Толкования на Евангелия от Матфея и от Марка - Феофилакт Болгарский

Исторические сочинения

Несомненна подлинность лишь одного исторического сочинения блаженного Феофилакта-«Слова о мученичестве Тивериупольских мучеников». В нем блаженный Феофилакт говорит о страдании мучеников в царствование богоотступника Юлиана, о перенесении мощей их из Тивериуполя (Струмицы) в Врагалиницу в царствование болгарского царя Бориса и о чудесах, совершавшихся от сих мощей.

К этому он присовокупляет еще рассказ о торжестве христианской веры при святом царе Константине Порфирородном, и его детях, и о страданиях христиан при Юлиане с довольно пространным сказанием о том, как плененный болгарами грек Кинамон обратил к вере брата болгарского царя Энравоту и как последний претерпел мученическую смерть от своего брата Маломира.

Письма

Писем блаженного Феофилакта известно более ста тридцати[37]. Все они писаны во время его архиепископства, и некоторые касаются современных ему событий, неизвестных ни из каких других источников.

Кроме толкований Священного Писания, все остальные сочинения блаженный Феофилакт писал самостоятельно, без всяких заимствований из других отцов и учителей Церкви. Поэтому они резко отличны от истолковательных его сочинений по самому характеру изложения. В его толкованиях Писания виден язык его образцов (то есть цитируемых авторов. – Ред.), ясный и простой, со всеми совершенствами древнеотеческого словотворчества. В собственных сочинениях, напротив, виден язык, свойственный ему самому, очень близкий к тому, каким писали все его современники. В них мы постоянно встречаем переносный образ речи, подобия и другие особенности стиля[38].

Из всех творений блаженного Феофилакта в церковнославянском переводе наиболее известно толкование его на Четвероевангелие под названием «Благовестник». Этот перевод, по свидетельству предисловия к старинным изданиям, сделан в Болгарии. Свидетельство это подтверждается древними списками «Благовестника», найденными в России, в которых правописание хотя и русское, но с примесью болгарского или южно-славянского диалекта. Когда в первый раз появился «Благовестник», определить нельзя, но из описей известных русских библиотек видно, что существующие ныне древние списки его восходят уже к началу XVI столетия. Первое печатное издание «Благовестника» по древним рукописям сделано в 1648 году в Москве, после чего прежний перевод был несколько исправлен и издан там же в 1698 году. Затем в течение прошлого столетия (имеется в виду XVIII век. – Ред.) этот перевод издавался еще несколько раз.

Частые церковные или сделанные для церковного употребления издания «Благовестника» ясно показывают, что в Русской Церкви с древних времен он почитался творением истинно отеческим и православным, верно передающим истинный смысл евангельских изречений.

Блаженный Феофилакт, архиепископ Болгарский

О Четвероевангелии

Те Божественные мужи, которые жили прежде закона, учились не на основании писаний и книг, но, имея истый разум, просвещались озарением Всесвятаго Духа и, таким образом, узнавали веления Божии, ибо Сам Бог беседовал с ними устами к устам. Таковы были Ной, Авраам, Исаак, Иаков, Иов и Моисей. Когда же люди сделались порочными и недостойными того, чтобы Дух Святый просвещал и научал их, то человеколюбивый Бог дал писания, чтобы, хотя благодаря им, они помнили веления Божии. Так и Христос Сам лично беседовал с апостолами и послал им в качестве учителя благодать Святаго Духа. Но так как после того должны были произрасти ереси и испортиться наши нравы, то Господу было благоугодно, чтобы были написаны Евангелия, с той целью, чтобы мы научились на основании их истине, не увлекались ложью ересей и чтобы наши нравы не испортились окончательно.

Четыре же Евангелия Господь дал нам, может быть, потому, что на основании их мы научаемся четырем главным добродетелям-мужеству, мудрости, справедливости и целомудрию. Мужеству, когда Господь говорит: Не бойтесь убивающих тело, души же не могущих убить (Мф. 10, 28); мудрости, когда говорит: Будьте мудры, как змии (Мф. 10, 16); справедливости, когда учит: И как хотите, чтобы с вами поступали люди, так и вы поступайте с ними (Лк. 6, 31); целомудрию, когда говорит: Кто смотрит на женщину с вожделением, уже прелюбодействовал с нею в сердце своем (Мф. 5, 28). Кроме того, четыре Евангелия существуют потому, что они-столпы мира. Но так как мир имеет четыре стороны-восток, запад, север и юг, то должно, чтобы и столпов было четыре. Затем, четыре Евангелия существуют еще и потому, что они содержат и предметы четырех родов, именно: догматы и заповеди, угрозы и обетования. Верующим в догматы и соблюдающим заповеди обещаны грядущие блага. Не верующим же в догматы и не соблюдающим заповедей угрожают будущие наказания. Евангелие получило такое наименование потому, что возвещает нам о предметах благих и радостных для нас, то есть о благах, как то: об отпущении грехов, оправдании, восходе на небеса, усыновлении со стороны Бога. Оно возвещает и то, что мы получаем эти блага легко, ибо мы не трудились над приобретением их и не за свои добрые дела получили, но по благодати и человеколюбию Божию удостоились столь великих благ.

Четыре есть евангелиста. Из них два-Матфей и Иоанн-были из числа двенадцати, другие же два, – разумею Марка и Луку, – из семидесяти. Марк был спутник и ученик Петра, Лука же-Павла. Итак, Матфей первый из всех евангелистов написал, восемь лет спустя по Вознесении Христовом, Евангелие на еврейском языке для уверовавших из евреев. С еврейского языка на греческий перевел его, как говорят, Иоанн. Марк, наученный Петром, написал Евангелие спустя десять лет по Вознесении, Лука-по прошествии пятнадцати, а Иоанн Богослов-спустя тридцать два года. Ибо говорят, что после смерти трех евангелистов ему по его требованию принесены были три Евангелия, чтобы рассмотреть их и обсудить, правильно ли они написаны. Иоанн, просмотрев их и получив преизбыточествующую благодать истины, сам дополнил, что они опустили, а то, о чем они сказали кратко, расширил в своем Евангелии. Поэтому он начал с учения о Боге Слове. Ибо, в то время как другие не упомянули о предвечном бытии Бога Слова, он богословствовал об этом, чтобы не подумали, что Слово Божие есть просто человек, то есть чуждо Божества. Матфей говорит только о жизни Христа во плоти, потому что он писал для евреев, для которых достаточно было узнать, что Христос родился от Авраама и Давида. Ибо уверовавший из евреев успокаивается, как скоро его убедят, что Христос произошел от Давида.

Но ты говоришь мне: «Разве не достаточно было одного евангелиста?» Итак, выслушай: достаточно было и одного, но чтоб истина выступила ярче, с этой целью четыре получили позволение написать их. И когда видишь, что эти четыре, хотя они не сходились и не сидели в одном месте, но находились каждый порознь, а, между тем, написали об одном и том же так, как будто одними устами, то разве не подивишься истине Евангелия и не скажешь, что евангелисты говорили Духом Святым? Не говори мне, что они не согласны во всем, но посмотри, в чем они не согласны. Разве сказал один из них, что Христос родился, а другой-что нет, или один-что Христос воскрес, а другой-нет? Да не будет! В более необходимом и более важном они согласны. Итак, если в более важном они не разногласят, то чему удивляешься, если кажется, что они разногласят в неважном? Их истинность более всего и сказывается в том, что они не во всем согласны. В противном случае о них подумали бы, что они писали, видясь друг с другом и советуясь. Теперь же то, что один опустил, написал другой, поэтому и кажется, что они иногда противоречат. И это так. Начнем же истолкование.

Толкование на Евангелие от Матфея

Глава первая

1. Родословие…

Почему святой Матфей не сказал «видение» или «слово», подобно пророкам, ибо они таким образом писали: Видение Исаии (Ис. 1, 1) или Слово, которое было в видении к Исаии (Ис. 2, 1)? Ты хочешь узнать, почему? Потому что пророки обращались к жестокосердым и непокорным, а потому и говорили, что это Божественное видение и слово Божие, чтобы народ убоялся и не пренебрег тем, что они говорили. Матфей же говорил с верными, благомыслящими, равно и послушными и поэтому не сказал предварительно ничего подобного пророкам. Имею сказать и другое нечто: что видели пророки, то они видели умом, созерцая это чрез Святаго Духа; поэтому и называли это видением. Матфей же не умственно видел Христа и созерцал Его, но нравственно пребывал с Ним и чувственно слушал Его, созерцая Его во плоти; поэтому не сказал: «видение, которое я видел», или «созерцание», но сказал: родословие.

Иисуса…

Имя «Иисус» не греческое, но еврейское, и в переводе значит «Спаситель», ибо словом «яо» у евреев говорится о спасении.