное, придется продать «Драмдоу».

Гостиница. В пятницу вечером мать должна быть там, в своей стихии, встречать посетителей, приглядывать за официантами и их помощниками, за тем, как накрыты столы, пробовать блюда на кухне, проверять и перепроверять каждую мелочь.

— Отец не мог так поступить по отношению к тебе, — без тени сомнения заявила Меган. — Я уверена в этом.

Кэтрин Коллинз затряслась в беззвучных рыданиях:

— Возможно, отец воспользовался катастрофой на мосту, чтобы отделаться от меня. Но почему, Мег? Я ведь так любила его.

Меган обняла мать.

— Послушай, — твердо сказала она, — ты была совершенно права, когда говорила, что отец никогда бы не поступил так с тобой. Так или иначе, но мы докажем это.

8

Посредническая фирма «Коллинз энд Картер», занимающаяся подбором кадров, находилась в городе Данбери, штат Коннектикут. Эдвин Коллинз основал ее в двадцать восемь лет, проработав до этого пять лет в аналогичной нью-йоркской компании «Форчун 500». К тому времени он понял, что работа в корпоративной структуре не для него.

После женитьбы на Кэтрин Келли он перевел свой офис в Данбери. Им хотелось жить в Коннектикуте, а место нахождения офиса не имело значения, так как большую часть времени Эдвин проводил в разъездах по стране, посещая своих клиентов.

Лет за двенадцать до своего исчезновения Коллинз ввел в свое дело Филлипа Картера.

Картер, выпускник Уартона и к тому же имевший диплом юриста, до этого был клиентом Эдвина и несколько раз с его помощью устраивался на работу в крупные фирмы. Последний раз, перед тем как они объединили свои усилия, Картер служил в международной фирме в Мэриленде.

Посещая Картера, Коллинз обычно обедал или выпивал вместе с ним. С годами между ними возникла деловая дружба. В начале восьмидесятых, после тяжелого развода с женой, с которой он прожил полжизни, Филлип Картер окончательно оставил свою работу в Мэриленде, чтобы стать компаньоном и заместителем Коллинза.

Во многом они были разными людьми. Коллинз — высокий и симпатичный в классическом понимании этого слова — одевался безупречно и отличался спокойной рассудительностью, в то время как Картер привлекательными, но неправильными чертами и густой копной седеющих волос больше напоминал грубовато-простодушного добрячка. Одежда на нем неизменно была дорогой, но никогда не отличалась тщательностью подбора, а галстук был редко подтянут до конца. Он был душой мужских компаний, которые покатывались со смеху от его анекдотов за выпивкой. Женщины тоже не оставались без его внимания.

Дело у них пошло. Долгое время Филлип Картер продолжал жить в Манхэттене и ездил на работу в Данбери, если не находился в командировке по делам фирмы. Его имя часто мелькало в светской хронике в сообщениях о званых обедах и бенефисах, которые он посещал в компании с разными женщинами. В конце концов, он приобрел небольшой домик в Брукфилде, в десяти минутах езды от офиса, и большую часть времени проводил в нем.

Теперь, к пятидесяти трем годам, Филлип Картер стал известной фигурой в Данбери.