Владыка, которого заслуживает этот мир - Почтенный Демон

а если учитывать, что их работу обычно оплачивали торговцы и горожане из своего кармана, а гвардейцам нужно платить из казны, были и вовсе бесплатны. Что же касается бандитов, то, по мнению дворян, они и вовсе не представляли серьезной опасности. После столь "аргументированной" позиции король, даже если и хотел, не мог продолжать финансировать их в том же объеме из собственного кармана. После чего начались задержки жалования, снаряжение перестало обновляться, постепенно выходя из строя, починку же теперь нужно было оплачивать самим.

Только их отряд начал привыкать к изменившимся условиям, как пришёл новый удар — империя Бахарут объявила им войну. И, само собой разумеется, столь элитный отряд всегда должен быть на острие атаки. Хотя саму войну вряд ли можно назвать долгой и кровопролитной, а если быть совсем честным, то это и вовсе были несколько коротких стычек, их отряд понес первые серьезные потери. И хоть потери удалось восстановить, набрав новых рекрутов, терять старых друзей было тяжело.

Через год всё повторилось. Тогда же стало понятно, зачем подобная война нужна императору. Его небольшая по меркам государства, но мобильная и прекрасно вооруженная армия начинала угрожать королевству Ре-эстиз в самый разгар уборочной страды. И королевство было вынуждено собирать крестьян в ополчение прямо с полей. Потери среди вчерашних крестьян в боях против профессиональных солдат были значительно больше, чем у армии империи, но не они были настоящей проблемой. А то, что из-за сорванной уборочной до трети урожая сгнивало на полях. Цены на хлеб росли, а в ближайшие года мог и вовсе начаться голод.

На первый взгляд могло показаться, что в сложившейся ситуации нет вины Газефа, однако это не совсем так. Во многом причиной нынешней ситуации стала его показная честность и неподкупность. Пойди он навстречу дворянам в их мелких просьбах, и финансирования, возможно бы, удалось сохранить. Согласись брать частные заказы торговцев, и можно было бы получить деньги на новое снаряжение. Но чем хуже шли дела, тем более упёртым становился Газеф.

Апофеозом всего стала битва, прошедшая восемь месяцев назад. Газеф увидел, что император лично присутствовал среди своих войск, после чего отдал приказ идти на прорыв. После того как они прорвали вражеский строй и добрались до предполагаемого местонахождения императора, оказалось, что тот то ли ушел телепортацией с помощью своего придворного мага, то ли изначально был иллюзией, которая развеялась. Злые языки и вовсе поговаривают, что Газефу всё привиделось. Но тогда это не имело никакого значения, они оказались в окружении. Хотя Газеф сражался как настоящий демон, лично зарубив не меньше 300 человек, ситуацию это не спасло. Чудом было уже то, что им удалось вырваться. Однако восемь сотен погибших, а ещё калеки и раненые, по их отряду был нанесен сокрушительный удар. И, хотя абсолютно все видели силу и героизм Газефа, в его способностях как командира уже не сомневались, о них просто вытирали ноги.

Денег на пополнение войска уже не было, и из грозной армады они превратились в «специальный отряд» численностью 150 человек. В тот день Люций превратился из одного из лейтенантов в заместителя командира. Все остальные, кто мог претендовать на этот пост, погибли. Именно тогда впервые он понял, что бывают случаи, когда ты без всякого предчувствия понимаешь, что тебе грозит огромная опасность, а изменить всё равно ничего не можешь.

И вот события повторяются вновь, они снова скачут навстречу неминуемой гибели, а теперь уже заместитель командира вновь не может ничего изменить. Всё началось две недели назад, когда сотню человек из их отряда отправили на другой конец страны по надуманному поводу. А потом вдруг оказалось, что деревни на границе терроризирует отряд рыцарей империи Бахарут. Столько раз было упомянуто, что именно Газеф должен выступить на их поимку, что было очевидно, что его там будут ждать. Не так уж и важно, был ли это заговор дворян или же третья сторона просто заплатила им за помощь. Важно то, что они планируют разобраться с Газефом и вряд ли отпустят тех, кто будет с ним.

Сам же их командир самоотверженно помогал своим будущим убийцам. В каждой из разрушенных деревень он оставлял часть отряда для помощи раненым. Попытка объяснить то, что они, наоборот, должны собрать все силы, а также взять подкрепление в Э-Рантэле, ничего не дала. Люций понимал, что смерти нескольких крестьян ничто по сравнению с жизнью их отряда и, главное, самого Газефа, после смерти которого может произойти всё, что угодно, вплоть до начала гражданской войны между королём и дворянами, и тогда смертей будут сотни тысяч. Однако воин-капитан суровой действительности предпочитал свои фантазии, взятые, вероятно, из детских сказок. Конечно, Люцию приходили в голову мысли покинуть отряд, однако сделать это было непросто. Обычные наемники могли в любой момент отказаться от работы, но они давали клятву верности королю, и за дезертирство их ждала лишь смерть.

И вот их отряд, состоящий уже всего лишь из тридцати солдат, приближался к новой деревне, к счастью, не объятой пламенем, как предыдущие. Однако предчувствие просто трубило, именно здесь их ждут настоящие неприятности.

Картина, которая им открылась, выглядела весьма странно. Все жители деревни собрались возле большого раскидистого дерева. На самом же дереве висело четверо крестьян, но повешены они были крайне необычно — удавкой выступали ветки дерева, они оплели шеи крестьян и медленно их душили. Происходило всё довольно медленно, потому что крестьяне всё ещё были живы и даже пытались сопротивляться. Перед деревом стоял достаточно молодой мужчина, его необычная одежда выдавала в нем мага, причём мага явно нездешнего. Вероятно, именно он управлял деревом. Однако помимо крестьян вокруг находилось огромное количество волков, не меньше трёх десятков, которые, однако, не обращали никакого внимания на людей, и лишь несколько из них рычали на лежащего на земле парня в разодранной одежде. Всё это никак не складывалось в единую картину, однако прежде чем Люций смог осмотреться получше и понять, что здесь происходит, Газеф вырвался вперёд. Воин-капитан в свойственной ему манере, не разобравшись в ситуации, рванулся спасать людей. Преодолев на коне несколько десятков метров, он спрыгнул с коня и, применив боевой навык, оказался в полушаге от мага, приставив к шее того меч.

— Отпусти людей! — требование Газефа было в общем-то очевидно.

— И я вас категорически приветствую, — а вот поведение мага несколько выбивалось из общепринятых стандартов, он был спокоен и даже, пожалуй, весел. Конечно, маг мог быть уверен в своих силах в бою против