Сёгун - Grimnir Grugnisson

Прежде выглядевший пустым лес оказался полон людей. С флангов и тыла его окружила четвёрка бандитов с копьями и в специфических широкополых шлемах. Впереди дорогу преграждал человек-глыба. Он был на полголовы выше игрока и раза в полтора шире в плечах. Облаченный в потертое, но чистое кимоно без родовых знаков, в руках главарь держал обнажённую двуручную катану, как на вступительной картинке. Слегка позади главаря стояла пара самураев с обычными катанами на поясах. Впрочем выхватить оружие для них было дело секунды, если не меньше, насколько помнил игрок по некогда просмотренным самурайским боевикам.

Не смотря на численное преимущество противника страха Бродяга_Кенишин не испытывал. Во-первых даже если он погибнет, то потеряет лишь пару поношенных штанов с безрукавкой и копьё. Последнего было жаль, но он был уверен в возможности вернуть фамильное оружие после возрождения. Во-вторых вокруг была виртуальная игра в своём начале, а значит первое столкновение с противником должно быть ему по силам. НПС ещё не успели развиться, а игровой ИскИн, следящий за течением игры должен был подсовывать игроку вполне разрешимые проблемы. По крайней мере пока границы ноды не откроются.

— Ты чего такой бесстрашный? — не поддался на провокацию главарь, — Нас больше, а ты не выглядишь особо сильным.

— А чего мне боятся? Умереть насовсем я не могу, — пожав плечами игрок продемонстрировал кольцо Лорда, — Скоро все эти земли будут принадлежать мне и те из вас, кто переживёт сегодняшний день, будут гордиться тем, что были первыми встретившими великого меня.

Наличие кольца вызвало неуверенность у ронинов. Скрывать своё бессмертие игрок не видел необходимости, наоборот он планировал воспользоваться представленным шансом и заполучить первых воинов в свою армию.

— Я смотрю вы все лишились господина. Мне нужны воины, — сделал свой ход игрок, — Если смогу, я отомщу за вашего убитого лорда, но вы поклянётесь мне в верности.

— Наш господин пал и никто не заменит его! — повысил голос главарь, — Тем более безымянный бродяга.

— Я не безымянный. Я Бродяга_Кенишин из рода Шан! Возможно вы и не слышали о мне, но скоро все окружающие острова услышат это имя. И у вас есть шанс стать первыми в моём войске. А я помню как верность, так и предательство.

Экспромт сработал. Бандиты неуверенно переглядывались и перешептывались. Лишь главарь не собирался сдавать позиции.

— Заткнись! Ты может и бессмертный, но здесь и сейчас я смогу отправить тебя в ту дыру, откуда ты выполз!

— Отчего ты боишься? Ты неуверен в верности своих людей? Тогда я вызываю тебя на бой и тогда после твоего поражения они присягнут мне.

— А если погибнешь ты, то поклянешься в верности мне! — поставил условие главарь, — Будет очень удобно иметь бессмертного раба.

— Вы всё слышали? — обратился игрок к окружающим, — Все согласны с условием поединка?

Бандиты ответили согласным гудением и отошли подальше от места будущей схватки опасаясь попасть под горячую руку.

Поединок начался внезапно, без предварительных расшаркиваний. Главарь одним прыжком преодолел разделяющее их расстояние, нанося мощный размашистый удар способный разрубить человека пополам, если бы игрок под него попал. Но и Кенишин не стоял на месте. Он отпрыгнул в сторону и попытался реализовать преимущество в длине оружия, нанеся укол копьем в бок ронину. Оба промахнулись, не просчитав силу и ловкость противника. Дальнейший бой превратился в обмен градом быстрых ударов с активным маневрированием. Главарь обрушивал на игрока град размашистых ударов, от которых тот уворачивался, время от времени отбивая их древком, стараясь попасть сбоку по лезвию. Будь это реальность, тонкий меч ронина уже преломился бы, как и древко копья было бы перерублено, но в виртуальном миру снижалась лишь прочность предметов, оставляя их смертоносными до самого конца. Время от времени игрок контратаковал быстрыми колющими ударами, которые отгоняли главаря, позволяя перевести дух, даже если и не наносили ран.

Активные прыжки вокруг друг друга сместили сражающихся в лес, где неустойчивая поверхность под ногами и препятствия в виде деревьев снизили темп схватки. Оба бойца выдохлись и были покрыты многочисленными мелкими порезами и проколами, которые хоть и не несли прямой угрозы, заставляли терять единицы хитпоинтов от постоянного кровотечения. Кенишин уже начал беспокоиться. Он уже показал своё превосходство над ронином, но холодная решимость сражаться до конца таки и была написана на его лице. Игрок не хотел терять такого сильно юнита и во время очередного краткого перерыва он решил попытаться остановить схватку, предложив ронину должность возле себя.

— Это славный бой, но ты не сможешь победить. Признай своё поражение и ты станешь моей правой рукой в княжестве, что я создам на этих туманных островах.

Потемневшее от ярости лицо главаря ронинов указало на то, что игрок ошибся.

— Ты ублюдок! — завопил он, — Как ты смеешь смотреть на меня свысока! Я насажу твою голову на кол, а когда возродишься сделаю так ещё десять раз! Сдохни!

На лбу у ронина вздулись вены, глаза его побелели а мышцы на руках казалось увеличились в объёме раза в полтора. С громким криком он начал своей огромной катаной пластать воздух перед собой. Каждый удар запускал вперёд ударную волну, которая сносила всё на пути. Три удара и пять сосен начисто срубленных начали падать на сражающихся. Кенишин ещё раз похвалил себя на высокую ловкость аватара. Он сумел извернуться так, что ударные волны прошли мимо, не задевая его. Игрок мимолетно отметил, что подобная техника была бы опустошающей против плотного строя слабо бронированных воинов, но не сильно эффективной по единичной подвижной цели.

Пока главарь приходил в себя после проведения коронной атаки игрок прыгнул вперед, сокращая дистанцию и активировал "град уколов". Он не видел себя со стороны, но скорее всего внешние эффекты использования приёмов с расходом Ци выглядело одинаково, с белыми глазами и вздувшимися конечностями. Руки его ускорились нанося одновременно пять ударов в разные части тела ронина. Это выглядело так, будто в его руках оказалось одновременно пять копий. Не смотря на минимальные настройки чувствительности руки и верхний плечевой пояс заныли от тупой боли. Главарь был отличным воином. Даже страдая от последствий применения Ци он смог отбить три укола. Один из оставшихся промазал, но последний угодил точно в цель.

Главарь бандитов захрипел, кровь плеснула у него изо рта. Удар копьем, что должен был попасть в плечо из-за частичного парирования угодил ему в шею и нанёс критические повреждения. Сил у воина ещё хватило на пару взмахов своим огромным мечом в попытке хоть напоследок попытаться зацепить врага. Но