Дети света - Дина Терентьева

Мальчишки выглянули в открытую дверь. Через пару секунд Ноа кивнул девчатам.

– Нам надо идти, – сказал он.

– Как, уже уходите? – высоким голоском обиженно пропела Клэр.

– Да, – Саванна пожала плечами, – удачи вам.

Четверка поспешно удалилась. Возможно, они проследовали за полицией.

Клэр вздохнула.

– Ну вот, я даже не успела поблагодарить своих спасителей.

– Не волнуйся, Клэр, думаю, что еще успеешь, – сказала я, вспомнив, что я с ними столкнулась второй раз. А это практически невозможно в таком огромном городе, как Шарлотт.

Глава третья

Галлюцинации

Нужно было срочно сбросить с себя адреналин, хлынувший в кровь от сегодняшних событий. Мне не терпелось рассказать о случившемся лучшей подруге Марине Питерсон, которая жила в трех кварталах от моего дома к северу от университетского городка. Ведь со мной обычно ничего никогда не происходило, а тут я оказалась в центре событий. Заодно узнаю о том, как она провела лето, ведь завтра последний день свободы от «узилища», и к «заключению» нужно быть во всеоружии.

Я позвонила Эмили и предупредила о своих планах. Электричка доставила меня в считанные минуты до станции Университетский городок, а затем на общественном автобусе я добралась до квартала, где жила Марина.

Всю дорогу я думала о том, почему обрушился купол цирка. Все казалось таким прочным, и ничто не предвещало беды. От воспоминаний мурашки разбегались по коже и застывали иголками, а затем снова оживали.

Питерсоны жили в бедном районе в простеньком доме с обшарпанной серой пластиковой облицовкой, которую давно было пора заменить. Марина была поздним ребенком, а ее престарелые родители едва сводили концы с концами. Оба пенсионеры. Жизнь отца подруги сводилась к газетам по утрам, телевизору и картам с приятелями. А мама целые дни проводила на кухне, а по вечерам ходила к подруге, где еще несколько таких же старушек вязали носки и сплетничали о соседях.

Предвкушая вкусную выпечку, которой нас всегда радовала миссис Питерсон, я подошла к парадной двери дома. Сквозь приоткрытые жалюзи на окнах маячила чья-то фигура. Похоже, это была миссис Питерсон, ведь она практически на этой кухне и жила. Не успев подойти к крыльцу и едва ступив на вымощенную дорожку между кустарниками дикой ягоды, я еще раз взглянула на окна. Теперь я четко видела, как миссис Питерсон, в белоснежном фартуке, вынимала пирог из духовки. Ни окон, ни дверей будто не бывало. Я могла запросто сделать пару шагов и дотронуться до ее плеча. Благо, она стояла ко мне спиной и не замечала меня. Но как я могла очутиться на кухне, если я еще на порог не зашла? Зажмурив глаза и помотав несколько раз головой из стороны в сторону, будто пытаясь отмахнуться от видений, я перевела взгляд на дорогу с машинами, затем снова в обратную сторону: передо мной все тот же дом, и я стою на улице. Скорее всего, я жутко проголодалась и мне все померещилось. Хотя миссис Питерсон и баловала нас выпечкой, но это не значит, что в каждый мой визит она угощала нас пирогом, – пыталась я успокоить себя. Я робко позвонила в дверь. Шарканье тапочек, щелчок – и вот Миссис Питерсон передо мной. Я разинула рот от удивления. Мама подруги в том же накрахмаленном фартуке держала в руке кусок пирога… «Скорее всего, мне напекло голову», – подумала я.

Кусок пирога не лез в горло. Я представляла, как буду запоем рассказывать о сегодняшних приключениях, но о них я не вымолвила еще ни одного слова.

– Ты сама не своя сегодня, – сказала Марина, заглянув мне в глаза. Марина заметно похорошела. Насыщенный морковный цвет волос придавал ей шарм, а веснушки и вздернутый нос привносили задоринку. Такая же высокая, как и я. Правда, ее формы заметно за лето округлились.

– Что? Прости, – виновато посмотрев на подругу, я все же надкусила чудо-выпечку и, прожевав, тут же стала оправдываться. – Не знаю, что на меня нашло, прости.

– Ладно, выкладывай. Я же слишком хорошо тебя знаю, – настаивала Марина. На то она мне и подруга, чтобы чувствовать мое настроение.

Я кивнула головой. Надо поделиться, иначе моя нервная система не выдержит.

– Ты представляешь, Марина, – начала я, – сегодня утром я попала в такую переделку – ушам своим не поверишь.

Марина округлила глаза и, раскрыв рот, слушала об обрушении купола и о загадочной четверке, спасшей Клэр. После того как я остановилась, она шлепнула себя по коленям и с горечью произнесла:

– И как же это называть? Почему ты не взяла меня в цирк, а? Как бы я хотела оказаться в будоражащих кровь событиях! – она сжала кулаки и зажмурила глаза.

– Прости, подруга. Но людей ведь чуть не убило.

– Да? Зато меня мог бы спасти другой парень из четверки. Ноа! Ты не представляешь, как я устала от скучной и однообразной жизни, где ничего интересного не происходит. А тут!

– Хорошо, хорошо, – сдалась я. – В следующий раз будем везде вместе! – пообещала я подруге. – А еще… – я помедлила.

– Что? – Марина вытянулась струной, распахнув глаза и с любопытством выжидая, когда я наконец соберусь сообщить ей что-то интересное.

– Из моей головы не выходит дежавю.

– Дежавю? – удивилась подружка.

– Да.

Я отпила чай и продолжила.

– Еще до того, как я попала в цирк, я ездила в Кэровиндз не один раз. – Марина прищурилась, явно обвиняя меня взглядом, а я продолжила. – Я заметила эту странную четверку. И уже тогда я подумала, что ребята, возможно, приезжие и такие, – я замялась, – непохожие на нас, описать сложно. Но дело даже не в этом, – я поднесла кружку к губам и высушила ее до дна. – Мне показалось странным, что словно куда я, туда и они.

Марина пожала плечами и откинулась на локти на кровати. А я подошла к ней и плюхнулась рядом.

– Ты ведь видела их всего два раза и, возможно, это простое совпадение, – сказала она беззаботным веселым голосом и, перевернувшись на живот, стала разминать стопы ног.

Я повторила ее движения и улыбнулась.

– Скорее всего, ты права и встреча с ними просто совпадение. Но уж больно странными они мне показались.

Марина захихикала.

– Опять ты за свое. Забудь. Они, скорее всего, просто развлекались, чтобы убить время, так же, как и ты.

– Точно! – я толкнула подругу плечом и подмигнула ей.

На самом деле Марине я сказала только часть правды: мою голову занимали мысли не только об этой четверке, но и о галлюцинации перед тем, как зайти в ее дом. Кто знает, что это было? Может быть, происшествие в цирке так на меня повлияло. И в самом деле, действовала аномальная жара – ведь всему миру известно, что грядет глобальное потепление.

Перевернув очередной лист календаря и посмотрев на дату сегодняшнего дня, я набрала воздуха в легкие и, выдохнув со звуком, присела на кровать. Завтра в школу. Боже, как я не хочу туда идти. Скучные предметы, одноклассницы-задиры, – все это мне казалось пустой тратой времени. Что-то здесь не так. Это не та жизнь, которую я хочу. Но как выбраться из этого замкнутого круга и понять, что именно мне нужно и в каком направлении идти?

– Алекса, ты собираешься в школу? – голос мамы заставил меня вздрогнуть.

– Да! – крикнула я и, неохотно встав с кровати, поплелась к шкафу. Осторожно распахнув створки, которые тут же скрипнули старыми суставами, как и подобает старикам, я стала перебирать свой гардероб в поисках подходящих вещей для первого дня школы. Несколько минут – и в моих руках оказалось то, что я искала: белая блузка и темно-синяя строгая юбка в складку спереди, – то, что надо. Осталось их отгладить.

Затем я подошла к окну и несколько минут наблюдала за группой подростков, исполняющих стрит-данс и радующихся последнему дню свободы перед годом «заточения» в школе, где придется отсиживать пары и отвечать на вопросы учителей, хочешь ты этого или нет. Но взрослые говорят, что так надо.

– Алекса! – мама постучала в дверь, а затем сама открыла ее, и в дверях показалась гладильная доска. – Все, я к работе готова, теперь твоя очередь.

Я нехотя оторвалась от завораживающих танцев подростков и направилась к маме, чтобы помочь ей расставить доску.

– Спасибо, – я улыбнулась, приняв утюг из рук Эмили.

Мама вздохнула и погладила меня по голове.

– Странная ты у меня, дочка!

– Подростковый возраст, мама! Тут уж ничего не поделаешь, – я наигранно склонила голову набок и подняла брови.

– Ох, и хитрая ты лиса! Подростковый возраст! Хм! Не сваливай все на него! Дело не только в нем! – мама пригрозила мне указательным пальцем и вышла из комнаты, оставив меня наедине с неглаженой одеждой и воспоминаниями о приключениях в цирке и галлюцинациях у дома Марины.

Я проснулась от душащих меня слез, не веря тому, что увидела во сне, который был настолько отчетливым, как будто все это произошло со мной наяву. Мне приснился сон, в котором я встретилась со своим отцом. Как только мы увидели друг друга, отец протянул ко мне руки, обнял меня, и мы, не в силах сдерживать свои слезы, заплакали.