В платье со штампом - Анастасия Мамаева

Девушка-официантка нам приносит чайный набор.

– Этот чай можно заваривать много раз, десять раз точно, – рассказывает Сергей, разливая по нашим чашкам черный чай. – А после того, как выпьешь, понюхай чашку. У каждого человека опустевшая чашка пахнет по-своему.

Моя пустая чашка пахнет цветами, а у Сергея – чем-то сладким. Когда в пятый раз Сергей приблизил свою чашку к моему лицу, я наклонилась и прикоснулась губами и кончиком носа к его руке. Случайно. Но ему понравилось. Это было видно, по тому энтузиазму, с которым он протянул мне свою чашечку в шестой раз.

– Каким животным ты себя ощущаешь? – вдруг спрашивает он.

– Друзья иногда зовут меня лисичкой, а сама думаю, что вероятнее всего я – мартышка.

– Как? Почему? – изумляется он.

– Потому что все Юли похожи на мартышек – все непоседливые и у всех очень живая мимика лица.

– Нет, ты совсем не похожа на мартышку, – категорично заявляет он. – Я бы сказал, что больше похожа на белочку. Вот из-за этого хвоста, – и он указал на мои волосы.

Я пожимаю плечами – как угодно, мол.

– А ты тогда кто же? – спрашиваю.

– Отгадай!

– Ну… хм… слон?

– Нет, – удивляется Сергей.

– Э-э-э… тогда заяц?

– Нет! – Сергей пораженно смотрит на меня. – Неужели я похож на зайца?!

– Да я так просто… пытаюсь угадать… Скажи сам.

Сергей усмехнулся, потрогал пустую чайную чашечку.

– Хорошо. Я – Доберман.

Странно. Я всегда чувствую, когда собеседник ставит в разговоре определенное слово с большой буквы.

– Почему Доберман? – теперь удивляюсь я.

– Смотри на мои уши.

Смотрю: уши аккуратные и плотно прижаты к голове.

– А теперь… – и Сергей начинает двигать ушами.

– Ой-ой, перестань! – морщусь и машу руками. Когда я вижу такие вещи, всегда приходит в голову мысль о том, как недалеко, в сущности, ушел человек от животного в своем развитии. – Только поэтому ты – Доберман?

– Нет. Я кусаюсь еще. В четвертом классе укусил девчонку за ухо, и еще однажды во время драки…

– Эхм. Так это… Выходит, я сейчас нахожусь в крайне опасном положении, да? – Я симулирую страх и осторожность.

– Ну что ты, Юль, – серьезно говорит Сергей и дотрагивается до моей руки. – Наоборот. Я же буду о тебе заботиться.

Когда он провожает меня до метро и мы прощаемся, он целует меня в губы – очень просто и коротко.

Ночью он мне приснился: мы целовались, а потом вдруг начали бегать по улицам в поиске презервативов, и никак не могли их найти.

31 августа

Для меня всегда странны и нелепы ситуации, когда девушка приходит к мужчине домой или наоборот, и они разговаривают, смотрят друг на друга, смеются, шутят. Но если оба партнера чувственны, то эти шутки вымученные, смех натянутый, и оба – и как возможно, чтобы было по-другому? – не могут избавиться от мысли, что очень скоро – и они займутся любовью. И это так близко, и до спальни всего несколько шагов, и губы, расслабленные вином, становятся мягкими. И вот сейчас, дома у Добермана, мне так странно говорить о своей работе, о фильмах, о путешествиях и разных глупостях, в то время, как я знаю, что пришла к нему на ночь и до утра мы не расстанемся, и стоит лишь потянуться своими губами к его губам, как все начнется.

Доберман рассказывает о том, как правильно курить кальян, а я смотрю на него и думаю, как приятны взаимные прикосновения к обнаженной коже, о том, как чувствителен у меня левый уголок губ и если он коснется его кончиком языка…

– Юль! Что с тобой? – Доберман внимательно вглядывается в меня.

Я подхожу к нему.

– Что это? – спрашиваю.

Он держит в руках разноцветные коробочки.

– Смотри, это – трава для кальяна. Вот здесь с запахом клубники, – он подносит коробочку к моему лицу, чтобы я вдохнула аромат, исходящий от нее.

– А здесь яблоко с корицей, – и он протягивает другую коробочку. Я прикасаюсь к его руке щекой, потом губами …

Через некоторое время я лежу на кровати – расслабленная, удовлетворенная, светлая – и удивляюсь тому, что Доберман оказался таким нежным. Он лежит рядом и гладит мне руки.

– Сейчас пойду в душ. А ты хочешь? А хочешь, я приготовлю тебе ванну?

Я хочу, и он поднимается с постели. Я смотрю на его крепкие ягодицы и, улыбаясь, потягиваюсь как кошка. Секс – чудное дело. Возвращается: бедра спрятаны в полотенце. Отводит меня принимать ванну. Дает мне большое мягкое полотенце, тапочки, и, поцеловав, выходит из ванны и закрывает за собой дверь.

Я ванну не принимала давно, поэтому не спешу. Только минут через тридцать, стоя перед зеркалом и расчесывая волосы, удивляюсь тому, что Доберман за все это время ни разу не счел своим мужским долгом заглянуть в ванну.

– Юль, хочешь что-нибудь почитать? – доносится из-за двери и сразу за этим какой-то шум. Открываю дверь.

– Что это у тебя здесь падает?

– Книги, – отвечает он, оглядывает меня с ног до головы, берет за руку и отводит в спальню.

Октябрь

3 октября

Вот, неделю просидела без работы. У меня появилось чувство какой-то нереальности происходящего. Я выспалась, отдохнула, и бесконечно устала, пытаясь понравиться работодателям, вытаскивая из себя знание то английского, то итальянского, словно жонглер, в зависимости от желания публики. Хожу на эти дурацкие собеседования и продаю себя. Продаю себя в деловом костюме, в белом свитере с воротом, в трикотажном пестром костюме; продаю себя уверенной и активной (но это только утром), а после обеда – все чаще равнодушной и рассеянной.

Вечером встретилась с Наташкой. И сейчас она исключительно благодушна и доброжелательна. Заказываем чай и горячие булочки. Наташа спрашивает меня про Добермана.

– Так, иногда встречаемся – раз или два в месяц, – отвечаю.

– Тебе он нравится?

– Да.

– Не думала, что вы могли бы встречаться чаще?

– Нет. То, как сейчас, для нас комфортно.

Пока пьем чай, рассказываю Наташке, как в детстве моя мама зашла в комнату и увидела следующую картину: я стою возле электрической розетки, и в руках у меня вязальные спицы. Одну спицу я уже вставила в розетку и тяну руку с другой спицей ко второму отверстию. Говорю Наташке:

– Видимо, я уже тогда решила, что моя жизнь не удалась.

Мы смеемся. А ведь если подумать…

10 октября

Собеседование очередное. Менеджер по персоналу – мужчина с козьей бородкой видит меня и дрожащими руками вытаскивает свою визитку.

– Почему такую красивую девушку еще никто замуж не взял?

Я