Два льва, ведьма и Мантия Войны - Танит Ли

— Всего-то пять или шесть? — пробубнил Бретильф.

— Моя достопочтимая бабуля, — прошипел Зир, — могла зараз вырубить по меньшей мере восьмерых. И делала она это булавкой для плаща…

— Вам стоит уделить мне хоть немного внимания, — холодно перебил их принц. — Я ведь могу подвергнуть вас пытке, прежде чем договорю. Это можно устроить, если хотите.

Бредильф и Зир послушно умолкли.

— Дрод Лафель, — продолжил принц, — так же мастерски управлялся с копьем и метательным топором, а еще обучился некоторым чарам, позволявшим ему околдовывать змей. Как-то раз он пришел в этот город и попал в руки моим стражникам. Вдесятером набросились на него, и он их всех отбросил, одного за другим. Узнав об этом, я отправил его к вору, чтобы вернуть жизненно важный для меня предмет. Я, наивный, даже поверил, что он преуспеет там, где никто ничего не смог поделать. Но тщетно. Дрод Лафель, заклинатель змей, силач и настоящий волшебник меча, вернулся с пустыми руками. Образно говоря. Потому что вернулся он как раз без них, да еще в виде лилового трупа. Мертвым, мертвее не бывает.

Зир прочистил горло. Бретильф внимательно рассматривал носки башмаков, словно считая трещинки на коже.

— И если вернуться к нам… — промолвил Зир. — В наказание за смерть твоих дегенератов нам придется отправиться и выполнить ту же задачу?

— Вы смелые люди, — уныло произнес Фальшивый принц с завистью в голосе. — Храбрые и безрассудные, словно львы. Да, вам придется это сделать. Вот какой магией я обладаю. Но и вы меня поймите. Если бы ко мне вернулся символ власти, а вместе с ним и принадлежащая мне по закону власть, я бы не прибегал больше к помощи этих пресловутых стражников. Выдворил бы всех мерзавцев, и они никогда не посмели бы вернуться. Кроме того, хотя и не стоит особо об этом упоминать, но того, кто преуспеет, ждет щедрая награда. Вместо смерти он получит такие богатства, о которых даже не мечтал. Но лучше не полагаться на столь слабые надежды, — кисло добавил он. — И вас мне не жаль. Почему я должен жалеть кого-то, когда моя собственная судьба столь жестока? Чудесные стражи, хранившие Кашлорию, исчезли или скрылись. Сам город отказывается меня признать и насылает на меня болезни. Только стражники-негодяи и две эти твари остаются со мной, да еще народ, который меня ненавидит. Будь ему известна моя слабость, мне бы не протянуть и минуты. Но мои дни и так сочтены. Силы, препятствующие Кашлории, меня убивают. Видите? Сколько, по-вашему, мне лет?

Ни Зир, ни Бретильф ничего не ответили.

— Пятнадцать, — ответил Фальшивый принц, потупив мертвые голубые глаза. — Мне всего пятнадцать. Да, я должен отправиться и сам попытаться вернуть священный предмет, прозванный Победоносным Покровом. Но если я покину Кашлорию, ее безжалостные частицы разорвут меня на кусочки. А если останусь, то высосут из меня всю жизнь за пару лет. Зачем мне вас освобождать? Кто, во имя всех богов, освободил бы меня?

— Ну так расскажи мне о своем отце, — попросил Зир, когда они скакали по длинному каменному мосту через Ка.

— Средней руки лендлорд, убитый наемниками еще до моего рождения. Моя мать и дед вырастили меня в довольно утомительной тени его смерти. В одиннадцать лет я освободился.

— Тогда, думаю, твой отец был слишком юн, чтобы зачать меня.

— А кем был твой родитель?

— Торговец мелом. Я рос белым, как овца, пока один негодяй не скинул меня в колодец. Когда выбрался оттуда, никто не узнал рыжеволосого сорванца, который затем украл лошадь у местного владыки и вырвался на свободу. Я сомневаюсь, что мой отец мог быть и твоим. Он был не столько белым, сколько неотесанным и уродливым. Ни одна изящная дама, жена или даже вдова лендлорда не позволила бы ему даже прикоснуться к себе.

Какое-то время они ехали молча. Внизу ревел изумрудный поток, летели хлопья пены, и темневший на дальнем берегу лес походил при свете дня на мрачную грозовую тучу.

У них не было иного выбора, кроме как принять смертельно опасное задание: колдуны Фальшивого принца довольно ясно объяснили им это. Выступавший от них человек, весьма малоприятный с виду, так и сказал:

— Вы уже находитесь под действием чар Кашлории, так что сбежать вам не удастся. Вы должны добраться до того ужасного места, попасть внутрь и сделать все, что сможете, чтобы вызволить Покров, известный также как Мантия, побеждающая войны.

Услышав все это, Зир судорожно зевнул, а у Бретильфа от голода громко заурчало в животе. Они с самого начала поняли, что находятся под влиянием каких-то заклинаний, освободиться от которых можно, либо умерев, наверняка в жутких мучениях, либо победив, добыв желанный трофей.

В конечном счете их накормили завтраком, причем вполне приличным. На столе стояли яйца в белом вине и многочисленные тарелки со свежеиспеченными креветками, рыбой, моллюсками, ветчиной. Пока Зир и Бретильф ели, неутомимый колдун рассказывал все, с чем придется столкнуться в их нежеланном и невольном путешествии.

Считалось, что Победоносную Мантию похитил зловредный лесной элементаль. Он построил замок, чтобы скрыть ее там, снабдив темницу лабиринтом, населив последний ужасающими стражниками и опутав все столь мощной магией, что никто не мог выжить, попав в ее сети. Более пятидесяти умных, умелых и храбрых воинов, закаленных в боях и искусных в обращении с оружием, пытались пробраться в замок. И все они оказались не просто мертвы, но и были сильно изуродованы: без голов, без ног, без сердец; мертвенно-бледные от ядов, окоченевшие от жал, без кожи, без лиц или вообще в расчлененном виде. Все это кошмарное многообразие смертей было по большей части приписано самому принцу, чтобы жители боялись его и не пытались свергнуть.

— Отсюда байки о скорпионах и змеях, — пробормотал Зир.

— Да тут нужен настоящий гений, — промолвил Бретильф. — Раз простой ум, проницательность и умения не помогают.

— Ну, по крайней мере, все, чем мы обладаем, удваивается, раз нас двое, — парировал Зир.

Им даже вернули лошадей: гнедого мерина Бретильфа и серого в яблоках — Зира. Оба были накормлены, вычищены и оседланы.

Теперь же, на мосту через Ка, когда противоположный берег стал уже близок, Зир вдруг натянул поводья.

— Что случилось? — спросил Бретильф, тоже остановившись.

— Давай проверим, сможем ли повернуть и убраться отсюда.

Бретильф кинул взгляд через плечо:

— Нас уверили, что мы можем лишь ехать вперед, к замку. Они сказали, что нам даже не понадобится карта: тяготеющее над нами волшебство столь сильно, что само приведет нас к цели.

— Может, и так, — задумчиво произнес Зир. — Но ведь лошади могут понести нас совсем в другую сторону, невзирая на то, какие чары наложены на нас.