Новый Гольфстрим - А Подсосов

Облако становилось все темнее и темнее. Еще не закрытое солнце багрового цвета освещало пустыню зловещим светом.

И вдруг в одно мгновение кругом все пришло в движение.

Даль закрылась кроваво-красными, низко спустившимися к земле тучами. Мимо окон, с шумом и треском ломающегося металла пронеслась большая тень. Подхваченная бурей, тень поднялась вверх и начала кружиться вместе с тучами, с песком и с пылью.

Горнов с волнением смотрел на эту картину разбушевавшейся пустыни: перед ним вставал пережитый в детстве ураган, во время которого погибла целая разведочная партия гидрогеологов и среди них его отец.

Тогда были те же кроваво-красные, мечущиеся по пустыне тучи и вихри песка. Тот же вой и свист ветра.

Люди куда-то бежали, падали. А он, пятилетний мальчик, крепко прижался к широкой груди огромного человека. Великан шагал, увязая по колено в сугробах песка, и своей могучей грудью рассекал несущуюся на него волну.

Это был Измаил Ахун Бекмулатов.

Потом, когда пронесся мимо огромный столб и почти сразу наступила мертвая тишина, великан стал разбрасывать руками бугры песка. Он искал заживо погребенных товарищей.

Сильным рывком вытянул он из песка чью-то окоченевшую, сухую руку. В пустыне раздался дикий крик.

А он, Витя, увидев безжизненное тело своего отца, крепко уцепился ручонками за великана, который то прикладывал ухо к груди своего друга, то в отчаянии рвал на себе одежду.

И в душе Вити вспыхнула тогда ненависть, гнев и ярость, против той непонятной ему силы, которая уняла у него отца.

С тех пор прошло почти тридцать лет. Ненависти к враждующей с человеком природе он не испытывал, но с годами росла в нем страсть к борьбе со стихиями, росло и усиливалось стремление подчинить их воле людей.

- Несется смерч, - тихо произнес Лурье, подойдя к Горнову.

В наступившем полумраке грозно блеснула молния, Раздался оглушительный, сухой удар грома. Лиловая туча, с белыми рваными краями, стремительно падала на землю. Из нее потянулись вниз бешено вращающиеся воронки, а снизу поднимались такие же воронки - из песка, воды и пыли.

Огромный столб, несущийся на дом управления, беспрерывно освещался молниями. Оглушительные раскаты грома сотрясали стены.

И вот эта туча, закрывшая все небо, вдруг рухнула на землю. Неистово закружилась, заметалась и с злобным воем понеслась вращающимися столбами. Скоро свист ветра стал доноситься из отдаления.

За окном шумел ливень. Черные потоки воды, смешанной с пылью, с песком, неслись по пустыне.

Начальник участка принимал с мест тревожные донесения:

- Смерч вычерпал всю воду из водоема 34-го агрегата.

- Разрушены мастерские.

- На 41-м агрегате сорваны трубопроводы.

Все, теснясь в дверях, спешили к местам своей работы.

Горнов вышел вслед за ним. Агрегаты дождевальных станций стояли все также грозно, направив на восток -свои стометровые веера разбрызгивателей. Солнце попрежнему играло на их серебряных трубах.

Ураган не произвел больших разрушений. Несчастий с монтажниками тоже не было. Bo-время предупрежденные синоптиками, они успели укрыться в надежных местах.

Но в пустыне погибло несколько водителей машин, Песок засыпал три эшелона со строительными материалами. Пострадало несколько крупных хозяйств.

Вечером вокруг профессора Лурье собрались молодые монтажники. Он рассказывал им о смерчах.

- Причина этого явления, - говорил он,- в мощном вихреобразовании, которое происходит не у поверхности земли, а на уровне облаков. Путем трения и всасывающего действия вихревое движение распространяется вниз и образуются те вращающиеся столбьв воздуха, песка и пыли, которые сегодня вы наблюдали. Диаметр столбов бывает иногда более ста метров, а высота - более километра. Сила ураганов и смерчей колоссальна. Свыше двух с половиной тысяч лет назад в Сахаре погибло от такого самума все персидское войско: пятьдесят тысяч человек были заживо засыпаны песком.

Горнов прислушался к тому, что говорил Лурье.

"Все это верно, - подумал он, - и пока мы не овладеем воздушным океаном, стихии всегда будут наносить нам удары".

В КЛУБЕ МЕЛИОРАТОРОВ

Над пустыней мчались тучи раскаленного песка и пыли, а здесь, в центре оазиса, было свежо и прохладно. Ветер и песок проносились высоко над вершинами деревьев. Пущенные в действие дождевые завесы охлаждали и увлажняли горячий воздух, врывающийся в оазис.

О том, что творилось в пустыне, можно было судить по виду людей, приходящих в клуб мелиораторов. Их обожженные лица, растрескавшиеся до крови губы, воспаленные глаза, хриплые голоса и покрытая мелкой красной пылью одежда, - говорили о том, что нелегко дался им этот день борьбы с разбушевавшейся стихией.

Все прибывающие, не задерживаясь, шли в душевую и освеженные выходили на террасу.

Там шел оживленный разговор.

Говорили о Шестой Комсомольской шахте.

Строительство этого огромного подземного водосбора подходило к концу. Под землей, на глубине пять тысяч метров, уже разлились водоемы, общая площадь которых была равна ста восьмидесяти квадратным километрам. Был закончен монтаж охладительных систем. Дело было только за установкой атомных насосов большой мощности. По подсчетам Измаила Ахуна Бекмулатова, вскрытые подземные водотоки должны были датьколичество воды, не меньше того, что дает реконструированная Аму-Дарья.

Многие водосборы в глубине шахты были уже переполнены, и до установки насосов пришлось временназаделать целый ряд штреков.

День, когда начнут работать насосы, когда из глубины земной коры потечет по пустыне первая многоводная река, ожидался народом с большим волнением.

Все знали, что это был крупный шаг к осуществлению идеи уничтожения пустынь.

Мелиораторы уже видели перед собой будущие широкие многоводные реки и зеленые равнины, которые раскинутся там, где сейчас лежат раскаленные солнцем мертвые пески.

До сих пор подземные воды поднимались только по скважинам и из небольших шахт. Шестая Комсомольская должна была положить начало строительству шахт, ;из которых выйдут многоводные реки.

Внизу в парке шумел дождь. Струи воды, выбрасываемые из водонапорных труб, поднимались выше деревьев. Солнце играло в водяной пыли, на мокрых .листьях деревьев.

Из глубины парка показался Горнов. Не ускоряя шага, он прошел дождевую завесу и поднялся на террасу. Юн был в коротком плаще с откинутым капюшоном. С плаща струйками сбегала вода.

- Виктор!.. Друг!..-раздалось несколько радостных голосов. - Откуда? Каким смерчем тебя выбросило?

Многие из находившихся на террасе инженеров несколько лет тому назад были друзьями и соратниками Горнова. Они с удивлением, порою с гордостью следили за его жизнью.