Дети света - Дина Терентьева

Дина Терентьева

Дети света

Пролог

Я всегда себя считала серой мышкой и в своей неуверенности винила отца, который исчез в неизвестном направлении.

Но спустя время я поняла, что все зависит только от самого человека. И если тобою движет любовь, ты найдешь в себе силы побороть страх и спасти дорогих твоему сердцу людей.

Кто бы мог подумать, что моя жизнь перевернется на сто восемьдесят градусов и окажется, что мое предназначение – быть сильной и уметь смотреть трудностям в лицо, решая задачи, неподвластные обычному человеку.

Глава первая

Парк Кэровиндз

– Есть! – воскликнул мой одноклассник Найджел, в очередной раз сбив мишень. Я стояла поодаль и наблюдала за тем, как он, нахлобучив на себя громадную панду, вышел из тира, прихватив с собой еще несколько игрушек кислотного цвета инопланетного происхождения. Найджел шел в мою сторону и задержался возле меня на несколько секунд:

– Алекса! Ну что ты как непослушный ребенок? Возьми да попробуй! Давай же! Вливайся в наши ряды! Вон, видишь, – он показал лапой панды в сторону огромного синего лотка, забитого до отказа игрушечными инопланетянами, где восьмилетки забрасывали кольца на бутылки, – довольно простой способ заработать себе трехглазого марсианина! – Ежик на голове Найджела покачивался от радостных подпрыгиваний своего хозяина. – Ну ладно, я побежал! – одноклассника сдуло азартом, затянувшим его по самое не хочу.

Окинув взглядом парк Кэровиндз города Шарлотт, я поежилась. Вокруг было много людей. Кроме туристов я успела заметить ребят из параллельных классов. Ученики ловили последние деньки каникул, чтобы на всю катушку насладиться свободой. Впереди взрослая жизнь от звонка до звонка, полная ответственности и страха перед учителями и родителями за плохие оценки.

Несколько секунд я переминалась с ноги на ногу и все же решилась подойти к бутылкам. Мальчишки схватили сиреневых марсиан и, преисполненные счастьем, побежали к следующему аттракциону, оставив меня одну перед испытанием, чему я несказанно обрадовалась: не перед кем позориться. Мужчина средних лет, стоящий по ту сторону лотка, скривил рот в улыбке, коснувшись рыжим усом ноздри.

– Ну что, красавица? Не стесняйся! Вон какие шалопаи выиграли по игрушке! И у тебя получится! Накинешь три раза подряд кольцо на горлышко бутылки – и монстр твой! Рискнешь?

Воздух из моих легких вырвался наружу.

– Рискну! – сказала я, взяв кольцо с бутылки, а затем отошла за отметку для броска. Бутылки все одинаковы и стоят рядом друг с другом. Авось на какой-нибудь кольцо зацепится. Я дунула на тяжелую челку, убрав ее с глаз, и поправила капюшон белого джемпера, будто пыталась избавиться от мешающих мне деталей.

Пластмассовое кольцо полетело в сторону бутылок. Дзынь, дзынь, дзынь, – ударившись о стекло, пролетело оно и, отскочив от ноги мужчины, упало вниз. Он, рассмеявшись, нагнулся и поднял злосчастное кольцо, опозорившее меня. Я, поджав губы, подошла за вторым.

Вручая пластмассовую штуку, подернув рыжими усами, мужчина, пригнувшись к моему лицу так, что я могла разглядеть его веснушки, загадочно пробормотал, четко обозначая каждое предложение:

– Тише едешь – дальше будешь. Ничего не делай наобум. Обдумай свой ход перед броском.

Взяв кольцо из его рук, я вздохнула и, опустив вниз глаза, как провинившийся ребенок, пошла снова за отметку. Он прав. Нужно сосредоточиться и наметить цель. Несколько секунд мои глаза разглядывали бутылки. В первый раз они мне казались одним сплошным пятном, а сейчас, на удивление, я могла различить одну емкость от другой. Интересно, что за это короткое время могло измениться? Какую же бутылку выбрать? Ближе к краю, в центре? Решено! Третий ряд, бутылка посередине. Я вновь приняла стойку, подняв рукава к сгибам локтей. Кольцо вновь полетело, но уже четко к намеченной цели. Дзыыынь! – ударилось оно внутренним ребром о стекло и осело воротничком на широкой части горла емкости. Раздались аплодисменты рыжего, а я, раскрыв рот, медленно поплелась за третьим кольцом, протягивая которое, мужчина вновь пригнулся ко мне и, будто пытаясь раскрыть мне секрет, прошептал:

– Еще два попадания – и ты выиграла!

Под впечатлением первого удачного броска я вдруг осмелела и также шепотом произнесла:

– А что, если промахов не будет?

Рыжий усмехнулся и, встав прямо, скрестил руки на груди.

– Тогда за каждые три попадания подряд ты берешь по монстру! По рукам? – спросил он, протягивая мне ладонь, развернутую кверху.

– По рукам! – ответила я, шлепнув по ладони и, взяв кольцо, удалилась на боевую позицию.

Позади меня скопилась очередь. Ни на кого не обращая внимания, я с упорством кидала кольца. Прошло полчаса. Толпа уже не ждала своей очереди, а просто с любопытством глазела на мои броски. Рыжий с упавшими усами стоял в углу своего лотка, скрестив руки и ухмыляясь. Похоже, он жалел о своем пари. Все броски оказались удачными, и он, отсчитывая каждые три, откладывал для меня по монстру в сторону. Скопилось приличное количество сиреневых инопланетян.

– Ты еще не устала? – прищурившись, спросил мужчина. – Может, пойдешь к другому лотку? Например, к шарикам, в дротики поиграешь. Или в тире постреляешь, выиграешь сто панд.

Мы оба хихикнули. Видимо, и он представил меня, утопающую в черно-белых мишках и пытающуюся пролезть с ними сквозь двери тира.

– В следующий раз. На сегодня хватит, – сказала я, покосившись на груду призов.

– Где же тебе сумку найти для такого количества игрушек?

– Возьму только одну, – улыбнулась я. – Остальных оставляйте себе. Не солить же мне их?

– Хм, – рыжий протянул мне трехглазого инопланетянина, и я, в обнимку с ним, отправилась к ребятам, мимо которых пройти было невозможно: они стояли ощутимо заметной кучкой, – у каждого по несколько разноцветных игрушек в руках.

Увидев меня, Найджел кинулся навстречу. Огромная панда все еще висела на его шее, и если бы не она, он бы положил руку на мое плечо, будто я для него не одноклассница, а мальчишка из соседнего двора.

– Поздравляю с победой! – он покосился на мой приз. – Для первого раза неплохо!

– Скажешь тоже, – уверенно пропела я. Если бы я на самом деле выиграла только одну игрушку, мои щеки тут же вспыхнули бы от того, что перед ребятами я оказалась неудачницей. Но правду-то я знала. Поэтому уверенным шагом прошла мимо ребят к кремовому форду мамы, которая, высунувшись из окна машины, махала мне рукой, чтобы я поторопилась.

– Алекса?! – окликнул меня брюнет-красавчик Эйден с кислотно-лимонной обезьяной в руках.

– Что?

– Не забудь в школу явиться. У нас еще несколько дней в запасе. А до этого можем еще куда-нибудь сходить!

Белокурая пышка Бруклин, считающая себя его девушкой, ткнула парня локтем в ребро, а тот скрючился, будто от невыносимой боли.

– Я тебе схожу! – шикнула она.

– Хорошо, не забуду! – улыбнулась я наигранно, больше для Бруклин, чем для Эйдена. – Пока! – Забираясь в салон, я махнула ребятам рукой на прощание, и машина с бархатным ревом тронулась со стоянки.

Сегодняшний день не выходил из моей головы еще долго. Я никогда не отличалась успехами ни в спорте, ни в каких-либо предметах. А тут выигрыши, один за другим. Конечно, метание колец на горлышки бутылок нельзя сравнивать с математикой, но все же и в таких мелочах я была неудачливой и неуклюжей.

– Вот видишь, Алекса! – произнесла Эмили учительским тоном. – Ведь правда, веселее проводить время вместе с друзьями, а не одной?

Я закатила глаза.

– Мама, опять ты за свое. Я провела с ними время только потому, что ты меня силой затащила в Кэровиндз и сбежала. Ты просто кинула меня в омут с головой!

– А что в этом такого? – удивилась она, подняв высоко брови.

Вздохнув, я покачала головой и вместо того, чтобы ответить, отвернулась к окну. Маме меня все равно не понять. Она считала, что я мало общаюсь с друзьями и одной-единственной подруги мало для нормальной подростковой жизни. А я всегда мечтала о чем-то высоком, судьбоносном, о полезности. И это объясняло причину моей отчужденности от обычной жизни подростка.

Мы с Эмили скитались по всей стране, меняя город за городом и школу за школой, а почему – это всегда для меня оставалось загадкой. Мама объясняла это тем, что она получала лучшие предложения по работе, хотя она работала секретарем, и на этом поприще вряд ли можно было сделать карьеру или получить сногсшибательный гонорар. Да и квартиры или дома нельзя было назвать хоромами. Обычно мы останавливались в недорогих апартаментах, либо в самых дешевых непродающихся домах, ждущих капитального ремонта, которые сдавались на непродолжительное время.

Моя жизнь казалась мне серой и скучной. Постоянных друзей и подруг не было. Только привыкнешь к кому-нибудь, как тут же нагрянет новая перемена места. Наконец мама решила остановиться на городе Шарлотт в штате Северная Каролина. Ее выбор мне был снова непонятен, но это был первый город, от которого я пришла в дикий восторг.