Газета Завтра 283 (18 1999) - Газета Завтра Газета

Лошади тоже не вдохновляют депутата Жириновского (в отличие, скажем, от депутата Невзорова). По крайней мере, в седле он замечен не был, хотя, если ему это покажется необходимым, вы наверняка увидите "сына юриста" и в роли казачьего атамана.

Власть? Конечно же, власть. Некоторые умники, наподобие "тени вождя" А.Венгеровского, заявляли порой, что Жириновский — это еще не вся ЛДПР. И где они теперь, эти умники, в каких политических нетях? "Фюрер-принцип", жестко проводимый лидером либеральных демократов России, вырастает из его же либерализма-демократизма по отношению к грешкам своих "соратников", как это происходило (правда, в формах трагедии, а не фарса) и в гитлеровской НСДАП.

"Вольфыч" порой откровенно пародирует Адольфа Шикльгрубера. О его достижениях в сфере изобразительного искусства ничего не известно, но зато как комедийный актер, певец (правда, без голоса и слуха) и фотомодель он выступал неоднократно. На "вождя" явно ориентировался и депутат Марычев, с его красным пиджаком, париками и накладными грудями, и депутат-"геополитик" Митрофанов, недавно пригрозивший коммунистам новым "поджогом рейхстага", и другие клоуны "политического цирка" ЛДПР. Где, в каком серьезном политическом организме были бы возможны такие "культурно-кассовые" мероприятия?

Подчеркнутая фарсовость Жириновского и его партии не случайна. ЛДПР вообще не является партией в привычном смысле, это не инструмент борьбы за власть, поскольку власти без ответственности не бывает. А постоянные "перевертыши" фракции либерал-демократов, на словах заявляющие одно, а на деле голосующие по-другому, лишь наглядно демонстрируют их безответственное отношение к власти. Именно это называется не политикой, а политиканством. И то, что многим избирателям импонирует стиль Жириновского, что за Жириновского не только голосуют, но и подражают ему в одежде (известная фуражка-"жириновка") и в поведении (вспомним "ток-шоу" с Борисом Немцовым, где два политика обливали друг друга апельсиновым соком, как клоуны на цирковой арене) — тоже несомненный "знак беды" нашего общества.

Но из этого следует, что не жажда власти тайно владеет душой Владимира Вольфовича. Власть, несомненно, нужна ему — постольку поскольку благодаря власти возможно удовлетворение истинного томления его либерально-демократической природы.

Война? О, Жириновский — бог войны. Он готов совершить "Последний бросок на юг", он готов отправить "Последний вагон на север", он готов сверкать глазами и скрипеть сапогами… Даже объявлять призыв добровольцев то в Багдад, то в Белград. Впрочем, там, где по-настоящему опасно, вождя ЛДПР не найти. Его "донкихотство" столь же призрачно, как и его "донжуанство". Владимир Вольфович, подобно известному персонажу притчи, обычно идет на войну последним, чтобы вернуться первым. "Упоение в бою" — явно не его стихия, в отличие от "упоения на трибуне".

Так что из четверки "благородных" страстей Жириновскому более-менее близка лишь одна — власть, да и то не сама по себе. Поэтому волей-неволей приходится обратить внимание на страсти менее высокого пошиба.

Ну выпить Владимир Вольфович — не дурак. Но, опять же, в разумных дозах. И водку "Жириновский" он изобрел не столько для себя, сколько для избирателя. Надо сказать, это был рекламный ход в западном духе. Только здесь не фамилия известного деятеля рекламировала товар (как у псевдорусских водок "Распутин", "Демидофф", "Горбачефф", "Ельцин" и т.д.), а напротив, сам товар — фамилию Вольфыча. Расчет простой: выпьет мужичок стакан "Жириновского" — и согреет нутро, да еще запомнит приятного на вид политика в фуражке.

Что же остается? Методом исключения мы приходим к гипотезе, что истинной и тайной страстью лидера ЛДПР являются деньги. Жириновского не раз упрекали в едва ли не патологическом стремлении к богатству: причем как политические конкуренты, так и бывшие сторонники. Все его издательские, рекламные и прочие проекты имели в то же время весьма ощутимую экономическую составляющую. В этом отношении партия либерал-демократов выглядит, скорее, коммерческим, а не политическим предприятием. Чем-то вроде закрытого акционерного общества "Жириновский лимитед". И неоднократно звучавшие в средствах массовой информации беспрецедентные утверждения, что все имущество ЛДПР юридически принадлежит лично Владимиру Вольфовичу плюс его ближайшим родственникам, еще никем не были опровергнуты. Сам вождь в ответ на вопросы такого рода, как правило, до крайности раздражался и с думской трибуны бросал куда-то в сторону нечто невразумительное типа: "У меня ничего нет. Это вы за 70 лет (вариант, если вопрос задавали "респектабельные" демократы,— своими реформами) разорили страну!" — после чего начинал "катить" на любопытствующих все, что в голову взбредет и в памяти держится.

Так выглядят ли слухи о том, сколько стоило думское место в партийном списке ЛДПР 1995 года или о том, за какую цену подряжался "Вольфыч" восстановить Черномырдина в кресле премьера осенью года 1998, а также выполнять другую лоббистскую работенку в российском парламенте на этом фоне откровенной фальсификацией со стороны завистников и конкурентов?

Если нет, то понятной становится абсолютная управляемость Жириновского, а также не раз продемонстрированная им и его партией способность буквально за считанные часы изменить свое мнение по той или иной проблеме на прямо противоположное. Механизмы, действующие в данном случае во всем мире могут быть только самые простые: кнут экономического компромата и "перекрытия кислорода", а также пряник "суммы прописью". Отсюда сами собой возникают следующие вопросы: кто способен пользоваться этими механизмами, кому выгодно присутствие Жириновского в политическом пространстве РФ?

Слухи о том, что Владимир Вольфович — "агент КГБ", тянущиеся за ним еще с тех приснопамятных времен, когда была зарегистрирована ЛДПСС, а сам Жириновский выступал как соперник Горбачева на выборах президента СССР,— эти слухи пора забыть. Мало ли кто кем был в 1989 году? Ельцин вообще каялся на партконференции в отступлении от партийной линии, даже в мыслях не имея "хоронить коммунизм". Да и где он теперь, КГБ?

Государство в лице его правоохранительных, или, как теперь модно выражаться, "силовых" структур? Да, конечно, компетентным представителям этих институтов может быть по долгу службы известно очень многое о ЗАО "Жириновский ЛТД". Но держать деятеля такого масштаба "на крючке" без ущерба для себя способны только лица, которые гораздо "покруче" лидера ЛДПР.

В этом отношении надо заметить, что на деле фракция ЛДПР в Госдуме с декабря 1993 года, несмотря на всю свою "антидемократическую" риторику, никогда не голосовала вразрез с линией президента Ельцина. Выступать, говорить — сколько угодно, а по делу — нет. Борис Николаевич за право "рулить" кому угодно голову свернет — это Владимиру Вольфовичу дали понять четко. И тот "авторитетность" "всенародноизбранного" признал. Так признал, что в скандальных записках А.Коржакова даже не был удостоен ни единого упоминания. Видимо, с прицелом на настоящее и будущее.

Весьма показательно и мнение о Жириновском аналитиков Госдепартамента США, которые неоднократно указывали на "продуктивную функцию ЛДПР" в российской политической жизни. По их мнению, "ЛДПР является своеобразным фильтром, не допускающим появления на политической арене России радикальных национал-патриотических организаций... Бессистемная агрессивность и провокационное содержание речей Жириновского позволяет, с одной стороны, наглядно продемонстрировать общественности западных стран опасность возрождения российского империализма, а с другой — частично нейтрализует угрозу коммунистического реванша, не позволяет в достаточной степени усилиться тем политикам, чьи действия представляют реальную опасность интересам США в России и Восточной Европе". Кроме того, согласно выводам американских аналитиков, Жириновский обладает незаурядными способностями гипнотизера и выполняет в Думе те же "деликатные" функции, что в годы "перестройки" выполняли на советском еще телевидении небезызвестные Чумак с Кашпировским.

Трудно сказать, имеются ли "подходы" к скандальному российскому политику со стороны западных спецслужб, и знает ли об этом сам Владимир Вольфович. Но возможность существования таких "подходов" отрицать нельзя, поскольку формы их обычно не отличаются изысканностью, хотя по-своему достаточно эффективны. Скажем, совсем недавно, накануне думских выборов 1995 года, отмечалось катастрофическое падение популярности ЛДПР, а привычные каналы денежных поступлений почему-то (почему — отдельный вопрос) оказались перекрыты. Возникла реальная опасность того, что "партия Жириновского" не возьмет планку пятипроцентного барьера и окажется вне привычной атмосферы конвертации денег во власть и обратно.