Воин Огня (СИ) - "Sedrik&amp

И в ракурсе всего этого я также понял, что просто не смогу допустить, чтобы всё то, чего мой народ добивался целый век, было спущено в унитаз принцем-изгнанником и малолетним эгоистичным мальчишкой, который готов будет вновь впихнуть мир в застойное болото стагнации только потому, что так видит мифическое «равновесие и гармонию». Я прекрасно помню, что такое развал великой страны. Я проходил через это в первой жизни, пусть и совсем мелким. Голод, разруха, обнищание, дефицит всего и гибель миллионов обычных мирных граждан «не вписавшихся в рыночек новой жизни». И это было там — в богатейшей стране мира, с огромной ресурсной базой, промышленностью и заделом прошлых поколений, который жрали в три горла и распиливали новые хозяева жизни ещё тридцать лет после развала, так и не распилив полностью. И главное — это было без поражения в войне, без разгрома, без национального унижения и выплаты репараций победителям. Но здесь-то Аватар устроит именно поражение, именно разгром. И по любому весь Народ Огня попытается загнать обратно на архипелаг, требуя освободить захваченные земли в Царстве Земли. А между тем колонии Народа Огня в Царстве Земли уже не только по размерам, но и по населению сопоставимы с метрополией, там выросли уже целые поколения людей, для которых дом — именно на материке, людей, которые построили свои города, дороги, целые регионы страны.

Мне могло быть наплевать на положение малознакомого олигарха — адмирала Чана, которого своими глазами я даже и не видел, и сыновьих чувств к которому точно не испытывал, но пытаясь представить, чем для Народа Огня — для миллионов и миллионов людей, обернётся победа «доброго мальчика Аанга», я уже не могу сказать, что мне плевать. К тому же, меня последствия поражения тоже коснутся напрямую. Я не хочу сказать, что эгоизм — правильная с нравственной точки зрения мотивация, но это серьёзная мотивация, в отличие от морализаторских словоблудий. Хочу я того или нет, я — наследник старого рода военной аристократии, мой отец — главнокомандующий Восточного Флота Народа Огня, и в случае поражения наш род мало того, что потеряет всё, он ещё и будет в первых местах списка на зачистку новой властью. И знаете, «хороший парень Зуко», который прошёл долгий нравственный путь возвышения от Злодея к Герою, он ведь тоже хорош только на экране, а по факту этот деятель родных отца и сестру в казематы упрятал. Я молчу о том, что он насрал на миллионы жизней своих сограждан ради неких аморфных соображений, что Аватар — хороший, я говорю о том, что если он так обошёлся с собственной семьёй, то чего уж каким-то левым адмиралу с сыночком ожидать?

Короче, сидеть на попе ровно было верным путём на плаху «за компанию», просто по факту происхождения. Средневековье, ребят! Суровые времена, суровые нравы. Классовое общество, военное положение и принц-предатель, взявший власть в результате переворота при поддержке врага страны. Тут и в двадцатом веке в моём родном мире «серьёзные люди» не задумываясь зачищают всю родню проигравших, чтобы не начинали мстить — смотрите историю Крёстного Отца, здесь же и заикаться о гуманизме не приходится, каким бы рафинированно добреньким мальчиком не был показан в мультике сам Аватар. И если я такой судьбы не хочу ни себе, ни сотням тысяч других военных и их семьям, то следовало что-то делать. Правда, чтобы остановить Аватара и компанию, мне всё равно нужно что-то делать с собственной магией. Меч — это хорошо, сейчас я бы, пожалуй, не побоялся выйти с ним даже на дракона, но без магии этого летучего засранца я всё одно не достану.

Помимо обучения фехтованию, Пиандао, как и обещал, передавал мне и иные знания. Увы, художником мне не быть, а вот с каллиграфией удалось «подружиться», так что хоть почерк свой поправил. Плюс, как ни парадоксально, научился сносно играть на флейте. Вот уж никогда бы не подумал, что у меня будет музыкальный талант, а ты смотри же. Помимо духовного развития старый мастер озаботился и моей закалкой — в один момент в качестве урока он потребовал принести ему головы разбойников, обосновавшихся на дороге. Теперь могу сказать обоснованно — все эти истории о первом убийстве — чушь сплошная. Пока в крови бурлит адреналин, ты даже не осознаёшь, что лишил кого-то там жизни, а потом, вернувшись домой и отдав «трофеи» учителю, тебе мешает уйти в уныние предоставленная им бутылка хорошего вина и симпатичная и ласковая девушка…

Из размышлений-воспоминаний, на которые я отвлёкся во время наматывания положенных тридцати кругов с бревном, меня вывел окрик мастера.

— Достаточно, Ли, я просил тридцать кругов, а не пятьдесят. Смотрю, ты изменил своё отношение к бегу? — в голосе наставника звучало веселье. М-да, я и бег — это отдельная история. Дело в том, что воину помимо силы требуется ещё и ловкость, более того, если ты не закован в тяжёлые доспехи по самые глаза, то ловкость — это твой основной параметр. Но в ходе тренировок у меня начала стремительно нарастать мышечная масса, а чем тяжелее объект, тем сложнее ему двигаться. Физика. Против неё не попрёшь, вот и приходилось мне для «усушки» наматывать круги с бревном на плечах, стоять часами в различных неудобных позах с грузом и развлекаться прочими интересными способами в лучших традициях кино о китайских единоборствах. Нет, результат в виде поджарой фигуры с силой, достаточной, чтобы согнуть подкову, безусловно, радовал, но количество пота, пролитого на тренировочной площадке ради этого достижения, вгоняло в ужас.

— Чем глубже я ухожу в себя, тем легче мне перебирать ногами, Учитель.

— Ну-ну. Воин должен не только чувствовать свой меч, как продолжение себя, но и быть достаточно сосредоточенным, чтобы не лишиться в бою не менее нужных частей себя, головы, например. Бери оружие и приступим, — сейчас спарринги проводил со мной мастер лично, времена, когда на меня хватало одного Фата — дворецкого, мажордома, помощника и едва ли не единственного друга Пиандао — прошли уже давно. Старик был техничен, но его форма уже была далеко не такой, как в юности, да и нормально он тренировался последний раз лет десять назад. И если на первом спарринге он меня смешал с пылью, то на втором, после месяца отработок, я просто задавил его по скорости и выбил деревянный клинок из рук. И вот сейчас я начал замечать, что и Пиандао не поспевает за мной. Пусть на какие-то доли секунды, пусть его мастерство всё ещё в разы превосходит мои навыки — за год с хвостиком нельзя освоить того, что признанный гений меча изучал тридцать пять лет, но он не был магом, и годы начали брать своё.

Его цзянь вновь столкнулся с моим, эх, будь сейчас в моей левой руке любимый кинжал, можно было бы попробовать достать на мгновение приоткрывшийся бок, но увы, последней тренировки он не пережил, а новый учитель обещал отковать несколько позже, да и не уверен я, что левую руку нужно чем-то занимать — использовать магию огня занятой оружием рукой куда как труднее, чем безоружным. Ну что же, по крайней мере, есть куда стремиться, а прописать по почкам любимому садисту мы можем и без оружия.

— Ох, — не сумевший вовремя среагировать наставник дёрнулся от боли, что позволило мне поднырнуть под его атаку и приставить кончик меча к горлу.

— Вы проиграли, Учитель, — на моё лицо наползла счастливая улыбка — это был первый раз, когда мне удалось одолеть Мастера, не прибегая к «грязным трюкам», типа песка, огненных плевков и прочего. Кстати, применение подобного Пиандао всячески одобрял — «если у тебя есть преимущество, ты должен им пользоваться», вот, пожалуй, его девиз. Любая пакость, которая приходила в моё больное воображение, тщательно изучалась мастером и рекомендовалась или не рекомендовалась к дальнейшему использованию, а кое-что он и сам не стеснялся у меня «заимствовать». Ну или позволять себе использовать против меня, вряд ли подобных трюков он не знал раньше, если уж до них смог додуматься совсем зелёный новичок, то уж матёрый зубр точно должен уметь и практиковать нечто подобное.

— Да, — Мастер улыбнулся, — порадовал ты старика, ох, хотя мог бы и нежнее, я всё-таки уже не столь молод, как ты.